Чтение онлайн

Также могут поместить в специальную лечебницу. А самый кардинальный метод — это выжигание сети, по сути, казнь. Практикуется для самых опасных преступников. Сомневаюсь, что большой процент выживших. Но статистики не было.

Мда… книжонка не для слабонервных.

Мысли вернулись к Татьяне. А она действительно больная и опасная, неужели родители это не видят? Хотя она хитрая, и мастерски скрывает все свои проделки. Ведь её ни разу не поймали за издевательствами над Катей.

Как бы мне ни хотелось, но придётся подставиться, чтобы её поймали. Тут же скривилась. И что? Да ничего ей не будет. Возможно, родители знают о её делишках и просто спускают с рук, поэтому она стала действовать грубее. Безнаказанность порождает маньяка. Значит, в доме нет смысла подставлять. Или нужно, чтобы пострадал кто-то кроме меня, желательно сам папаша.

Что ж я такая кровожадная сегодня? Да потому что бесят!

Меня позвали на ужин.

Ольга была в новом платье сапфирового цвета, так и поглаживала юбку, довольная. А Таня крутила на руке браслетик. Срочные покупки… ну-ну. Приданного, говоришь, не напасёшься. Такие транжиры тебя по миру пустят, папенька! — хотелось сказать это вслух, но я только слегка усмехнулась. Фёдор Александрович мимолётно наморщил лоб, так как видел мою усмешку, надеюсь, понял о чём я.

После ужина я направилась в кабинет отца. Екатерина там никогда не была, я не нашла отклика в воспоминаниях. Видно, поэтому Фёдор Александрович так удивился моему визиту.

Я постучалась и вошла.

— Папенька, выделите мне пять минут вашего времени, — решила быть учтивой.

— Слушаю, доченька, — он тоже мне улыбнулся, холодно, правда, но хоть что-то.

Возможно, подумал, что я хочу поговорить о своей личной жизни, а именно о женихах.

— Я завтра собралась посетить зверинец. Сестрицы уже были там, и мне очень интересно посмотреть. Вы мне не выделите небольшую сумму на траты? Если, возможно, с небольшим излишком на сладости, — я широко улыбнулась.

Фёдор Александрович с неподдельным интересом на меня смотрел, даже с удивлением.

— Конечно, — он открыл сейф, звеня монетами, достал деньги и положил на стол. Пара десятков монет разного номинала. Пока не знала сколько, но явно больше десяти рублей. Я не знала цен, но вспомнилась байки из интернета про корову за пятнадцать рублей. Выходит, я могу её купить.

Было смешно и грустно, если учесть мой дар.

— Спасибо, папенька. А не найдётся кошелька? У меня нет своего, — сказала с улыбкой, но он сразу понял, что уколола.

Да, у Кати не было даже своей наличности, за неё всё покупали, за всё платили. Она вроде не немощная, а такое отношение. Хотя я могу что-то не понимать, может, девушку всё устраивало. Но я вспомнила себя в детстве, всегда любила иметь хоть немного денег, а копить, это вообще моя страсть. Все друзья знали, затрудняешься с подарком, подари мне копилку. В прошлой жизни остались две полки с разными копилками. Денег в них уже не складывала, предпочитая вклад в банке, но коллекционировать не перестала.

И сейчас, получив наличность, почувствовала себя увереннее.

Наконец-то утро было добрым. Проснулась и тут же улыбнулась. За окном уже встало солнце, но в комнате явно похолодало, значит, и на улице тоже. Но понижение температуры не повод откладывать развлечение.

Марфа, на новость, что я опять отправлюсь на прогулку без неё, отреагировала спокойно. Ведь она остаётся с Елизаветой. Я видела, что ей больше нравится проводить время с ней, она опять была настоящей няней.

Я собиралась попасть и на представление в зверинце, которое проходило всего два раза в день, поэтому решила подгадать удобное время. А с учётом понижения температуры отправиться на мероприятие после обеда.

Еле выдержала. И вот наконец-то я на пути к сказочным животным, как маленький ребёнок чуть ножками не топочу от возбуждения. Но с высоты возраста, да и скепсиса, не жду «вау» эффекта.

Зверинец располагался на Сенной площади, компаньонка, за меня сообщила извозчику, видя, что я не запомнила. Да я и не знала. Сегодня мы ехали в наёмном экипаже, так сподручней, так как «парковки», если можно было так выразиться, можно было не найти. Сегодня суббота, а значит, много народа.

Ехали мы довольно долго, площадь находилась на окраине города, поэтому, у меня было время чуть остыть от возбуждения. Но когда мы вышли и окунулись в толпу разношёрстого народа, люди сновали туда-сюда, такого столпотворения я давно не видела, я напряглась. А причина была для меня весомая, в такой толпе сто процентов есть воришки, и я боялась лишиться денег, тогда накроется мой зоопарк.

Засунула свою сумочку под шубку и прижав к себе, пошла за Вероникой. Меня периодически толкали разные личности, но пока я была спокойна. Опасная ситуация наступит, когда я достану сумку у кассы. Может, я зря так волнуюсь, но мне так и мерещились взгляды со всех сторон.

Зверинец мы увидели издали, над площадью возвышался пёстрый шатёр, окружённый повозками с клетками, которые снаружи были обиты щитами с изображениями красочных картинок и надписями: «Мир чудес Надир-бей Великолепного».

Вокруг было много народа, которые выискав щели, пытались хоть что-то увидеть, кому-то удавалось, тогда слышались восторженные возгласы. В основном это были дети из бедных семей, судя по одежде.

— Барыня, дай копеечку, — меня кто-то дёрнул за платье. Мальчишка с обезоруживающей улыбкой. Но ребёнок остаётся ребёнком, и он сразу выдал себя. Чуть скосив глаза в сторону.

Маленький засланец. Тем, кто его направил ко мне, нужно, чтобы я сумку вытащила. Конечно, нехорошо, отказывать ребёнку, но я ухмыльнулась и пошла дальше. Дудки вам!

Мы подошли к кассе, впереди стояло всего несколько человек. Я посмотрела цены и была приятно удивлена. Фёдор Александрович мне дал аж двадцать рублей, а билет стоил сущие копейки, в прямом смысле. Детский 10 копеек, вне зависимости от сословия. Взрослый — 20 копеек. Был ещё за пятьдесят с припиской на корм животным, это для таких, как мы. Представление оплачивалось отдельно и уже в самом шатре.

Я чуть распахнула шубку и, не вынимая сумку, стала нащупывать деньги, что-то, а наминал, по размеру, отличить могу. На мои действия Вероника улыбнулась, но без насмешки. Она не стала за себя платить, это моя обязанность.

Вытащив три рубля, я купила нам по билету и на остальные взяла детских. Кассирша поняла, для чего это, и со странной улыбкой стала отсчитывать плотные небольшие бумажки.

— Пойдёмте детишек порадуем, — разделила билеты и передала часть Веронике. Она с готовностью взяла.