Басё, Зроп, Проп и другие
Шрифт:
– И будет! – подмигнул Зроп.
Он быстренько скатал ком снега, и Проп скатала тоже. Поставили два шара друг на друга, сверху – третий, маленький. Несколько лёгких движений – и вот уже стоит почти что готовый снеговик, только метлы ему не хватает, и совсем уж для полного антуража – шляпы.
А сами проп и Зроп взяли и испарились. Ну, не совсем чтоб насовсем. Из-за угла соседнего дома за бабой Мусей наблюдают.
А она подошла к почти что снеговику, подбоченилась и покачала головой:
– Ну, ничего-то не умеют нынче делать. Даже снеговика!
Баба Муся быстренько дала снеговику метлу, нашла поблизости старую кастрюлю и, как шляпу, напялила ему на голову. Потом немножко подумала, вздохнула и полезла в свой ридикюль. Там у неё морковка лежала. Обычно морковку она грызла вместо витаминов.
– Очаровательный курносик будет! – сказала баба Муся.
Снеговик и вправду получился замечательный.
– Наконец-то я первая! – обрадовалась баба Муся. – Сделала самого первого в этом году снеговика, вот!
И, радостная, пошла было в поликлинику. Шла, шла и повернула обратно. Потому что с удивлением обнаружила: не с чем ей идти туда – все болезни куда-то пропали.
А Зроп и Проп в тот день ещё по снеговику слепили.
Болячка
Прицепилась к Проп болячка, и стала она грустной, скуксилась вся, целыми днями в постели лежит, обставленная со всех сторон микстурами, и градусник под мышкой.
Чем больше Проп лекарств принимает, тем болячка крепче за неё цепляется. Ну ничего с этой врединой не сделаешь!
– Уж прямо и не знаем, что это за болячка такая, – разводят врачи руками. – Наверное, что-то новенькое. Надо взять её на опыты.
– Как же вы её без Проп возьмёте? – удивился Зроп.
– А вот вместе с Проп и возьмём!
Зроп не хотел, чтобы Проп из-за болячки брали на какие-то там опыты. Она ведь не собачка Павлова.
И решил Зроп сам болячку прогнать. Но чтобы это сделать, сначала надо её найти. И уцепиться, и вытащить на свет божий, и дать тумака, а там пусть бежит без оглядки.
Но что он ни делал, а болячка никак не находилась. Но зато как только Проп начинала измерять температуру, тут же о себе давала знать.
– Ага! – сказал Зроп сам себе. – Кажется, я узнал одну маленькую тайну болячки…
И забрал у Проп градусник.
Болячка посидела-посидела втихушку, подождала-подождала, но никто ни микстурами её не поит, ни градусником играться не даёт. «Что же это такое? – возмутилась она. – Забыла Проп про меня, что ли?»
И выглянула.
А Зроп тут же ухватил её за ушки, дал тумака и вон выгнал.
Проп ничего не видела и не знала. Она в это время спала. А как глаза открыла, так сразу за микстурами потянулась. Болячка, между прочим, неподалёку притаилась, только и ждала, чтобы улучить момент и снова к Проп вернуться.
Но Зроп смёл микстуры в мешок и выбросил их. А потом взял и поцеловал Проп.
– Ах! – сказала она. – Какое вкусное лекарство!
И Зроп ещё раз поцеловал её. И еще. И ещё сто раз!
А болячка как это увидела, так сразу расхандрилась, расхныкалась и побрела искать кого-нибудь, кого целуют совсем редко.
Драгоценность
Как-то раз Зроп заработал много денег. Он купил марокканских апельсинов, краснощёких испанских яблок, маленьких китайских мандаринчиков в тонкой желтой кожуре и большой зелёный авокадо. А ещё он выбрал самый красивый букет из роз с яркими нарядными ленточками. И пошёл радовать Проп.
Но по пути ему встретилась Зюзя. Она когда-то думала, что Зроп от неё без ума, а Зроп думал: и чего Зюзя ему вечно глазки строит? А Зюзя считала: он на неё внимание обращает. Ну, а как тут не обратишь, когда ресничками хлопают, будто бабочка – крылышками?
– О! – сказала Зюзя. – Никак разбогател? Вон сколько всякого разного накупил!
– Не разбогател, а заработал, – ответил Зроп. – Подарки Проп купил.
– Фи! – сморщила носик Зюзя. – Разве ж это серьёзные подарки? Фрукты ты и сам будешь есть, цветы засохнут и вы их выкините, а что делать с авокадо – без кулинарной книжки всё равно не разберётесь! Купи лучше Проп какие-нибудь драгоценности. Они ей всегда пригодятся.
Вообще-то, Зюзя думала: у Зропа нет столько денег, чтобы купить драгоценности. Вот бы она тогда над ним посмеялась и сказала бы пренебрежительно: «А! Я так и знала: ты совсем несерьёзный человек!» А совсем несерьёзными она считала тех, кто о деньгах не думал и у кого их никогда не было.
А Зроп сказал:
– Интересная идея!
И зашёл в ювелирный магазин, и купил там самые лучшие украшения для Проп. А Зюзя, как это увидела, сказала «ах!» и прикусила язычок. Но как ей ни было больно, а всё ж сумела выговорить:
– Драгоценности полагается держать в шкатулке. Вот на неё-то у тебя денег и не хватит.
– Да ну? – сказал Зроп и купил шкатулку.
А когда ювелир складывал в неё украшения, то одна маленькая божья коровка незаметно прошмыгнула в шкатулку и устроилась на брошке из малахита.
Божьи коровки поздней осенью обычно ищут себе разные укромные места, чтобы устроиться в них на зимовку. Маленькая глупая божья коровка решила, что шкатулка для этого вполне подходит.
И она оказалась почти права. Потому что Проп обрадовалась фруктам: их можно съесть вместе со Зропом, и розам она тоже обрадовалась: букет стоял в комнате, долго-долго, и розы никак не хотели засыхать, а вот авокадо Проп испекла – получилось очень вкусно. Драгоценности же, как лежали в шкатулке, так и лежали: Проп по своей простоте считала – она не новогодняя ёлка, чтоб всякими украшениями обвешиваться.
Но однажды весной Проп и Зропа пригласили на самый настоящий бал. А на балы, ничего не поделаешь, полагается надевать всякие драгоценности.
Проп стала перебирать украшения в шкатулке, и очень ей понравилась малахитовая брошка с маленькой божьей коровкой.
– Просто прелесть! – сказала Проп.
– Просто чудо как хорошо! – сказали все на балу. – У Проп, оказывается, есть вкус.
Маленькая божья коровка всё это время спала и даже не подозревала, что попала на бал. В самый разгар веселья, однако, она проснулась, потянулась и увидела много-много света.