Чтение онлайн

Гиб Аянфаль шёл и шёл, попутно заглядывая во все каверны в поисках местных обитателей, но обнаруживал только новые и новые замершие тела, пока не наткнулся на лежавшее ничком тело, заинтересовавшее его. Это был строитель городов, такой же как он сам. Одежды его уже начали терять форму, что давало некоторую гарантию того, что Гиб Аянфаль не разбудит его, если прикоснётся. Он осторожно обхватил руками голову и повернул её на бок. Тут же нутро его вздрогнуло от холодного волнения – этого асайя он когда-то встречал. Это было во время труда над одной из первых его обителей, оборотов тридцать назад. А теперь он тут… Гиб Аянфаль ума не мог приложить, отчего мирный строитель вдруг оказался на поле.

В это время что-то больно обожгло его ладонь – он увидел, что из уголка губ строителя тоненькой струйкой сочится чёрная пыль. Гиб Аянфаль осторожно отпустил его голову и поспешно выбрался из каверны. Неужели ему в конце концов придётся так же лежать? От одной мысли об этом в душе одновременно просыпались непримиримый гнев и чувство глубокой обречённости. Хотелось так же, как горняк, бросаться на скалы и крушить их вдребезги, пробивая путь наверх, к свободе. Наброситься на чёрного стража, как он уже делал однажды. Но один он не сможет противостоять всем служителям полей. Его против воли напоят серебристой амброзией, и он своими действиями только приблизит неприглядный конец.

Другой путь – упорно не принимать никакой пищи из источников, терпя всё нарастающий голод. Такое воздержание в течение нескольких оборотов грозило тем, что его пурное тело может изрядно износиться и ослабеет настолько, что Гиб Аянфаль потеряет всякую возможность передвигаться. Но вряд ли нэны и стражи допустят, чтобы он довёл себя до такого состояния. А если они и предложат ему пищу, то наверняка она окажется всё той же серебристой амброзией.

Гиб Аянфаль остановился, сердито приходя к мысли, что все пути здесь проходят через это исправляющее усыпление, которое он ни за что не хотел принимать. Все засыпают рано или поздно. Возможно, даже от одного только глухого молчания местных волн. Никто не избежал этого, кроме, разве что, Бамму. Строитель подумал, что уж она-то точно не выпила ни капли амброзии, но каким-то образом способна оставаться в полной силе и здравии. Он вспомнил её резкие слова и предложение о помощи. Теперь, ощутив, что неприглядная участь вплотную приблизилась к нему, он понял, что готов решиться на это уже осознанно. В странном видении они вырывались наверх. Уж не знает ли она безопасный путь туда?

Он окинул взглядом верхние ярусы скал. Бамму нигде не было видно, но Гиб Аянфаль был уверен, что он ещё встретится с ней, когда исследует поля более подробно. В сознании то и дело всплывало его прошлое посещение Низа, когда он был с Хибой. По словам Багрового Ветра он должен был оказаться сейчас под властью сверхсущества Ци. Но пока Гиб Аянфаль никак этого не ощущал – напротив, он чувствовал себя отсечённым абсолютно от всех мыслетоков. Хотя возможно Ци подступится к нему, когда он впервые вступит в исцеляющее забвение.

Вспоминал он и встречу с нэной Шамсэ. Откровенно говоря, Гиб Аянфаль не знал, как же к ней теперь относиться – как к возможному другу, или как к асайю, от которого следует держаться подальше. С одной стороны Шамсэ открыла ему правду, но результат, к которому это привело, перечёркивал все её добрые начинания. Гиб Аянфаль чувствовал, что на самом деле не знает и десятой доли всей правды в этой истории, и потому не мог принять однозначного решения. К этому событию подмешивалась их странная встреча на Поле Мечтаний, начавшаяся в трансфере и завершившаяся под багровой Онсаррой. Гиб Аянфаль видел перед собой юного техника тонких волн, носящего это же имя. Техника, к которому обращались на «она» так же, как к Гиеджи. Но как Шамсэ могла совмещать в себе бытие нэны и гаэньши? Это странное и противоречивое совпадение притягивало его, и юный асай решил, что если всё же увидит служительницу недр, то отважится спросить об этом. Может быть, Шамсэ тоже видела его там и может как-то помочь? Ведь сказала же сама консул Гейст, что его пребывание в Низу «не будет долгим»…

Гиб Аянфаль долго ещё ходил по полю, прежде чем заметил в одной из каверн чью-то фигуру в ярко-зелёном одеянии. Этот цвет был как искра жизни на фоне молчаливых бурых камней.

Строитель забрался в каверну и остановился, поражённый. Перед ним лежал техник волн, тот самый, который когда-то помог ему сопротивляться зову Голоса, а потом первым пришёл на помощь после исчезновения абы Альтаса. Сейчас он почивал, как и все, лёжа на боку. Одну руку он подложил под голову, а вторая была вытянута вперёд ладонью вверх. Заснул он, похоже, совсем недавно: одежда на нём была цела, а лицо сохранило живую свежесть, хотя, судя по колебаниям внутреннего поля, сон его был довольно крепок.

Гиб Аянфаль всё разглядывал и разглядывал его, после чего нерешительно протянул руку и прикоснулся пальцами к округлой щеке. Белая кожа оказалась мягкой и нежной, совсем не как у строителей. Гиб Аянфаль прежде никогда не притрагивался к техникам. Они казались ему особо неприкосновенными асайями, для которых неприемлем любой телесный контакт. Он убрал руку и ещё раз внимательно вгляделся в спокойное лицо. Веки техника дрогнули, и он чуть-чуть приоткрыл левый непогашенный глаз. Гиб Аянфаль ощутил на себе его взгляд, и это было тем поразительно, что волны упорно подсказывали: асай перед ним – спящий. Не веря этому чуду, Гиб Аянфаль склонился ниже, со всем вниманием ловя чужой взор. Он был несказанно рад этой неожиданной встрече.

Техник приоткрыл глаз немного шире и быстро скользнул взглядом куда-то вниз, после чего вновь посмотрел в лицо Гиб Аянфалю, точно задавая ему немой вопрос. Гиб Аянфаль повернул голову и обратил более пристальное внимание на протянутую руку. Веки техника неспешно сомкнулись, и лицо стало таким же отрешённым как прежде. Гиб Аянфаль, чувствуя, что диалог отнюдь не закончен, решительно накрыл его узкую ладонь своей. Среди его спутанно-восторженных мыслей вдруг прозвучало несколько чужеродное намерение: «Спи, едва касаясь моих пальцев». Гиб Аянфаль продолжал сжимать изящную кисть, приглушая мысли и тщательно прислушиваясь, но техник, по-видимому, ограничился только этими короткими инструкциями.

В это время волны заколыхались активней, извещая о чьём-то приближении. Гиб Аянфаль отпустил руку техника и выглянул из каверны. По коридору шел асай в длинном одеянии светло-серого цвета. Его волосы волнами спадали на плечи, а часть их была собрана на макушке в хвост. Сбоку через плечо висел довольно объёмный мешок, наполненный, как предположил Гиб Аянфаль, чистой пурой, использовавшейся для лечения. Это была одна из младших нэн. Гиб Аянфаль тут же почувствовал опасения и принялся наблюдать за действиями служительницы Низа.

Нэна совершала обход, о котором предупреждал страж. Она, как и строитель, взбиралась в каверны, осматривая исправляющихся. Гиб Аянфаль с неудовольствием отметил, что она не пропустила ни одного тела.

Наконец нэна добралась и до их с техником убежища. Сперва она склонилась над спящим, приложив пальцы к его груди чуть ниже шейной ленты, а затем строго взглянула на строителя.

– Ты не мешаешь ему?

– Нет, – Гиб Аянфаль постарался ответить как можно искреннее.

– Вот и не буди. А то мне показалось, что ты пробовал с ним разговаривать, – настоятельно проговорила нэна и собралась уже покинуть каверну, когда Гиб Аянфаль решился окликнуть её.

– А нэна Шамсэ не собиралась посетить это поле?

Взгляд служительницы Низа остался таким же бесстрастным. Она немного помедлила с ответом.

– Если госпожа сочтёт нужным тебя видеть, то придёт.

– Пожалуй. Но, наверное, это мне больше нужно её видеть, – попытался завязать разговор Гиб Аянфаль, – ты не могла бы сказать ей об этом?

Нэна едва заметно приподняла брови. На её красивом лице отразилось снисходительное умиление.

– Я скажу тебе, чтоб ты знал: госпожа Шамсэ – величайшая верхняя нэна, даже хтонии считают её себе равной. Я для неё не ученица, чтобы вот так просто подходить.