Чтение онлайн

Кит тоже так не мог. Родная кровь — не водица все-таки. Оставалось надеяться, что папаша уже поостыл. Однако Ричард живо развеял его робкие надежды на сей счет.

— Мне не кажется, будто твой старик остыл. Совсем нет.

— Что? Почему?

— Да потому что… сперва твой полоумный братец, потом ты три недели пролежал чуть ли не при смерти… а еще те странные парни в фетровых шляпах.

Кит ничего не понял. Какие странные парни? Какие шляпы? Неужто, опять начался горячечный бред? Но, похоже, это был не бред. Ричард заметно занервничал. Лицо его, обычно преисполненной великолепной скандинавской меланхолии, сделалось похоже на посмертную гипсовую маску.

— Я не понимаю, расскажи все толком.

— Ну… это случилось дней пять или шесть… Я припозднился на работе… засиделся с документами по Первому Прототипу…

Время близилось к полуночи, и Ричард уже собрался домой, когда эти чертовски странные парни объявились в коридоре Корпоративной штаб-квартиры. Их было четверо или пятеро, в фетровых шляпах, плащах и серых костюмах. Они походили на банковских клерков или коммивояжеров.

— И они пошли к отцу? — спросил Кит в недоумении.

— Вот-вот. Сразу направились в его кабинет, притом не спрашивая дороги. Я спросил их, какого черта… а они сказали мне, мол, у них назначено.

— И что хотели?

— Откуда мне знать. Я пошел за ними: посмотреть, все ли в порядке, но твой папаша вылетел из приемной, как ошпаренный, и велел мне отправляться домой, немедленно, как если бы случился пожар или землетрясение.

Кит совсем не думал, что стоит придавать значение столь незначительному инциденту. Мало ли у отца имелось странных знакомых в шляпах. Мало ли, какие темные делишки он мог обсуждать с ними в глухой полночный час в укромной тиши своего кабинета. Визитеры могли оказаться группкой наемных убийц или промышленных шпионов, которые явились за инструкциями… например. Кит дотронулся до руки Ричарда и мгновенно весь заморозился изнутри, до того у Ричарда была холодная рука.

— Ой, что ты себе напридумывал. Ты малость переутомился, вот и все.

— Да… наверное… только под их плащами, костюмами и шляпами ничего не было. Ни намека на человеческие тела. Я вообще не уверен, что они были людьми. Демоны. Вот кем они были. Демонами.

Кит моргнул.

— Ты ведь сказал, что разговаривал с ними… каким образом?

Голубые глаза Ричарда озарились потусторонним, неземным светом. Лишь долгие годы спустя Кит осознал, что увидел тогда первые признаки безумия, что позже сожрет мозг Ричарда, превратив в изъеденную электрическими термитами труху.

— Да элементарно. При помощи телепатии, — ответил Ричард вдруг очень ясно и радостно и засмеялся.

— Эээ… демонической телепатии?

— Вот именно. Демонической. Телепатии.

Еще несколько дней спустя Терри, свернувшись калачиком в кресле, внимательно наблюдала за спящим мужем. Лицо его было бледным, осунувшимся и давно небритым, под глазами залегли темные круги, но все равно непостижимым образом он умудрялся выглядеть сногсшибательно красивым и неотразимым.

— Эй, глупенькая курица.

Терри повернула голову и поглядела на Викторию, которая тихонечко, на цыпочках, проскользнула в комнату. В руках у нее был поднос с кофе и всякой вкусной снедью.

— Я нам кофе принесла и перекусить. Устала?

— Нет.

— Конечно, нет. Просто месяц не ела и не спала, выхаживала этого болвана.

— Кит вовсе не болван, а мой муж.

— М-у-ууж, — передразнила ее Виктория, аккуратно ставя поднос на накрытый маленькой кружевной скатертью кофейный столик. — Ты еще скажи, будто боишься его и читаешь. Нет, как же это было? Ах, вот. Почитаешь.

— Очень, очень, — прошептала Терри боязливо. И почтительно.

— Болван и глупая курица… прелестно! Что сказал доктор? Долго еще будут продолжаться наши мучения.

— Велел Киту лежать еще неделю, отдых и покой.

Виктория передернулась.

— Ничего себе, отдых и покой. Я от такого отдыха и покоя скоро на стену полезу. Едва-едва очухался, принялся злобно брюзжать. Когда спит, полюбуйся — до чего у него злобная, брюзгливая физиономия.

Терри полюбовалась и украдкой улыбнулась.

— Ну, что ты… просто он еще неважно себя чувствует.

Виктория фыркнула.

— И какой смысл теперь брюзжать. Сам во всем виноват. Сколько миллионов раз я ему говорила, что если он не прекратит зимой расхаживать нараспашку, то непременно заболеет. А он, знай, твердил мне, да еще с таким дурацким апломбом, что в жизни не болел и не собирается. Хорошо, хоть уши не отморозил… или другие причиндалы. Что ты так покраснела, Тереза?

— А? Ой! Ничего.

— Не отморозил?

— Нет, нет.

— Ты уверена? Хорошенько проверила?

— Да. Ой! Прекрати, пожалуйста.

— Все обошлось, какое облегчение, — ехидно протянула Виктория, закатывая глаза.

— Ведь вообще-то… — начала Терри, робея.

— Да. Вообще-то он никогда меня не слушает, а теперь разлегся здесь и требует чашечки чая и всякое такое.

— Но ты сама заходила через каждые пять минут и приносила Киту чашечки чая и всякое такое, — сказала Терри слегка ошеломленно.

— Вот еще! Нужен он мне, да еще такой зеленый и сопливый! — отвечала Виктория сурово. — Ничего подобного я в жизни не делала.

— Как — не делала? — поразилась Терри.

— А вот так, не делала! Вечно ты что-то выдумываешь, Тереза. Лучше булочки попробуй… очень вкусные получились булочки.

Терри принялась за булочки с изюмом и корицей, которые и впрямь получились чудо какими вкусными и душистыми, с пылу, с жару.

— Ты, конечно, и булочек тоже не пекла…

— Конечно, нет! За кого ты меня принимаешь?

Терри благоразумно решила помолчать и занялась едой. Виктория устроилась поудобней в кресле, глотнула сладкого, крепкого, горячего кофе, взбодрилась и продолжила:

— И вот так всю жизнь, — проговорила она с горечью, — и завтраки, и обеды, и ужины, и чашечки кофе, и как твои дела, милый, бедный котеночек… а он, надо же, взял и накричал. Мужчины, какими же они бывают неблагодарными!

Терри дружила с Викторией с самого детства и очень любила ее, но, Боже правый, иногда она и впрямь бывала адской фурией. Хотя порой — и райской гурией. Но явно не тогда, когда старший брат запретил ей идти на очередную вечеринку, а вместо того поставил бедняжку навытяжку, будто в армии, и отчитывал два часа кряду.