Чтение онлайн

Они двигались на север, и Лиан бежал и бежал вместе с ними, а в конце дня валился на ложе из папоротников или веток и спал как убитый, слишком вымотанный, чтобы видеть сны. Лишь один раз его кошмар повторился. Это было в ночь накануне того, как они добрались до Сифты - рыбачьего городка на северо-восточном побережье Мельдорина. Куда им было идти дальше? Оставалось лишь продолжить путешествие по морю.

Они спустились на берег и, за неимением лучшего места для лагеря, устроились под выступом низкой скалы. С моря дул влажный ветер, хотя не было по-настоящему холодно - во всяком случае для того, кто пешком шел в Шазмак зимой.

Из сухих веточек сплели ширму и поместили ее перед костром, чтобы скрыть пламя. Лиан неподвижно сидел в нише, а аркимы готовили еду и разбивали лагерь. Малиена в последний раз осмотрела его рану, так как она зажила.

–  Она еще беспокоит тебя?
– спросила женщина, сидя перед ним на корточках.

–  Немного, когда я потянусь или сделаю резкое движение. Или после долгого дня.

–  И это все? Тогда ты совсем вылечился. Мои старые кости также беспокоят меня каждый день.

–  Старые? Я думал, что вы, аркимы, живете практически вечно. Как, например, Тензор.

–  Некоторые - да, если несчастный случай или болезнь не оборвет их жизнь, - ответила Малиена.

–  Как это получается?
– поинтересовался Лиан.

–  Не знаю. Просто мы живем долго, вот и все.

–  Как и кароны, и феллемы, - продолжал Лиан, - и такие мастера Тайного Искусства, как Мендарк и Иггур, которые научились продлевать жизнь и нам, сантенарцам.

–  Да, это так. Но срок жизни в моем роду не такой длинный, и я уже прожила больше половины. Но это меня не огорчает.

–  Так сколько же тебе лет?

Малиена пристально посмотрела ему в глаза, и от ее взгляда Лиан смутился и отвернулся.

–  И у моего, и у твоего народа об этом не принято спрашивать, даже такому любопытному летописцу.

–  Прости, - сказал Лиан, чувствуя, что краска залила его лицо.

–  Но я тебе отвечу. Я прожила более двух сроков средней продолжительности жизни сантенарцев и, если захочу и судьба позволит, проживу еще столько же. Этого достаточно.

–  У тебя есть дети?
– Она взглянула на луну.

–  Пока что только один. Сомневаюсь, чтобы у меня хватило мужества завести еще одного. Ах, мой сын!

–  Что с ним случилось?

–  Мне бы следовало спросить об этом тебя. Ты видел, как он умер.

–  Раэль?
– Лиан чувствовал, что покрылся гусиной кожей.

–  Раэль, - эхом отозвалась Малиена.

–  Он п-помогал нам сбежать из Ш-шазмака.
– Лиан прилагал большие усилия, чтобы не заикаться.
– Он задержался, выводя из строя руль второй лодки, чтобы нас не смогли преследовать. Затем, когда он попытался взобраться на борт, его утащило под воду: течение было слишком сильным.

–  Раэль был хорошим пловцом, - сказала она.
– Может быть, таким образом он решил для себя неразрешимую дилемму.

–  Мне помнится... как раз перед нашим побегом. Он был такой печальный. "Увы!
– сказал он Каране.
– У тебя есть твой дом и другая жизнь. Мне же некуда возвращаться". Карана так его любила.

–  Они очень дружили.

–  Раэль был самым благородным из всех, кого я знал, - с волнением произнес Лиан.

–  Ах! Это такое горе! Я не могу говорить с тобой об этом. Пойдем со мной.

Он шел за ней по камням к морю. Малиена стояла на холодном ветру у кромки воды, и волны так шумели, что их разговор невозможно было подслушать.

–  Расскажи мне о своем сне, - попросила Малиена.
– Он тебе не снился больше?

–  Лишь раз. Это был очень короткий сон: Раэль в своей комнате в Шазмаке. Он играл для меня там однажды. Но во сне он пел печальную песню кому-то, кого я не видел. Потом все изменилось, и зазвучало ужасное предупреждение. Я увидел там тебя и...

–  Это мой сон!
– воскликнула Малиена, закрывая лицо руками.

–  Твой сон?

Руки Малиены опустились. Она отдалилась от него, замолчала, и Лиан подумал, что коснулся запретной темы. Затем она, очевидно, решила, что требуется объяснение.

–  Я едва ли могу говорить об этом с чужаком, - прошептала она.
– Это одна из самых интимных вещей.
– Она взглянула на него, и Лиан увидел, что ее глаза увлажнились.
– Порой мы, аркимы, если были очень близки, можем еще некоторое время общаться с тем, кто умер. Но как мог увидеть этот сон ты?

–  Он играл тебе, - сказал Лиан.
– Предостережение. Ты была совершенно неподвижна. Кажется, ты плакала. Это все. Так было оба раза.

Она вздрогнула, и лицо ее застыло.

–  Общие сны! Погибель! Погибель!

В тот день Лиан больше не видел Малиену, и она не разговаривала с ним всю неделю, хотя он и ловил на себе ее взгляды, словно она искала у него на лице какой-то знак. И он догадывался, что она ищет: клеймо, которое бы показало, что в нем развивается Дар Рулька. Лиан смертельно испугался. Теперь он знал, что совершил роковую ошибку, когда замешкался в дверях виллы Тензора в Туркаде. Что аркимы сделают с тем, у кого есть подобная отметина, да еще в такие неспокойные времена?

9

В ПОРТОВОМ ГОРОДЕ.

Был первый день эндра - недели в середине зимы, по традиции считавшейся проклятым временем, недели дурных предзнаменований, когда благоразумные граждане предпочитали не выходить из дому и не принимать никаких решений. Оставалось всего три дня до хайта - самого непредсказуемого и опасного дня в году.

Мендарк со своими спутниками несколько часов прятался в туннеле, пока Таллия после длительных поисков не узнала у работника с пристани, что случилось. Их бот вместе с другими ботами Туркада ночью был в течение ночи конфискован солдатами Иггура. Беглецы опоздали со своим отплытием на один день.

Мендарк с трудом мог говорить - так велики были его страх и ярость.

–  Это произошло из-за того, что я выполнил свой долг перед городом, сдавленным голосом произнес он.
– Мне придется просить хлюнов, чтобы они нас приютили. Какое унижение! А что если они откажут?

Мендарк зашагал в глубь туннеля, не замечая, что вокруг ног плещется вонючая вода, затем бегом вернулся к Таллии, которая беседовала с Торгстедом.

–  Таллия, мне нужен бот сегодня вечером. Делай что хочешь, но раздобудь его. Торгстед!
– Он понизил голос.
– Ты всегда был мне предан. Тебе будет трудно справиться с тем, что я попрошу. Я на тебя надеюсь. Присматривай за Тилланом. Если нам нужно будет разделиться, готов ли ты пойти и следить за ним для меня? Притвориться, что предал меня? Я знаю, что прошу очень многого.