Чтение онлайн

Отряд пробирался по улицам, заваленным добром, которое хозяева побросали, спасаясь бегством, - его еще не успели растащить мародеры: тут разорванный узел из красной ткани, из которого вывалились в канаву серебряные ножи и вилки; там - игрушечный деревянный ослик с отломанным ухом; куртка, расшитая шелком и украшенная гранатом, свернутый гобелен... Дальше стали попадаться отчетливые следы войны - кровь, сломанное оружие, тела мужчин, женщин и даже детей, умерших от ужасных ран. И повсюду дымящиеся скорлупки домов, прежде служивших кому-то жилищем. Ближе к Большому Залу признаков прошедших здесь сражений не было, - возможно, война обошла это место стороной.

Таллия добралась туда около полудня. Она горько сожалела о собственных неудачах минувшей ночи. Особенно о Каране. То, что она оставила девушку без помощи, казалось ей личным предательством. У здания Тайного Совета Таллия ощутила запах гари и паленого мяса. Черный дым вздымался к небу. Таллия подбежала к погребальному костру, разведенному у стен Большого Зала.

–  Это единственное, что сейчас можно для них сделать, лар, - сказал высокий худой человек с заметным брюшком, которое выглядело так нелепо, словно его приклеили. Голова у говорящего была обрита, но на ней уже появилась седая щетина. На человеке был кожаный фартук мясника, испачканный кровью.
– Если мы их оставим, начнется чума.

В костре было много тел, и, пока Таллия смотрела на него, подошли двое мужчин, неся еще одного покойника. Они небрежно бросили тело в огонь, словно грузили на телегу мешки с углем. От костра шел столь сильный жар, что Таллия не смогла подойти достаточно близко и разглядеть лица умерших; к тому же ей не хотелось наблюдать, как они горят, и вдыхать зловоние.

Таллия стала подниматься по ступеням, ведущим в зал. Его еще не успели разграбить. Внутри она увидела все тот же вчерашний хаос. Единственное, что изменилось за ночь, - в помещении не оказалось ни мертвых, ни умирающих.

На полу, где накануне лежал убитый стражник, засохло огромное кровавое пятно, от которого тянулись следы. Караны нигде не было, лишь на стене, к которой Таллия перенесла девушку, завернутую в плащ, виднелось крошечное пятнышко крови. Около дальней стены лежала трость Нелиссы, сломанная пополам. Таллия выбежала наружу и вернулась к костру. Она обратилась к седому мяснику:

–  Что сделали с мертвыми из зала? Их сожгли? Человек с минуту размышлял, почесывая кончик носа грязным ногтем. Его медлительность вызвала у Таллии раздражение.

–  Мы вынесли оттуда пятерых, а может быть, шестерых, - ответил он, нахмурившись.
– Сейчас не могу вспомнить: столько мертвых! Мы закончили с этим залом несколько часов тому назад. Я помню старуху - ее бы мы, конечно, узнали, даже если бы на ней не было мантии. Нелисса Брюзга! Интересно, кто станет оплакивать ее?

–  А была там молодая женщина с рыжими волосами?

–  Не могу вспомнить, лар. Было несколько женщин, это я помню, и одна из них - красотка. Но через некоторое время перестаешь всматриваться в их лица - разве только для того, чтобы убедиться, что они мертвые. Не имеет значения, красивы ли они: раз их больше нет, то и с мечтами их покончено. И нет никакого смысла размышлять о них.
– По-видимому, ему хотелось поделиться своим опытом.
– Удивительна эта пропасть между жизнью и смертью - в молодости ее не замечаешь, но когда начинаешь стареть...

Таллию не интересовало его философствование.

–  Ты уверен, что не сжег ее? Она маленькая, примерно вот такого роста. Рыжие волосы, бледная кожа, в окровавленной рубахе. Ты не мог бы не обратить внимания на ее волосы, они огненно-рыжие. Вчера ночью она еще была жива.

–  Тогда нужно было ее вчера и забрать, - проговорил он, снова почесывая нос.
– В такую ночь плохо умирать в одиночестве!.. Была женщина... высокая, с темными волосами - вроде тебя. Других я не помню. Одно скажу, мы сжигали только мертвых. К утру в живых осталось двое, оба мужчины, и мы отправили их в лазарет. Вот все, что я знаю.

"Другие, должно быть, пришли в себя, или их взяли в плен, - подумала Таллия.
– Почему я не забрала ее с собой? Но теперь слишком поздно сожалеть об этом".

2

"ДНО" ТУРКАДА

Когда Таллия, миновав все опасности, поджидавшие ее в городе, вернулась в крепость, то обнаружила, что оборона потерпела крах. Войска Иггура оттеснили защитников Туркада к последнему бастиону - Старому Городу. Таллия побежала в зал аудиенций, но там Мендарка не оказалось, и даже его офицеры не знали, где он. После долгих поисков она увидела его на городской стене, где он отдавал приказы своим военачальникам.

–  Безнадежно, - устало произнес Мендарк. Его лицо и руки были покрыты грязью и копотью, а одежда забрызгана кровью; он был вымотан. Рядом с Магистром стоял Беренет, щеголеватый, как всегда. Со слезами на глазах Мендарк смотрел на дымный горизонт.
– Взгляни на эти разрушения. Вся Галерея в огне. Старая Ограда превратилась в пепел. От четырех тысяч лет истории не осталось ничего! Чем дольше мы сражаемся, тем больше людей гибнет, а поражение неизбежно. Но как же я могу сдать Туркад? Я всем сердцем люблю мой город.

–  Где Глава Ассамблеи?

К ним быстро подошел гонец с новым донесением. Мендарк сломал печать.

–  Эта предательница!
– сплюнул Беренет.
– Она сбежала, нагрузив добром свои баржи до самой ватерлинии.

–  Ассамблея дезорганизована, - добавил Мендарк.
– Они бы не смогли управлять и детской площадкой! Есть только я!
– Он склонился над бумагами.

–  Тогда ты должен защищать Туркад и делать для людей все, что в твоих силах, пока есть надежда, - сказала Таллия.

–  Конечно, но еще более важно преследовать цель Совета. Никогда еще в этом не было такой необходимости, как теперь, когда обезумевший Тензор сбежал с Зеркалом.
– Мендарк взглянул вниз, на город, там над сотней зданий был водружен флаг Иггура - черный тигель на фоне белого круга. Он больше походил на сжатый кулак, и жители Туркада называли солдат Иггура чернокулачниками.

–  У меня есть план, который может тебя заинтересовать, - заявил Беренет, начищая свои серебряные пуговицы.

Как всегда элегантный, он выглядел очень деловито. Рядом с ним Таллия ощутила неловкость за свою забрызганную грязью одежду.

–  Мне нужен хороший план, - буркнул Мендарк, не отрываясь от своих депеш.

–  Он хорош, - самоуверенно ответил Беренет.
– Взгляни!
– Развернув на камнях карту города, он обвел неровную линию стен наманикюренным пальцем.

–  Согласно последним сведениям, из восьми холмов Туркада Иггур сейчас удерживает пять - всю южную, западную и почти всю северную части города. Теперь он оттесняет нас на восток.
– Беренет показал на карте области, которые все еще удерживали силы Мендарка, - восточные холмы и в самом центре - Старый Город, защищенные стенами.
– И все же Иггур уязвим.