Чтение онлайн

– Верно, я заезжал в Бургос… Я жду под Толедо высших командиров моей армии и переоделся паломником только в Бургосе…

– И бандиты тоже, ваша светлость, приняли такой вид и этим подали мне одну мысль. Переодевшись паломниками, командиры могут пробираться незамеченными, чтобы готовить места расположения войск. Теперь все щеголяют в такой одежде, сегодня каждый хочет совершить путешествие в Испанию. И даже негодяй Каверлэ оделся так же, как и мы. Главное, что мы встретились. Вы выберете резиденцию и призовете к себе всех испанцев, ваших сторонников. А я призову рыцарей и солдат из всех стран. Нельзя терять ни минуты. Дон Педро еще не утвердился на троне, он потерял своего лучшего советника, донью Марию, – единственное существо, которое было дорого ему в этом мире. Мы должны воспользоваться его нерешительностью и начать войну, пока он не успел опомниться.

– Донья Мария мертва! – воскликнул Энрике. – Это верно?

– Я точно знаю это, – печально сказал Аженор. – Я видел, как везли ее тело.

– Ну, а где дон Педро?

– Неизвестно. Он похоронил свою несчастную жертву в Бургосе и после этого исчез, – ответил коннетабль.

– Как исчез? Разве это возможно? Но вы сказали, что донья Мария его жертва. Расскажите мне об этом подробнее, коннетабль, я целую неделю не решался говорить ни с одной живой душой.

– Как донесли мне мои лазутчики, произошло вот что, – начал свой рассказ коннетабль. – Дон Педро влюбился в мавританку, дочь этого проклятого Мотриля… Донья Мария заподозрила неладное, она даже узнала о сговоре короля с мавританкой. Оскорбленная до бешенства, она вонзила кинжал в сердце соперницы, а потом отравилась.

– Нет, сеньоры, нет! – вскричал Аженор. – Это невозможно… Это было бы таким гнусным злодеянием, таким черным предательством, что солнце померкло бы от ужаса…

Король и коннетабль с удивлением посмотрели на молодого человека, который столь пылко выражал свои чувства, но не могли получить от него никаких вразумительных объяснений.

– Простите меня, господа, – смиренно сказал Аженор, – у меня есть дорогая для меня и горькая тайна, одну половину которой донья Мария унесла с собой могилу, а другую я хочу благоговейно хранить.

– Ты влюбился, бедный мальчик? – спросил коннетабль. Вместо ответа на этот вопрос Аженор сказал:

– Я в полном вашем распоряжении, сеньоры, и готов умереть, служа вам.

– Я знаю, что ты верный человек, – ответил Энрике, – честный, умный, неутомимый слуга. Поэтому рассчитывай на мою благодарность, но скажи нам, что тебе известно о любви дона Педро?

– Мне известно все, государь, и если вы приказываете говорить…

– Где сейчас может находиться дон Педро – вот все, что нам хотелось бы узнать.

– Господа, соблаговолите дать мне неделю, и я отвечу вам, где он находится, – сказал Аженор.

– Дать неделю? – спросил король. – Что вы на это скажете, коннетабль?

– Я скажу, государь, что неделя уйдет у нас на подготовку нашей армии, на ожидание подкреплений и денег из Франции. Мы абсолютно ничем не рискуем.

– Тем более, ваша светлость, – подхватил Молеон, – что, если мой план удастся, вы будете располагать знанием настоящих причин войны, а ее истинного виновника, дона Педро, я с большой радостью выдам вам.

– Он прав, – согласился король. – Если один из нас будет схвачен, кончится война в Испании.

– О нет, государь! – воскликнул коннетабль. – Я клянусь вам, что если вы попадете в плен и вас разрубят на куски – этого, я надеюсь, Бог не допустит, – то я приложу все силы, чтобы наказать нечестивца дона Педро, который хладнокровно убивает своих пленных и водит дружбу с неверными.

– Я тоже так думаю, Бертран, – живо ответил король. – Не заботьтесь обо мне… Если я буду взят в плен и убит, то отбейте у врага мое тело и бездыханным положите на трон Кастилии: я заявляю, что считал бы себя счастливым победителем, если бы к подножию этого трона швырнули труп дона Педро – этого бастарда, предателя, убийцы.

– Государь, это я вам обещаю, – прибавил коннетабль. – Ну а теперь предоставим свободу этому молодому человеку.

– Где мы встретимся? – спросил Молеон. – Под стенами Толедо, который будем осаждать?

– Через неделю?

– Через неделю, – ответил Аженор.

Энрике нежно обнял молодого человека, который совсем сконфузился от подобной чести.

– Не смущайтесь, – сказал король, – я хочу доказать вам, что вы, деливший со мной трудные минуты моей судьбы, будете делить со мной и ее счастливые мгновения.

– А я тоже обязан ему свободой, которой наслаждаюсь, – заметил коннетабль, – обещаю помочь ему всеми своими силами в тот день, когда он потребует моей помощи в чем угодно, где угодно и против кого угодно.

– О господа, господа, вы переполняете меня радостью и гордостью! – воскликнул Молеон. – Вы, столь знатные люди, относитесь ко мне с таким вниманием… Ведь вы на этой земле олицетворяете для меня самого Бога, вы открываете мне Небо.

– Ты этого достоин, Молеон, – сказал коннетабль. – Скажи, нужны ли тебе деньги?

– Нет, ваша милость, нет.

– Но задуманный план потребует от тебя многих хлопот, и богатые подарки не помешают…

– Сеньоры, вы помните, что однажды я захватил шкатулку с драгоценностями этого бандита Каверлэ, в которой было сказочное богатство, но для меня это было чересчур много, и я без сожалений с ним расстался, – ответил Молеон. – Во Франции я получил от короля сто ливров, это для меня целое состояние, ведь мне на все хватает…

– О, как прекрасно сказано, – со слезами на глазах пробормотал Мюзарон из своего угла.

Король услышал его.

– Это твой оруженосец? – спросил он.

– Верный, храбрый слуга, – ответил Молеон, – он облегчает мне жизнь и не раз спасал меня.

– Он тоже получит награду. Подойди ко мне, оруженосец, – сказал граф, сняв брошь в виде выложенной жемчужинами раковины, – возьми это, и в тот день, когда ты или кто-нибудь из твоих потомков будет испытывать нужду, эта вещь, переданная в мои руки или в руки моего наследника, составит целое состояние… Бери, оруженосец, бери.

Мюзарон опустился на колени; сердце его готово было выскочить из груди.

– А теперь, мой король, – сказал коннетабль, – воспользуемся темнотой, чтобы добраться до места, где вас ждут ваши офицеры, ведь мы напрасно отпустили этого Каверлэ. Он, утроив свои силы, может снова напасть на нас и на этот раз действительно взять в плен хотя бы для того, чтобы доказать нам, что он далеко не дурак.

Они вооружились и, веря в свою неустрашимость и свои силы, добрались до леса, где было трудно на них напасть и невозможно их догнать.

Тут Аженор спешился и простился со своими могучими покровителями, которые пожелали ему удачи и счастливой дороги.