Чтение онлайн

Силы внезапно окончательно покинули девушку, и она просто обмякла, повиснув у него на руках, словно кукла с перерезанными нитями.

Целители уже были рядом. Один из них резко опустился на колени рядом.

Переводя взгляд с побелевшего лица сестры на целителей, парень, всё ещё не до конца веря в происходящее, аккуратно передал Анастасию им. Пальцы неохотно разжались, он не хотел отпускать её.

Затем Егор встал, чувствуя, как подрагивают ноги, и пустым взглядом проводил, как сестру уносят к дирижаблю. Шум вокруг как будто отодвинулся, стал глухим и далёким.

Помня, откуда она шла, парень резко развернулся. В следующую секунду он сорвался молнией, превращаясь в чёрную вспышку.

Сквозь гулкое биение сердца он молился лишь о том, чтобы это был просто бред сестры…

Когда парень достиг места, где предположительно была битва, он на миг замер. Вокруг — сплошная гарь, земля выжжена до серо-чёрного, кое-где ещё дымились воронки. Валялись тела людей двух сестёр — их личной стражи, — покрытые кровью, копотью и пеплом. Некоторые были изувечены так, что на них страшно было смотреть.

Каменные глыбы были расколоты, металл — расплавлен и растёкся буграми. В воздухе висел тяжёлый запах дыма и крови, от которого першило в горле.

И…

Парень быстро подошёл к месту, где темнела лужа крови, уже загустевшей и начавшей подсыхать по краям. Следы вокруг говорили о яростной схватке — вмятины в земле, глубокие борозды, оплавленные пятна.

Опустившись на корточки, он медленно протянул руку и поднял из крови клочок чёрной ткани чёрной формы. Рядом он заметил лежащую серёжку и браслет сестры. Тани. Металл был забрызган кровью, цепочка браслета порвана.

Егор какое-то время сидел на корточках, не двигаясь, глядя на это всё пустым взглядом. Грудь сдавило так, что стало трудно дышать.

Затем он медленно, с трудом и почти болезненной бережностью сжал в руке окровавленную ткань и браслет с серьгой.

От него, едва заметно, начала распространяться и клубиться тьма. Пространство вокруг парня задрожало. Он медленно поднялся.

Некоторое время Егор смотрел на свой кулак с зажатой в нём тканью и украшениями, словно не до конца понимая, что держит, а затем медленно перевёл взгляд вдаль, на город, сереющий на горизонте.

Они ответят… За всё ответят…

Шаг парня вперёд, в сторону города, первый, тяжёлый, и неминуемый, нёс в этот мир перемены, от которых содрогнётся и пошатнётся сама империя.

Будущее время. Место — неизвестно:

Я смотрел на Ольгу, ожидая её ответа. Пламя костра играло на её лице, отбрасывая рыжие блики и тени. Внутри всё сжалось от понимания, что я мог проспать слишком долго…

Поглощение энергии — это не шутка. Я замахнулся туда, куда лезть не стоит, даже если особого выбора у меня и не было.

Если переборщить с поглощением, такой длительный «сон», как у меня, — это ещё мягкое последствие.

Нельзя скакать по рангам. Никогда. Каким бы умудрённым практиком ты ни был.

Организм не успевает перестраиваться, энергоканалы слишком слабые, источник неподготовлен, и в результате можно просто умереть, потому что всё сознание, всё внутри будет выжжено дотла.

Впрочем, обычные практики и не умеют скакать по рангам так, как это делаю я. Просто потому, что у них нет преследующей их силы.

Но в любом случае — поглощение слишком большого количества энергии может привести к смерти. И я тоже ещё сполна ощущу последствия того, что случилось со мной.

Девушка молчала, ковыряя палкой угли костра. Иногда она слегка шевелила её, и угольки вспыхивали ярче, поднимались искры.

— Ольга, — поторопил я её.

— Семь месяцев, — наконец ответила она, всё ещё глядя в костёр.

Услышав цифру, я прикрыл глаза и медленно выдохнул.

Семь месяцев…

Врать ей мне нет смысла, время тут течёт обычно, без искажений, а значит, число точное.

Скоро рождение моего первенца… И вряд ли я успею вернуться к этому сроку…

Я помотал головой, отбрасывая эту мысль пока в сторону.

— Что-то случилось? — спросила Ольга, заметив мою реакцию. — Тебе плохо?

— Нет, — ответил я, всё так же не открывая глаза. Прислушался к телу, к тому, как течёт энергия, как отзываются каналы.

Семь месяцев. Что случилось за это время? Император мёртв, волну мы остановили, и это значит, что в империи начнётся делёжка власти. Вряд ли дети Александра придут к какому-то единому решению.

Или…?

Мысли одна за другой мелькали в голове. Я поморщился.

В любом случае — сейчас важнее то, чтобы все мои были в безопасности. В случае чего они могут отступить в Японскую империю или уйти через портал в мир со вторым наследием.

Там, перед уходом, я вновь подарил Айорлам одного истинного, и их глава расщедрился. В итоге денег у меня было достаточно, чтобы создать место, где все мои смогут укрыться.

Не в городе, нет. В одной отдалённой части, куда, по словам Мирики, никто не суётся. Глухая, но защищённая территория, с нужными печатями и запасами.

Вспомнив об Ольге, я открыл глаза и увидел, что девушка теперь смотрит не в костёр, а на меня. Палка всё ещё была в её руках, но она перестала шевелить угли.

— За семь месяцев — нова… — произнёс я, хмыкнув. — Это большой рывок вперёд. Учитывая, что недавно ты была предвысшей. Как ты себя чувствуешь? И не советую молчать. Мне нужно знать все возможные последствия, чтобы понимать, как тебе помочь.

Я сам ускорил течение энергии в ней и усилил источник, однако только из-за одного этого она не могла стать новой. Всё дело в моём теле. После поглощения колоссального количества энергии во мне осталась большая её часть, которая и проецировалась на девушку, находившуюся всё это время ближе всего.

То, что Ольга испытывает дискомфорт, — в этом я был уверен даже без изучения энергии при помощи глаз или своей родовой силы. Просто потому, что ощущал её и так: как она фонит, как неравномерно течёт, где скапливается.

Особенно большое скопление — в районе живота, чуть ниже, и в ногах. Там энергия как будто застаивалась.

— Ты же не целитель, — усмехнулась она, пытаясь улыбнуться. Уголки губ дрогнули, но глаза оставались усталыми.

— Поверь, целитель тебе сейчас не поможет, — я чуть повёл плечом. — Как давно ты взяла этот ранг? Судя по количеству энергии — около двух месяцев назад, я прав? А сразу после этого дискомфорт должен был усилиться.