Чтение онлайн

— Этого выродка точно кто-то предупредил, господин. Нас предали. Он знал! Клянусь. Знал и про засаду, и про её место и время!

— Неужели, Альберт? Наверное так и есть. — понимающе кивнул виконт. — Ведь во дворце двое — сам король и его начальник тайной службы знали о том, что ты должен выполнить. Ну, может, ещё двое — казначей и начальник секретариата — могли догадываться. А ведь все эти четверо испытывают огромную симпатию к Неллерам, вот и поспешили предупредить их о твоей засаде. Ведь так же?

— Нет, не они, но…

— А кто же тогда? — сидевший в кресле мужчина отбросил ягоду назад в блюдо. — Все остальные, кто знал о предстоящей работе — это были твои люди. Те, кого ты подбирал и за кого отвечаешь. Ведь так?

— Да…

— Вот видишь, Альбертик. И что тогда получается? Получается, что вина-то всё равно на тебе. И отвечать за провал, очередной твой провал, должен ты. Согласен? Наверное, поэтому хотел пуститься в бега?

— Нет, господин, я…

И на этот раз он не смог договорить. Только не потому, что его опять перебил хозяин дома. Повинуясь взгляду виконта Оланского, стоявший у двери верзила удивительно бесшумно и быстро подошёл к молодому мужчине, накинул ему на шею тонкую удавку и мгновенно её затянул.

Сопротивление жертвы длилось несколько мгновений, вскоре мужчина затих, и верзила выпустил его тело, мешком свалившееся на ковёр. Виконт Сергий не любил вида крови, также как и не хотел портить ею дорогое покрытие. Но он хотел лично убедиться, что единственная ниточка, которая могла бы привести к нему сыск Неллеров, перерезана.

— Вынеси тело. — приказал. — И как обычно, разруби и вынеси на псарню. Давно мои друзья человечинкой не лакомились.

— А как же та вчерашняя девка? — позволил себе чуть улыбнуться верзила.

— Ах, да. — тихо засмеялся виконт Оланский. — Про ту потаскуху я уж и забыл. Спасибо, что напомнил, Дик. Да, всё равно распорядись усилить охрану моего особняка. Хотя бы месяц нам надо быть осторожней обычного.

Вице-канцлер торопился. Как я понимаю, во дворце сейчас настоящий дурдом, и Андрею Торскому там надо быть практически с утра до вечера. Не в качестве пациента, конечно, скорее, лечащим врачом. Пациентом там мой лучший друг, мой друг бесценный король наш славный Эдгар. Козёл. Доберусь до него. Рано или поздно. Точнее, поздно. Сейчас у меня пока добиралка не работает. Сначала разберусь с виконтом Оланским, а там помотрим. Как пойдёт.

В общем, сразу после церемонии принесения Бертой вассальной клятвы дядя Андрей уехал на поджидавшей его у храма карете, кстати, новой, потому я её сразу и не признал — ещё удивился, кто такой важный у нас неллеров объявился? Зато другой дядя, прелат Курт, оказался совершенно свободен, у него целый штат помощников как бы не меньше чем у меня в монастыре. Так что, он, тётушка Ника — её супруг вовсе не смог явиться на церемонию, хотя, какой ни есть, а всё ж родня — конечно же я, сама Берта, ну и мой приятель Карл Монский, не выспавшийся, но активный, вот таким узким составом переместились в особняк милорда Неллерского. Прошли пешком, там идти меньше сотни ярдов. Слуги уже накрыли в нём праздничный стол.

Остальную многочисленную родню не позвали, да и не разместишь такую толпу. Однако, никто не ушёл обиженным, всем достались дары, заранее доставленные в пристрой позади церкви. Для каждого члена нашего большого клана их подбирали в соответствии с весом каждого отдельного человека в неллерской иерархии. Простолюдинам достались просто мешочки с деньгами, дворянам — изделия из золота и шёлковые ткани. Что-то привезли от нас с караванами, что-то прикупили здесь.

А я ведь даже не догадывался, что будет так помпезно. У меня-то совсем всё просто с Карлом Монским было. Наверное тоже надо было насчёт подарков присутствовавшим придумать. Теперь понимаю, почему преднастоятель баронет Михаил потом выглядел таким хмурым, посчитал своего аббата жлобом. Обидно, да.

Подбором и распределением подарков занимался сам прелат и баронет Василий Нарат, очень пожилой грузный дядька с одышкой. Это был вдовец, некогда женатый на моей четвероюродной или пятиюродной — тут сам чёрт не разберёт — тётке. Супругу давно схоронил, но сам так и остался в нашем роду вассалом. Более того, он, можно сказать, спикер Неллеров в Рансбуре. Тем из нас, кто повыше его положением, часто некогда заниматься делами рода. Вот баронет Нарат и решает текущие проблемы уже более десяти лет.

Когда шли к пристрою для выдачи даров, я отстал и сообщил грузному старику, что буду рад его видеть у себя в особняке. Пообещал ему, и омоложение, и исцеление, не всё сразу, но до своего отъезда родственник получит от меня и то, и другое. редко когда увидишь столько удивления, благодарности и надежды в одном взоре, каким Василий на меня посмотрел. А что такого? Раз уж для посторонних людей величайший целитель находит время и магическую энергию, то уж помочь столь полезному родственнику сам Создатель велел. Не нужно было на меня так смотреть, я лишь выполняю свою работу.

И золотые изделия, и мешочки с монетами выдавала сама Берта. Молодой лакей ей подавал — ага, подаван — а она вручала со словами благодарности за тёплый приём. Поначалу голосок дрожал, пальчики тряслись, лицо от румянца налилось пунцовым цветом, но после двух десятков вытянувшихся в очередь новых родственников, волноваться устала и действовала уже более уверенно. А я любовался. Всё же какая она у меня реально красавица. Лучше всех. И моей Юлианы? Ну, тут ещё не решил. Да и чего сравнивать сестру с полюбившейся девушкой? Я же не Гарри, старший сын принца Филиппа, чтобы на кузину смотреть как мужчина на женщину.

Подававший миледи из Новинок подарки видимо что-то перепутал, не так или не то прочитал в пояснительном свитке. Выяснилось в самом конце. Догонять отошедших и обменивать не стали. Просто дядюшка Курт где-то разжился толстой тростью и со всего размаха отдубасил ею бедолагу-подавана. Я даже подумал, что кость бедра тому переломает. Вроде нет, вот только ни сидеть, ни ходить без прихрамывания парень ближайшую неделю точно не сможет. Вмешиваться я конечно же и не подумал. Здесь свои времена и свои нравы, да и заслужил лакей, если так по честному рассудить.

Нас всего пятеро за столом, хотя за ним можно разместить и двадцать. Можно сказать, мы утонули в горе яств, даже блюда с нарезкой малосольной мурены имеется. прямо напротив меня поставили. Издеваются что ли? Чтобы я ел хищника обожравшегося человечины? Нет, один раз рискнул попробовать на свадьбе Юлианы — тогда кубок малансского явно был лишним — и всё, хватит.

Прислуживают нам четыре молоденьких девицы в светлых платьях, края которых лишь на ладонь-две ниже колен. У девок из вертепа не намного короче. Ох, дядя. Впрочем, обет безбрачия — это совсем не то, что целибат. Так что, в своём праве мужик.