Чтение онлайн

Увы, но леди Ланнистер так и не распознала уловку, по которой Ковенант приблизит сепаратный мир с Дорном на своих условиях. Громкая и кровавая слава Кошмарного Волка, участь Фреев и боль от поражения заставят благородных дорнийцев поверить в угрозы северян. Равно как и начать выторговывать условия собственного освобождения. Начинавшиеся с контрибуции Штормовым землям и заканчивающиеся всеобъемлющей помощью Стене и Ночному Дозору. Более того, они будут уверены, что лорд Дейн, рискуя жизнью и положением, оказал им нешуточную услугу.

* * *

Солнечное Копьё, Дорн

— Кто самый могучий в мире кхал? Ты! — ворковала с ребёнком Дейенерис.

Принцесса довольно быстро стала всеобщей любимицей. Не сказать, что она обладала чертами, способными завоёвывать сердца дорнийцев, но её искренность в выражении благодарности, проявлении сострадания и сочувствия как минимум подкупали. Более того, это выделяло девушку на фоне остальной, более безумной и деспотичной родни.

Кхалиси была любима среди своих людей. Её уважали дотракийские воины, за то, что она родила Дрого здорового ребёнка, «жеребца, который покроет весь мир», и обожали за доброту рабы. Дейенерис общалась с собственными служанками как с давними подругами, ни властности, ни надменного высокомерия. Казалось, одна лишь просьба девушки может заставить кого угодно выполнить любой её приказ. А уж малыш Рейго и его радостное бульканье в компании матери и её служанок вызывали лишь умилительные взгляды.

Арианна так и не решилась рассказать «гостям» последние новости. Нет, тёплых чувств к новой подруге дорнийская принцесса не питала и тут нет места попытке защиты и нежеланию огорчать леди Таргариен. Скорее некая степень прагматизма вкупе с женской солидарностью. Дейенерис не отходила от сына и не подпускала к нему кормилиц. Дурные вести могут лишить её молока и слишком ускорить события, час которых ещё не пробил.

Пусть и нехотя, но Мартелл вынуждена была признать, что завидует. Признать хотя бы перед самой собой. Шесть лет разницы, а у Арианны нет ни супруга, ни ребёнка. Однако если принцесса начнёт на этой почве отыгрываться на других, то станет ничем не лучше тех монстров в человеческом обличье, которые в своё время растерзали её тётю Эллию.

— Странно, — пробормотала себе под нос леди Джейн Фаулер.

Девушка была каменной дорнийкой, высокая, с длинными светлыми волосами. При дворе Мартеллов её считали довольно привлекательной, а Нимерия Сэнд и вовсе заявляла: «под всеми этими шелками скрывается настоящее сокровище». Джейн была наследницей дома Фаулер, третьего по могуществу среди дорнийских, но по факту была лишь заложницей и пешкой в далеко идущих планах Дорана Мартелла, равно как и сама Арианна.

— Что странно? — переспросила у неё её точная копия. Дженнелин мало кто мог отличить от сестры-близнеца.

— Видеть счастье, которому ты в любой момент способна положить конец, — ответила ей сестра.

— Если пожелаешь, — добавила Арианна. Все трое коротали время за игрой в кайвассу.

При дворе Солнечного Копья было трудно найти что-то выглядящее более естественно, чем компания давних подруг. Но невинная игра была лишь ширмой, чтобы прикрыть зарождающийся заговор. Заговор по лишению принца Дорана власти над регионом и по следующему за ним возвышению принцессы Арианны.

В пустыне было четыре ключевых дома, заручившись поддержкой которых можно было почти полностью игнорировать все остальные. Разумеется, самыми могущественными среди них были Мартеллы. Вторыми по силе, богатству и влиянию были Айронвуды, находящиеся с сюзеренами в не самых тёплых отношениях, но ещё хуже они ладили с граничащими с ними Фаулерами. Четвёртыми по силе были Дейны Рассвета, но это утверждение уже можно было считать поспешным. Громкое поражение Дорна и потери в битве при Черноводной вполне могли изменить расклад сил на доске и поставить лорда Звездопада если не на вторую, то точно на третью позицию.

— Есть вести от твоих братьев? — поинтересовалась Джейн.

— «Хороших» точно нет, — покачала головой Арианна. — Тристан тяжело ранен, а Квентин исчез.

— Как и его притязания на Дорн, — меркантильно отметила Джейн, пожав плечами.

— Айронвуды? — уточнила Дженнелин.

— Клетус в плену у северян. Со дня на день Меч Зари склонит лорда Андерса к сотрудничеству.

— Я бы ему не доверяла, — ответила Джейн.

— Андерсу?

— Эдрику. Особенно после того, как он поднял свой меч против Дорна.

— Против заморских захватчиков, — поправила Арианна.

— И против твоего отца, — подметила Дженнелин.

— Но не против меня. Семь Королевств предал Доран Мартелл, а не его дочь. Его власть над Дорном не устраивает ни нас с вами, ни Ковенант Зимы.

— Раз ты так говоришь, — согласилась Фоулер, вздохнув.

— Ты сумела сплотить три самых могущественных дома Дорна против твоего отца. Захватить регион не проблема, но что ты скажешь лордам, чтобы его удержать?

— Что и следует им сказать, — решительно произнесла Арианна. — У Эйгона Таргариена был дракон, элефантерия и самое большое на материке войско, и где это всё теперь? Доран стар и настолько сильно ослеплён местью Ланнистерам, что поставил на старую больную лошадь.

— Мечту отомстить Ланнистерам лелеет не он один.

— Но именно он так и не смог этого добиться, попутно потеряв солидную часть дорнийского войска. Сыны пустыни погибли совершенно напрасно и всё по его вине. Это я им и скажу.

* * *

Лагерь Ковенанта, Королевские земли

Силы вестеросцев стояли лагерем уже третий день подряд. Спешить уничтожить заведомо обречённых недобитков смысла не было. Рациональнее было остаться на месте и спасти как можно больше жизней собственных солдат. Накормить, позволить отдохнуть, обогреть, обработать раны.

Вне всяких сомнений, впереди ждёт как минимум ещё одна битва, но будет глупо потерять при приступе Королевской Гавани меньше солдат, чем из-за отсутствия ухода за ними во время пути до города. Такой была официальная версия, правдивой она была лишь отчасти. Войско стояло на месте, так как продолжать бой не мог один конкретный человек. Лорд Эддард Старк.

Кошмарный Волк уверял, что жизни Хранителя Севера ничего не угрожает, но прийти в себя он должен сам и уже с этим колдун никак не может ему помочь. Так что северянин третий день пребывал в беспамятстве, а лорды Ковенанта ждали его возвращения в строй, ведь присягнули они именно Старку и именно за счёт их союза с Тиреллами в войну с Таргариенами вступил и Простор.

Как понял Эдрик, лорды Долины, Севера и Трезубца могли избрать нового лидера, но пока временили с этим решением. Либо они верили, что лорд Эддард вот-вот очнётся, либо были неспособны найти другого кандидата, который устроит сразу все регионы.

От мыслей о насущной проблеме юного короля отвлекли распахнувшийся полог шатра и вошедшая внутрь фигура, лицо которой было скрыто за капюшоном. Находящиеся подле Эдрика Станнис и Элдон потянулись за оружием, но король жестом велел им остановиться, как только незнакомец явил ему своё лицо.