Чтение онлайн

– Приятного аппетита! – она принесла тарелку с горой отбивных и поставила перед ним. Погладила. – Кушай, мой хороший!

– Спасибо! – он с удовольствием впился зубами в говядину. Ксюша с улыбкой недолго понаблюдала за ним и пошла дальше, заниматься своими делами. – Пока ничефо не моху сказать наферняка. Даше фтыдно как-то перет нефю! Она хорофая!

– Жуй молча! – посоветовал я, размышляя, что же он имел в виду. – Подавишься…

После того как Пончик насытился и обменялся мыслями о чем-то с молчаливой саламандрой, поманив ее кивком головы в сторонку от беседки, где разговаривали Всеслав с драконом, он пошел к Аксинье. Недолго пообщавшись и с нею, вернулся ко мне.

– И что они сказали? – поинтересовался я, подозревая, что он подходил к ним не просто так.

– Шштелльсси порекомендовала найти каких-то «трех равных», – он скептически фыркнул. – Кто такие, откуда? Объяснять не стала. Ты же ее знаешь! Не хочет снова в камень превращаться, наверное. А ведунья кое-что вспомнила. О событиях одной грозовой ночи 1230 года…

– И что же? – острые коготки поискового азарта внезапно царапнули душу. Мне стало интересно. Особенно дата. Примерно в это же самое время Святой Бес организовал как минимум два крестовых похода к мегалитическим артефактам неизвестной цивилизации, находящихся тогда в землях саамов. Мы с Пончиком и товарищем – поисковиком Димой, побывали там недавно во время Ламмаса – праздника первого дня колдовской осени. Так случилось, что это был один день – первое августа, одновременно и 2043, и 1942 года.

– Драй Гляйхен… – уронил Пончик, задумчиво пошевелив усами.

– Это кто такие? – не понял я.

– Вот сейчас смотаюсь кое-куда, вернусь и все расскажу! – пообещал он. – Не говори пока никому, ладно? Не хочу дракона заранее обнадеживать. Мне надо проверить свои предположения. Я ненадолго!

И он исчез, растаяв в воздухе.

Женщины устроились за беседкой загорать, взяв с собою для настроения бутылочку местного белого вина Гиргентина (Ghirghentina), которое наравне с красным Джеллеуза (Gellewza), традиционно изготавливается только из мальтийских сортов винограда. Правда, Черта от солнца спряталась под широкополой шляпой и порео, ничего, однако не скрывающем от моего проникающего взгляда. Всеслав и Шшлемхх Аинн, видимо так и не придумав, где искать начало очередной ниточки ведущей к Лассар, решили употребить чего покрепче.

Я же занял кресло под деревянным решетчатым навесом у внутреннего выхода из дома, и по укоренившейся полезной привычке полез покопаться в Инете.

Запрос: «Drei Gleichen».

Древние замки: Глейхен (Burg Gleichen), Мюльбург (M"uhlburg) и Фесте Ваксенбург (Veste Wachsenburg). Как по мне, – вроде как одинаково написано: «Gleichen», и для замка одного из тамошних графских родов Глейхен, и для их общего названия «Гляйхен». А читать оказывается надо – первый через «ей», потому как название замка Глейхен происходит от кельтского слова «glich» – «скала». А второй – через «яй», «Драй Гляйхен», происходящее от немецкого слова «gleich» (быть равным или похожим).

Находятся они все на соседних горках в восточногерманской федеральной земле Тюрингия, между городами Арнштадт и Гота, по разную сторону от автобана A4.

Все три замка загорелись от попадания молний в одну и ту же мистически ненастную грозовую ночь 1230 года. Какого числа, скорее всего, уже никто никогда не узнает. Хотя у меня есть по этому поводу предположение. Народная память, она такая. Я думаю, дело было 22 августа, по всей видимости. Иначе, зачем немцам именно там, именно в этот день, устраивать свой знаменитый пиротехнический фестиваль?

«Drei (n) schlag» – «Тройной удар». Каждые три года. В этом году, кстати, тоже должен быть. Может быть, выделить время и съездить? Пишут, – фейерверки невиданной красоты в небо пуляют. Даже в роликах на «Тытубе» офигенно смотрятся, а в живую как? Представляете?

Ладно. Еще подумаю. До августа дожить как-то надо. Если у нас не получится довести дело до конца, боюсь, таких фейерверков придется насмотреться! Все «ейн, цвей, дрей» и прочие «шлаги», сиротливой зажженной спичкой покажутся!

Что там дальше?

В одном из этих замков жил немецкий граф-двоеженец.

Рыцарь, попавший в плен во время одного из Крестовых походов и вернувшийся на родину со второй женой – дочерью султана. Дана ссылка на «Письма русского путешественника» Николая Карамзина, побывавшего на могиле графа в тюрингской столице Эрфурте.

Что-то мне это напоминает…

Ну да, ну да! У меня, правда, не султанская дочь, а всего лишь королевская племянница. Да и не двоеженец я! Пока. Ведь не женился же еще? Хотя, – дурацкое дело не хитрое. Раз – два, и двоеженец! Тьфу, тьфу! Отвертеться бы, наверное, не помешало! Да не очень почему-то хочется. Полюбил я их как-то, что ли?

Незаметно. Обеих. Возможно, совершенно напрасно, и как там, в песне поется: «на свою беду». И замылиться куда-нибудь, было бы единственно правильным решением для нас всех, в плане не умножения сущностей…

Однако не буду. Пускай даже и себе на погибель. Хватит бегать! Раз так получилось, буду нести эти «чемоданы без ручки». Ха-ха! Каждый по очереди. Каждую ночь. Пока сил хватает…

Тьфу! Делом надо заниматься, а не на загоральщиц таращиться! Соберись!

Что-то зацепилось за взгляд, когда я на сайтах страницы листал и не дает покоя. Что это было? Ага, вот оно!

Погибший в 1190 году во время крестового похода Фридрих I, по прозвищу Barbarossa…

И что?

А ничего! Кроме того, что он был дедом небезызвестного Фридриха II Гогенштауфена, или просто Штауфена, – императора священной римской империи, самого, кстати, тоже императора. А тот в свою очередь имел терки со всеми Папами, вплоть до четырех отлучений от церкви, не смотря на титул Короля Иерусалимского. В том числе и со Святым Бесом – Григорием IX, посылавшем крестовые походы на Русь.

Как, интересно-то!

Барбаросса был любим народом. Легенды о нем прошли сквозь века. Согласно одной из них, в горах Гарца находится подземный замок Фридриха.

«Он не умер, – утверждает легенда. – Он просто спит в горах Тюрингии, сидя на стуле из слоновой кости за столом из мрамора, меж шести рыцарей, в ожидании своего второго пришествия, которое произойдет, когда немцы объединятся и сбросят рабство…»

Немцы, насколько я помню, объединились уже полвека как, а он что-то не торопится… Или они еще не избавились от рабства? Я так думаю, никогда и не избавятся. Нравится оно им. После той войны столетней давности, они постоянно себя виноватыми чувствуют, до маразма. То перед турками, то перед всеми арабами вообще. Беженцев напустили к себе столько, что самих немцев в Германии уже почти и не осталось.

Белое лицо днем с огнем в Берлине не найдешь, если только где-нибудь в глубинке, куда дети Ближнего Востока не очень-то и рвутся. Там работать надо. Не затем же они из Ливий и Сирий бежали…

Ну да ладно, это их проблемы. И французов, и англичан, и голландцев и… Короче! Их всех проблемы, не мои! Продолжу…

Молва достаточно точно указывала и расположение этого замка – в подземных пещерах горы Кифхойзер.

В начале двадцатого века в пещеры спустились спелеологи. Им открылся таинственный мир подземных гротов, озер с кристально чистой водой, узких коридоров и сложных лабиринтов, мир полный оптических иллюзий, идеальное место для поддержания легенды о тайнах императора.