Чтение онлайн

Архангельский Александр, интеллектуал: У некоторых богатых оно и так никуда не исчезало, другим культурное самосознание не грозит, а дело тут совсем, совсем в другом. Не у бизнеса появился государственнический инстинкт, а государство вынуждено в некоторых конфликтах действовать теми методами, к которым привык отмороженный бизнес 90-х. Ребенку же понятна схема, которая привела к написанию этого письма.

Александр Архангельский, интеллигент: Что же это за схема такая?

Архангельский Александр, интеллектуал: Давайте отыграем ситуацию на год назад. Что должны были сделать новоявленные арендаторы, чтобы обойти действующее законодательство? Правильно, договориться с подмосковными чиновниками. Что в свою очередь должно было сделать подмосковное чиновничество, чтобы предоставить им права аренды и не сесть при этом за тотальное нарушение законодательства? Разумеется, втихую кинуть арендаторов. То есть получить шестизначные комиссионные, а взамен дать красивые бумажки с правом возводить волейбольные площадки, но без права строить дворцы. В самих бумажках ничего такого не написано; написано в законах; но законов веселые ребята не читают, они ведь не для них писаны. Лет пять назад это и не требовалось; получили формальное разрешение, построились, узаконили. Но тут на старуху случилась проруха. Государство наняло на роль всевластного бюрократа вольного бизнесмена Олега Митволя. Человека, который в свое время, скажем так, развел свой бизнес с Березовским, причем не в пользу Бориса Абрамовича. То есть не робкого десятка.

Александр Архангельский, интеллигент: А, это тот, который грозился посносить все незаконно построенные дачи в Подмосковье, а снес только одну бытовку в Барвихе и договорился с Пугачевой о том, что она сама разберется со своей банькой, стоящей слишком близко к воде?

Архангельский Александр, интеллектуал: Тоже, между прочим, немало. И не забывайте, что была остановлена значительная часть строек в Москве из-за отсутствия у строителей экологической экспертизы. Но ладно, это мы уйдем слишком далеко в сторону, давайте вернемся к усадьбе Архангельское, вы сами этот разговор начали. Совершенно очевидно, что государство в лице доблестного Митволя сначала помешало арендаторам построиться, затем сурово убедило подмосковных чиновников вернуть им «комиссионные», в размен на это арендаторы написали покаянное письмо и подняли авторитет министерства.

Александр Архангельский, интеллигент: Слушайте, но ведь это ужасно. Это ведь не действие закона, а какая-то подзаконная сделка. Что же у нас за государство такое, что оно не в состоянии судебными методами добиться правды?

Архангельский Александр, интеллектуал: Ну, зато оно отлично научилось добиваться судебными методами выгодной ему неправды. Дело Ходорковского — яркий пример. Поэтому давайте лучше радоваться, что наряду с этим оно готово внесудебно восстанавливать порядок в пользу национальной культуры. Не нарушая при этом закон, прошу заметить. Чем вы, собственно, недовольны? Архангельское спасено? Спасено? Волки сыты? Сыты. Овцы целы? Целее не бывает. А ведь деревянный театр Гонзаго, стоящий на территории усадьбы встык с застраиваемыми землями, вполне мог сгореть, как хорошо горели многие московские усадьбы, когда с конкретными ребятами не говорили конкретно, а ласково обходили их стороной.

Александр Архангельский, интеллигент: Да, если только такой ценой можно спасти замечательный памятник нашей национальной истории, что ж, со вздохом признаю вашу правоту. Но культура — это не только исторические памятники, это еще и современная практика, в том числе политическая. Тут до величия далековато. Но не будем и мы мелочиться, спасибо тем, кто спас театр Гонзаго. Любой ценой.

Александр Архангельский, интеллигент: С праздником 8 Марта имени Клары Цеткин и Розы Люксембург поздравлять вас, уж простите, не буду. Лучше поздравлю с праздником здравого смысла. На прошлой неделе у вменяемой оппозиции появился реальный, при этом не революционный лидер, который может объединить демократов на выборах 2008 года. Реальная угроза провала в бунтовской, популистский фашизм или в послепутинский беспредельный авторитаризм слегка ослабла. До сих пор на политическом горизонте не было ни одной избираемой демократической фигуры. А теперь есть.

Архангельский Александр, интеллектуал: Это вы про Касьянова? Не спешите. Во-первых, до 2008-го еще дожить надо. Кто в 1998 году (да что в 1998-м — в начале 1999-го!) мог предсказать появление на политическом горизонте Путина? Во-вторых, мы не знаем реальных причин, толкнувших Михаила Михайловича на столь неожиданный шаг спустя год после недоброй отставки, когда был по-настоящему удачный момент для самостоятельного политического старта. То ли действительно проняло. То ли забывать стали, надо о себе напомнить. То ли его вдруг предупредили о предстоящем судебном преследовании и нужно успеть обезопаситься… В-третьих…

Александр Архангельский, интеллигент: Простите, перебью, не дождавшись третьего. Вы, господа аналитики, исходите из каких-то очень рациональных, очень детальных, очень технологичных расчетов. Что, по существу, верно, но на практике не всегда применимо. Все, о чем вы так убедительно говорите, затрагивает узкий слой аналитиков и не имеет ко мне ровным счетом никакого отношения. Да какая мне разница, что именно толкнуло Касьянова на этот шаг — угроза посадки, тоска по утраченной известности или еще что. Главное, что шаг сделан и возникла точка невозврата. Так некогда г-н Ющенко, еще до отравления, сделал шаг вперед, а дальше волна его понесла туда, куда он сам, быть может, и не планировал устремляться.

Архангельский Александр, интеллектуал: Хотел сначала о том, что в-третьих, но не удержусь от комментария. Вы помните, как называлась книжка Леонида Даниловича Кучмы? «Украина — не Россия». С тем же успехом можно написать книжку «Касьянов — не Ющенко». Хотя бы по той причине, что у него нет своей Тимошенко. 8 Марта это особенно актуально. Так вот, третье важное обстоятельство. Ваши же интеллигентские вожди в лице Григория Алексеевича Явлинского облили Касьянова на прошлой неделе такой грязью, что никакому Кремлю не снилось. Он и в грабительской приватизации участвовал, и в коррупционном бизнесе семьи, и в создании путинского режима несвободы непосредственно повинен. А ведь до выборов еще семь верст лесом. Представляете, что начнется поближе к делу? И после этого либеральная общественность проголосует за МК? Скорее, за Рогозина.

Александр Архангельский, интеллигент: Не преувеличивайте степень влияния Григория Алексеевича на образованное сословие. Даже на ту его часть, которая не разочаровалась в Явлинском в 1995-м, после недопитой бутылки коньяку, за которой он договорился о союзе с Гайдаром, чтобы уже утром отречься от этой договоренности. И похоронить идею сильной демократической партии — на годы, если не на десятилетия вперед. Сегодняшний Явлинский — это не актуальная политика, это мемориальное общество политкаторжан. Да и невозможно выиграть в России президентские выборы, опираясь исключительно на интеллигентов. Тут нужно распространять электоральное влияние вширь. А интеллигенты и так никуда не денутся. Почувствуют, что пахнет жареным, — сами прибегут. Что же до Касьянова, то есть вещи поважнее. В нашей холодной, неласковой стране, где столько женщин трудной судьбы, так важно иметь влажные глаза, холеную внешность сытого кота, приятную улыбку. Не только 8 Марта.

Архангельский Александр, интеллектуал: Был один такой. Немцов его фамилия, если забыли.

Александр Архангельский, интеллигент: Э, не путайте. Плейбой не ровня солидному женолюбу.

Архангельский Александр, интеллектуал: Очень, я чувствую, вам Михаил Михайлович нравится. Но тут есть очень серьезная проблема. На какую политическую силу он будет опираться? Ведь на пути к 2008-му у нас еще имеется 2007-й. А чтобы получить дееспособную демократическую партию, суетиться нужно уже сейчас. Михаил же Михайлович суетиться не любит. Даже там, где следовало бы.