Чтение онлайн

Женщины рассмеялись. На то была причина. Сохранить в тайне секрет приготовления чая, творимого у всех на глазах, было, разумеется, невозможно, тем более что он состоял всего лишь из двух известных всему экипажу компонентов, не считая кипятка. Тем не менее сидящие за столом астронавты пытались уверить друг друга в том, что Бен, незаметно для всех, подбрасывает в чашку нечто такое, что и является главной и, разумеется, тщательно скрываемой частью рецепта. Попробовать и оценить вкусовые качества знаменитого чая успели все, включая и капитана астробота. Он нравился всем. Еще и по этой причине о якобы засекреченном рецепте ходили слухи, а сам рецепт по-прежнему оставался так называемой тайной. Разумеется, на Земле на «волшебный» чай Бена никто из членов экипажа не обратил бы никакого внимания. Но в открытом космосе, в отсутствие каких бы то ни было развлечений взрослые всегда охотно придумывают доступные для них игры. И с не меньшим удовольствием в них играют.

– Мне просто времени жалко! – неожиданно для всех отозвался вдруг Майк Хауард. – Один вечер, посвященный экспериментам, – и можете не сомневаться: в результате у меня получился бы чай не хуже, чем у Бена!

Такого заявления от молчавшего обычно Майка никто не ожидал. Женщины переглянулись между собой и снова рассмеялись.

В обязанности Майка входила техническая поддержка полета. Как и подавляющее большинство представителей сильного пола, он по-настоящему оживал лишь тогда, когда нужно было проявить свои профессиональные качества. При этом Майк в самом деле всегда и неизменно выкладывался на все сто.

В отличие от остальных юношей, с трудом пытающихся найти свое призвание, Майку не пришлось долго ломать голову по этому поводу. Едва ли не единственным критерием в выборе профессии была слабая надежда на то, что и десять лет спустя выбранное занятие не будет вызывать у него смертельную скуку.

Майку, можно сказать, повезло. Самый важный в жизни каждого мужчины выбор сделала за него судьба. Мать Майка – Бонни Хауард – была известным специалистом в области техподдержки полетов. Ее авторитет еще более возрос после того, как она опубликовала книгу по оптимальному алгоритму поиска неисправностей на космическом корабле.

Но невзирая на славу, молодая женщина продолжала тратить едва ли не все свое свободное время на овладение всеми без исключения тайнами ремонта технических поломок. Сделать это легче всего было в многочисленных лабораториях астрошколы при Центре управления полетами, который для краткости именовался ЦУП.

Это было хорошо известно подругам Бонни Хауард. Потому никто не удивился, узнав, что даже такое событие, как рождение своего первенца, молодая женщина встретила в одной из лабораторий. Произвести Майка на свет ей удалось на удивление споро и ладно. При этом обошлось даже без вызова мультикоптера скорой помощи. Профессионал во всем, она стала матерью без надрывного крика и запредельного волнения. Все прошло с той же легкостью, с которой Бонни устраняла очередную поломку в одном из устройств очередного астробота.

Электрику, который по чистой случайности ремонтировал один из агрегатов оборудования в той же лаборатории, пришлось потрудиться в ходе родов куда как больше. На его участь выпало самое трудное: помочь роженице избавиться от спецодежды. Справиться с проблемой ему удалось с помощью набора инструментов, вовсе для этого не предназначенных. Хотя и не сразу, в конце концов он все-таки смог разрезать едва поддающийся воздействию извне материал, из которого был скроен женский рабочий комбинезон. Если бы не помощь этого человека, которого Майк, к слову сказать, так никогда и не увидел, вероятность появления на свет очередного здорового специалиста по технической поддержке полетов была бы не столь высокой.

Самым подходящим местом для принятия родов оказался стол, за которым сидела Бонни. Чтобы облегчить состояние роженицы в отсутствие медсестер, электрик смог лишь раздвинуть лежавшие вповалку на столе микросхемы. Не прошло и нескольких минут – и непривычный к подобным шумовым эффектам воздух лаборатории вздрогнул от истошного детского крика.

Майк не делал тайны из своего прошлого, и по этой причине все члены экипажа под командованием Стивена Андруза были знакомы еще и с этой, самой первой историей его жизни. По этой причине никто из них не удивлялся, когда Майк вежливо, но настойчиво избавлялся от помощи очередного добровольца, готового жертвовать своим свободным временем ради того, чтобы помочь Майку с ремонтом очередной поломки.

– Кому ты мешать собрался? Да я родился в окружении микросхем!.. – говорил в таких случаях Майк, и непрошенный доброволец сразу понимал, что в радиусе десяти ярдов от Майка ему точно делать нечего.

Но до тех пор, пока на астроботе все работало, как часы, Майк пребывал в блаженном состоянии повышенной расслабленности, которое, если верить прекрасной половине экипажа, по сути являлась не чем иным, как самым заурядным сном.

Рабочее кресло техника помещалось в первом ряду кресел, рядом с рабочими станциями, за которыми сидели командир и штурман-навигатор. Кресло Эбби помещалось во втором ряду, сразу за креслом Карли Мейси. По этой причине ничто не мешало женщинам шушукаться, не привлекая к себе ничьего внимания.

Одним из обычных развлечений подруг было обсуждение вопроса: в каком из двух своих обычных рабочих режимов находится Майк в эту самую минуту: он уже заснул, или еще только готовится это сделать?

– А я знаю, кем он был в предыдущей жизни, – шептала Эбби на ушко смешливой Карли.

– Ты не можешь этого знать, – шепотом отвечала та и делала большие глаза, указывая на спину командира. Всем членам экипажа казалось, что Стивен Андруз обладал способностью не только видеть сквозь стены, но еще и слышать не слышимое никому с такой же легкостью.

– Могу, – не сдавалась Эбби. – Обрати внимание: он, как компьютер, которым давно не пользовались, автоматически переходит в режим ожидания. На его языке это означает: я еще не храплю, но уже зеваю! Это энергосберегающий режим, отличающийся замедлением всех видов активности. И знаешь, почему я об этом вспомнила?

– Нет.

– Пока я училась в школе, я подрабатывала в местном зоопарке. Там была представлена живность со всех концов Вселенной, но акцент был сделан на животный мир Земли. Ты даже представить себе не можешь, за кем только мне не пришлось там ухаживать!

– Как интересно! – восхитилась Карли. – А при чем здесь Майк? Вернее, его предыдущая жизнь?

– А при том, что я могу сказать тебе совершенно точно, как специалист: в своей предыдущей жизни Майк был ленивцем. Обыкновенным ленивцем! Обрати внимание на его подчеркнутое дружелюбие. Тебе это о чем-нибудь говорит? В земной природе нет существ более покладистых, чем ленивцы. Что же касается их привязанности к ближним своим, то она вошла в поговорку. Не приходится удивляться, что Майк искренне привязан к каждому из нас. Даже ко мне, представляешь? А теперь признайся: ты когда-нибудь ловила себя на желании покормить его с ладони?

– Чем?

– Крошками со стола.

– Ты просто ясновидящая!.. И в самом деле хотела, причем почему-то именно крошками!..

– И вот, пожалуйста, чтобы не идти далеко за примером, обрати внимание на то, как он лениво поводит глазами в разные стороны.

– И что?

– Это значит, что он ищет дерево, к которому можно было бы прислониться. Еще немного – и он уснет на плече у нашего командира.

Карли покатилась со смеху.

Командир услышал, но даже не обернулся. Вместо этого он еле заметно повел плечом – и Карли, как по команде, вновь стала самой собой: серьезной, ответственной, какой и полагается быть штурману-навигатору. Эбби тоже приумолкла.