Чтение онлайн

Например, если устойчивое состояние бегуна характеризуется 3 л/мин и он способен выдержать кислородный долг 15 л, а рабочая нагрузка, которую он выполняет, требует 4 л/мин, то спортсмен будет в состоянии поддерживать нужный темп в течение 15 мин, «накапливая» 1 л/мин кислородного долга. Если рабочая нагрузка возрастет до 5 л/мин, спортсмен сможет ее выдержать только 7,5 мин потому, что темп исчерпания способности работать в долг увеличивается до 2 л/мин. Любой бегун знает, что если ускориться и полностью выложиться, то невозможно пробежать сколь–нибудь значительный отрезок, особенно если сравнить с тем расстоянием, которое он способен преодолеть, снизив скорость и уменьшив прикладываемые усилия. Это расстояние предопределено аэробными возможностями бегуна.

Решающими факторами являются: продолжительность, интенсивность и регулярность, с которой достигается и поддерживается уровень утомления в тренировке. Многие тренируются, основываясь на этих принципах, но существует немало наставников и спортсменов, которые сознательно идут на перегрузки, создавая кислородный долг, надеясь таким образом интенсифицировать обмен веществ в организме и ожидая, что бегун с большей эффективностью сможет противостоять утомлению. Они стремятся ускорить этот процесс, часто отводят ему непомерно большое место в тренировке, забывая, что анаэробные упражнения всегда неэкономичны. Когда возникает определенный уровень утомления, организму должны быть прежде всего созданы условия, в которых он способен восстановиться, и только после этого следует увеличивать степень утомления.

Когда максимальное устойчивое состояние (высшая интенсивность выполнения аэробных упражнений) низко, возможен бег в анаэробном режиме и с относительно невысокой скоростью. По мере того как максимальное устойчивое состояние повышается, медленные скорости анаэробного бега становятся аэробными (и экономичными). И если программа тренировок составлена с учетом того, что аэробные упражнения в 19 раз экономичнее анаэробных, тогда способность к более длительному и быстрому бегу в аэробном (а значит, и более экономичном) режиме должна возрастать.

Ежедневная программа продолжительного бега в аэробном режиме абсолютно необходима для того, чтобы достичь правильного развития в деятельности дыхательной и сердечно–сосудистой систем. И чем длительнее такие ежедневные пробежки, тем лучшие результаты в этом направлении будут достигнуты. Анаэробную работу надо включать в тренировки только тогда, когда наиболее полно развиты аэробные способности и максимальное устойчивое состояние доведено до возможно более высоких величин; затем в течение определенного периода надо развивать адекватно–высокую анаэробную способность. На этом этапе тренировки целью будет создание высокой кислородной задолженности и понижение уровня рН крови для того, чтобы стимулировать обменные процессы организма в создании барьеров утомления. Как только такие преграды выработаны организмом до максимально возможного уровня, бесполезно и даже рискованно продолжать подобную тренировку «на утомление».

Обычно для этого не хватает четырех–пяти недель. Возможно, даже меньше. В этот период, скорее всего в течение трех дней, будет проводиться очень напряженная тренировка для снижения рН крови, затем один день — легкая тренировка, чтобы дать возможность этому показателю подняться почти до нормы, и на следующий же день анаэробная нагрузка, приводящая к новому снижению показателя. Затем опять нагрузка, позволяющая рН подняться почти до нормы, и вновь снижение. Надо выполнить такую работу, чтобы данный показатель все время несколько недовосстанавливался. Однако если он будет постоянно низким, то произойдут нежелательные изменения в деятельности всего организма.

Обращаясь к спортсменам и тренерам, я чаще всего повторяю предостережение: «Тренируйтесь, но не перенапрягайтесь». Билл Бауэрманн [14] цитирует меня, чтобы подтвердить исповедуемую им систему продолжительности медленного бега. Но что касается меня лично, то я за так называемый бег с максимально возможной аэробной скоростью [15] , поэтому мой девиз вряд ли применим к системе тренировки, основанной на продолжительном медленном беге.

Исследования физиологов ГДР подтвердили мою позицию и показали, что гораздо эффективнее выполнять продолжительные аэробные пробежки в темпе 70—100% от максимального устойчивого состояния, индивидуального для каждого занимающегося. Аэробный бег, выполняемый с меньшей интенсивностью, хотя и полезен любителям оздоровительного бега, не является достаточной силы раздражителем для сердечно–сосудистой и дыхательной систем, который необходим спортсмену.

Бауэрманн полагает, что перетренировка может привести к переутомлению и потере интереса к занятиям, и, хотя он не дает точного определения переутомления, также считает, что лучшим решением этой проблемы является регулярное участие в соревнованиях. Я наблюдал переутомление, которое являлось физиологической реакцией на чрезмерную анаэробную работу. Впоследствии это вызвало и соответствующую психологическую реакцию, поскольку постоянно низкий показатель рН оказал влияние на состояние нервной системы. Регулярные выступления в соревнованиях вряд ли помогут в подобных случаях.

Я не наблюдал потери интереса к занятиям у спортсменов, выполняющих аэробный бег на различных трассах и покрытиях. Обычно у них не возникает проблем и при выполнении таких значительных объемов, как 160 км в неделю аэробного бега в устойчивом состоянии, что имеет место в переходный и подготовительный периоды. И когда наступает черед анаэробной работы и опять могут возникнуть физиологические проблемы, спортсмены находятся в таком состоянии, что эффективная работа cердечно–сосудистой системы помогает переносить периодическое снижение и повышение рН крови без побочных эффектов, выражающихся, в частности, в переутомлении.

Вот пример из практики. Представьте себе двух бегунов, один (А) способен максимально использовать 3 л кислорода в минуту, другой (Б) — 5 л. Предположим, они выполняют одинаковый объем анаэробной работы с одинаковой интенсивностью (скоростью бега). Поскольку максимальное устойчивое состояние бегуна А ниже, он начнет раньше терять координацию движений, борясь с эффектом нарастания кислородного долга: бегун Б будет продолжать бег, сохраняя прежний стиль. Этот бегун способен использовать кислород более эффективно и в течение более длительного периода времени.

Рассматривая дальше этот пример, легко убедиться, как физиологический эффект, оказываемый нагрузкой на бегуна А, превращается в психологическую проблему — он никогда не сможет опередить бегуна Б и прекрасно знает, что, только опять вернувшись к общей работе и создав посредством ее более высокие показатели максимального устойчивого состояния, он способен на равных соперничать с Б.

Если мы поставим двух этих бегунов на дистанцию 1500 м, то в конце первого круга они будут держаться вместе, никто из них не ощутит никакого напряжения, поскольку еще не перешел на анаэробную работу. Но к тому времени, когда они окажутся на третьем круге, исходя из математических расчетов, можно предвидеть, что А (поскольку его способность использовать кислород составляет 3/5 данного показателя Б) с каждым шагом дистанции все тяжелее поддерживать темп, предложенный Б. Из–за быстро возрастающего кислородного долга растет концентрация молочной кислоты, что грозит срывом в деятельности нервной и мышечной систем. Когда Б «выстрелит», выходя на финишную прямую, А не будет с ним рядом.

Теперь, когда физиологическая неполноценность А превратилась в психологическую, он находится в опасном состоянии еще перед стартом. Кем из двух бегунов (А или Б) вы бы хотели быть?

Одна из самых больших сложностей, возникающая, когда я убеждаю тренеров и спортсменов придерживаться в своей работе предлагаемой мной системы, связана с тем, что большинство из них являются приверженцами интервальной тренировки, основой которой служит анаэробный интервальный бег или повторная работа. По–моему же, это не самая важная часть тренировочного процесса, а менее всего значимая.