Чтение онлайн

Теперь он может делать это в моем туалете, а я в это время ставлю музыку. Я кладу на унитаз коробок спичек, чтобы он мог с их помощью уничтожить запах по окончании процесса.

Но в последнее время у меня самой появились некоторые проблемы. Когда любовник-новеллист остается у меня ночевать, мы отправляемся утром завтракать в кафе по соседству. Я заказываю овсянку с молоком, а он – рогалик с маслом. Потом он отвозит меня к станции метро, и я отправляюсь на работу. На днях по пути к метро я вдруг почувствовала, как утреннее молоко начало урчать у меня в животе. Я морщилась, гримасничала и сучила ногами, но все бесполезно. В конце концов, я бесшумно выпустила газы прямо в машине и сделала это от души, не сдерживаясь.

Я пришла в ужас от того, что новый любовник почует запах, поэтому поскорей, не привлекая к себе внимания, нажала кнопку стеклоподъемника. Стекло опустилось, а я стала со скучающим видом смотреть на улицу. Через несколько секунд любовник-новеллист потянулся к своей кнопке стеклоподъемника и открыл все окна в машине. Потом он воткнул прикуриватель в приборный щиток, дождался, пока тот нагреется, и помахал им около моего зада, как волшебной палочкой.

– Что ты делаешь? – спросила я.

– У меня нет спичек, вот я и пользуюсь прикуривателем.

– Но у прикуривателя нет пламени. Принцип не срабатывает!

– Создалась экстремальная ситуация. Она требует отчаянных мер.

Любовник помахал прикуривателем у меня между ног и в салоне машины. Разлетевшийся вокруг пепел обжег меня и вызвал приступ кашля, но я расценила это как наказание по заслугам.

Когда мы добрались до станции метро, я вылезла из машины и на прощание помахала любовнику рукой. Правда, по ступеням я спускалась уже без улыбки. Честно говоря, этот случай немного меня огорчил. Я подумала, что мой бойфренд может посчитать меня гадкой, неприличной и вонючей, и это не на шутку меня расстроило.

В тот вечер мы собирались сходить в кино. Я надела соблазнительную розовую мини-юбку, кофточку в рубчик и черные ботинки, понадеявшись, что мой прикид заставит любовника позабыть о газовом кризисе. Похоже, действительно подействовало. Когда я открыла дверь, он присвистнул от восхищения. Мы поцеловались в прихожей, и когда он ко мне прижался, я ощутила его заинтересованность.

Мне трудно было сконцентрироваться на сюжете фильма. Тот поцелуй в прихожей и просмотр двухчасового фильма «Донни Браско» с Джонни Деппом в главной роли вызвали у меня какой-то зуд. После киношки мы поехали ко мне домой на машине и, едва войдя в прихожую, начали срывать друг с друга одежду. Мы нырнули под одеяло, и я буквально затопила возлюбленного своей нежностью.

Когда все кончилось, я легла рядом, устремив на него долгий любящий взгляд. Глаза его слипались, но это меня не тревожило. Я уткнулась носом ему в шею, а он меня обнял. Все было тихо-мирно, когда вдруг, совершенно неожиданно, я пукнула.

Я сделала вид, что ничего не случилось. Просто поглубже зарылась в его шею. Но когда ты делаешь такую штуку под одеялом, запах никуда не улетучивается. Он там и остается, зрея, распространяясь и становясь все гуще и противнее, пока наконец не превращается в сильную вонь, способную вызвать в тебе дрожь. Глаза любовника-новеллиста медленно открылись, и он повернулся на другой бок, отворачивая от меня нос.

– Думаю, у нас бесподобные сексуальные отношения, – сказала я. – Я чувствую, они какие-то особенные. Я хочу сказать, с тобой осуществляются самые мои потаенные фантазии. – Я положила ладонь на его член. Он затвердел и вздулся. – О, любовник-новеллист, у тебя такой прекрасный, здоровый петушок!

На слове «петушок» я опять выпустила газы. На этот раз громко. Мой бойфренд побежал в ванную комнату и вернулся с коробком спичек. Потом приподнял одеяло, зажег спичку и помахал ей внизу. Все это было довольно унизительно. Он погасил спичку и снова улегся рядом со мной.

– Так или иначе, – сказала я, – твой петушок большой и очень симпатичный. Я много о нем думаю весь день и… – я наклонилась и прошептала ему в ухо: – меня даже пот прошибает.

Я взяла его в руку, и он опять затвердел. Любовник-новеллист обнял меня за шею, а я просунула язык ему в рот. Он в ответ страстно меня поцеловал. Тут я громко пукнула. Он закрыл лицо подушкой, потянулся за спичками и зажег следующую. Пока он махал ей под одеялом, я заметила, что он изо всех сил сдерживается, чтобы не засмеяться. Но скоро терпению его пришел конец. Он стал смеяться сдавленным смехом, помахивая рукой перед своим носом, охая и морщась. Мой бойфренд смеялся мне прямо в лицо, потому что от меня жутко разило. Это было так унизительно.

Я понимала, что следует посмеяться вместе с ним, но почему-то была не в состоянии это сделать. Совсем недавно я, не задумываясь, советовала любовнику-новеллисту не стесняться и пердеть в моем присутствии, но оказалось, что совсем другое дело – не стесняться самой делать это при нем. Я поняла, что мое стремление к отношениям без стыда – на самом деле улица с односторонним движением. Мне хотелось, чтобы любовник-новеллист считал меня загадочной девушкой, принадлежащей ему Пози Паркер [98] – хорошенькой, умной и сексуальной. Но я неожиданно превратилась из везучей Пози в вонючую Пози. Вонь от женщины – это ужасно!

Я скорбно посмотрела на приятеля.

– Не смотри так хмуро, – сказал он. – Ничего страшного. Это смешно. Правда.

Он обнял меня. Но лучше мне от этого не стало.

Вдруг он выскочил из кровати, помчался в ванную комнату и захлопнул дверь. Я услыхала, как он пустил воду из крана.

– Поставь, пожалуйста, музыку! – завопил мой любовник.

Но я не послушалась. Просто лежала, скрестив руки под головой, и ждала, прислушиваясь. Услышав, как льется вода в унитазе, я чуть-чуть приоткрыла дверь и бросила в ванную спички.

Однажды Ариэль Стейнер одарила нас неприкрытой порнухой. Теперь она утомляет читателей подробностями своих желудочно-кишечных проблем («Вонь от женщины», № 1/15). Что случилось с моей любимой центровой потаскушкой? Я рад, что ты нашла парня, который тебе нравится, Ариэль, но, пожалуйста, опиши нам без утайки все, что вы проделываете с любовником-новеллистом в горизонтальном положении. Извини, но чушь про выпускание газов не дотягивает до уровня твоих старых колонок.

Тони Валенти, Астория

В этом месяце это оказалось последнее письмо. Я изо всех сил старалась сделать свою устоявшуюся личную жизнь интересной, но по мере того как моя колонка стала превращаться из обозрения «целуй-пиши» в дневник моногамии, читатели перестали присылать отклики. После «Вони от женщины» я написала «Умасли меня» (о нашей с Адамом поездке в один из спортивно-оздоровительных комплексов Лонг-Айленда), «Святое семейство» (о свадьбе, которую мы посетили на Беркширах) и «Игра не по правилам» (о небольшой ссоре между нами после просмотра баскетбольного матча по телевидению). Я говорила себе, что оказываю городу услугу, поскольку веду хронику реально существующих, зрелых отношений. Наверняка некоторые из моих поклонников проявляли интерес к испытаниям и горестям, которым подвергаются все современные пары, но каждый раз, обращаясь к разделу «Почта», я не находила там откликов. Тернер перестал посылать мне по электронной почте хвалебные письма, Сара придумала мне кличку «Джун Кливер [99] », а родители начали названивать каждую среду, чтобы сказать, как они мной гордятся.