Чтение онлайн

— Она вывела меня на человека по фамилии Чен, и он намекнул мне о данном рейсе.

— В свое время я его тоже использовал. Но сейчас он просто в шоке — второй пилот был его лучшим другом. Я ничего не сказал. Я думал.

— Что-то проясняется? — спросил он меня.

— Да. Немного. Я решил было, что с ним стоит иметь дело, и может, так оно и есть. — Если полностью положиться на Чена, я могу снова использовать его, копь скоро дела пойдут вразнос.

— Ты что-нибудь нашел в обломках?

— Минутку, — я включил запись и поднес к ней наушник трубки, который буквально завибрировал от отчаянных криков. Когда снова воцарилась тишина, я сказал Пеппериджу: — Кое-что.

— Что в чемоданчике?

— Довольно интересные открытия.

В голосе его послышались возмущенные нотки.

— Я тут глаз не сомкнул. Все время сижу на связи с тайцами.

— Я не хотел тебя обидеть.

— А я и не обиделся. Так что в нем?

— Синьки чертежей “Рогатки”, включая спецификации, модификации, компьютерные расчеты и все компоненты. Наступило краткое молчание.

— Боже милостивый.

— У Шоды Доминик Лафардж был главным организатором поставок оружия.

— Знаю, — сказал он. — Но почему…

— Кто такой генерал Дхармнун?

Снова наступило молчание. Он напряженно думал, что меня отнюдь не удивляло.

— Он командует вооруженными силами Шоды, состоящими из нескольких раздробленных групп.

— Среди бумаг я нашел письмо, адресованное Шоде. В нем говорится, что Лафардж “в настоящее время ведет переговоры о приобретении ста штук “Рогаток”, что согласовано с генералом Дхармнуном.” Конец цитаты.

Мне пришлось подождать, пока он обдумает сказанное. Я с трудом удержался, потому что начало сказываться все воедино: и острый запах антисептиков, и нестерпимый зуд левой руки, и голод. В лазарете на базе мне сменили повязку, но я не ел после того, как ребята из Красного Креста предложили мне сандвичи в три утра. Снаружи доносились слабые отзвуки голосов, один из говоривших был американец.

— Они не могут их купить, — наконец отозвался Пепперидж.

— “О приобретении” — черным по белому.

— Исключено. Я скажу, чтобы “Литье Лейкера” удвоили охрану на предприятии. Не понимаю, почему ты так осторожно относишься к Джонни Чену. Крупная утечка информации произошла где-то в другом месте.

— Просто потому, что произошла авария. И мне придется это учитывать. — Еще свежи были воспоминания о двух голосах, один из которых раздался в трубке у моего уха: “Произойдет несчастный случай, вы понимаете?” — а другой я услышал по радио три часа назад: “Только что поступило сообщение, что лайнер Таиландской международной авиакомпании упал в джунгли к северу от Чатхабури. До поступления дальнейшей информации мы воздержимся от огласки списка членов команды и пассажиров”.

— Да, — услышал я голос Пеппериджа, — представляю, что ты должен сейчас чувствовать. — И без промедления продолжил: — Понимаешь, они все время держат меня в курсе дела, так что я знал, что тебя не было на борту этого рейса, и когда мне сообщили, что самолет разбился, я нарушил все свои заветы и хлопнул скотча. Теперь-то все в порядке, я трезв и собран. Ты, надеюсь, понимаешь, что сотня таких штучек обеспечит Марико Шоде, если она решит начать военные действия, полный контроль над всем воздушным сообщением до высоты в тридцать тысяч футов. Представляешь себе, сотня пусковых установок с десятком ракет при каждой.

Он прав. Это полная катастрофа.

— Они поступают в наборе, — напомнил я ему.

— Естественно. И события, черт побери, разворачиваются слишком быстро. Мне придется вытащить из постелей нескольких человек и обзвонить весь Лондон. Послушай, ты можешь выслать мне копию этой штуки, что ты нашел в атташе-кейсе?

— Все отдано по назначению.

— Куда именно?

— В таиландское посольство в Лондоне. Я их отправил сразу с базы через Бангкок.

— Прекрасно. Мне вместе с “Лейкером” придется просмотреть их и проверить подлинность. У тебя есть еще что-нибудь для меня?

— Нет.

— Ну, пока более чем достаточно. Послушай, старина… — он снова замялся, — вчера я напоролся на Флетчера. — Единственный человек с такой фамилией, на которого он мог напороться, был высокопоставленной шишкой в Бюро. — Конечно, я и не заикнулся, ни где ты, ни что ты делаешь. Но они жутко хотят, чтобы ты вернулся. На любых условиях.

— Нет.

“Стоит тебе уйти, и мы никогда не попросим тебя вернуться”. Слова этого сукиного сына Ломана. Значит, сменили пластинку.

— Они будут предельно покладисты. Тебе тут же, на месте, дадут самого лучшего напарника. Хоть Ферриса. “Господи, что бы я отдал за Ферриса…”

— Их все тут происходящее не касается, — заявил я. — И ты это знаешь. Они не могут…

— Конечно, строго конфиденциально. Так сказать, под столом.

— Вот так они и подсунули мне этот гребаный заряд. Помолчав несколько секунд, он обескураженно добавил:

— Все понятно. Но я хотел бы тебя кое о чем спросить. Когда ты собираешься залечь на дно?

— Как только смогу.

— В противном случае тебе не выжить. Они тебе этого не простят. — Он имел в виду ту дурацкую потасовку в лимузине.

— Знаю. Как только смогу.

— У меня есть, — сказал он, — кое-кто тебе на подмогу.

— Послушай, если ты…

— Перестань выкаблучиваться. Я сказал ему лишь, что в нужный момент выйду на него. Он просто великолепен…

— Я говорил тебе, что я не…

— Я просто хочу, чтобы ты знал, — с наигранным терпением прервал он меня, — если тебе вдруг понадобится помощь, она будет в любой момент. Если, например, ты решишь, что не можешь больше доверять тайской разведке. — Я промолчал, выждав секунду, он продолжил: — Ты слышал в тех местах о человеке, которого называют полковник Чоу?

— Как его имя?

— Ч-о-у.

— Нет.

— Если услышишь, дай мне знать. И послушай, что бы ни случилось, связывайся со мной в любое время, и я тут же включаюсь в работу. — Казалось, он устал убеждать меня. — И чтобы ты знал, я, честное слово, завязал.

Я ответил, что понимаю и рад за него.

Положив трубку, я подумал, имело ли смысл говорить ему, что на меня свалилось сейчас самое опасное задание из тех, что приходились на мою долю. Лучше промолчать, а то он опять напьется.