Чтение онлайн

— Тсс, — сказал он, протягивая ногу в сторону противоположной полки, где семейство из Кералы уложило свой багаж, затем он подтянулся и забрался на узкую верхнюю полку. Кирсти рассмеялась, подвигаясь на край и освобождая для Марчанта немного места у стены.

— Какие же здесь узкие полки, — прошептал Марчант, ощущая исходившее от ее тела тепло, когда она накинула на него одеяло. Эта наивная уловка напомнила ему школьные проделки.

— Он идет, — сказала Кирсти, подобрав стоявший у ее ног рюкзак и закрывшись им.

Марчант лежал тихо, прислушиваясь, пока кондуктор проверял билеты. Он разбудил спавшую внизу семью, а Кирсти подняла Холли.

Когда же кондуктор ушел, Марчант не сразу вылез из-под одеяла, стук колес убаюкивал его. В последний раз он путешествовал по индийской железной дороге после окончания колледжа, тогда он ехал в Калькутту на знаменитом старом поезде «Фронтир мейл».

— Дэвид? — тихо окликнула его Кирсти. — Он ушел.

Марчант выбрался на свет божий, некоторое время они лежали рядом, рассматривая интерьер купе, сделанный в стиле пятидесятых годов: голубые стены с заклепками, медные переключатели и бакелитовая арматура. Все это напоминало Марчанту каюту на старом корабле.

Они уже успели обсудить происшествие на перроне в Дели. Девушки поблагодарили его за храброе спасение и спросили, было ли в его словах хоть немного правды. Марчант решил не разоблачать свой обман, который на этот раз казался ему совершенно безобидным, и сказал, что два дня работал статистом в Красном форте и что вживую Шахрукх оказался ниже ростом, чем он думал. Если уж начал лгать, то лучше идти в своей лжи до конца.

Потом они сидели на ступеньках вагона и смотрели на пролетавший мимо пейзаж окрестностей Дели. Холли поняла, что Марчант и Кирсти нравятся друг другу, и с рассерженным видом вернулась в купе. Они непринужденно болтали, словно были знакомы уже много лет. Но в их разговоре не прозвучало ни одного вопроса или упоминания о личной жизни, и это вполне устраивало Марчанта.

Он знал о Кирсти лишь то, что у нее было гибкое и стройное тело и она хотела заняться йогой на пляже в Гоа. Кирсти было известно, что его звали Дэвидом Марлоу, все его вещи украли в гостинице в Пахарганже, а сам он был родом из Ирландии. Иными словами, они были друг для друга незнакомцами.

Но, лежа на узкой верхней полке, Марчант подумал, что их случайная встреча означала нечто большее. Где-то далеко впереди послышался долгий, протяжный гудок поезда. Кирсти вздрогнула и невольно закинула на него свою ногу. Он уже собирался ответить на ее минутный порыв, но ребенок внизу закашлялся. Марчант улыбнулся, и Кирсти убрала ногу. «Мангала»-экспресс летел через тьму к Аравийскому морю, а они лежали совсем рядом, но вместе с тем были бесконечно далеки друг от друга.

Весь вечер Пол Майерс пил в «Морпет Армс», откуда были видны яркие огни Леголенда на противоположном берегу Темзы. Он знал, что поступок, который он собирался совершить, мог привести к его увольнению. К тому же он предавал Лейлу — одну из немногих, кого мог бы назвать своим другом. Но она предала его первой, и теперь Майерс понимал, что у него почти не оставалось выбора. Допив пятую пинту «Лондон прайд», он встал и вышел на улицу, перешел дорогу и направился вдоль набережной.

Глядя на темную воду, которая тихо текла у него под ногами, он набрал номер личного мобильного Маркуса Филдинга. Немногие знали этот телефон, и лишь узкий круг избранных имел право звонить по нему. Но если ты работаешь в центре правительственной связи в должности ведущего аналитика, то можешь себе это позволить. Когда телефон зазвонил, Майерс посмотрел на окна кабинета Викария.

— Кто это? — спросил Филдинг.

— Пол Майерс, старший аналитик, азиатское направление, Челтнем, — представился Майерс, чувствуя, что он немного глотает слова.

— Вы выбрали неподходящее время и ненадлежащее средство связи, — сказал Филдинг. — Кому вы подчиняетесь?

— Сэр, это касается Лейлы. Я должен поговорить с вами сегодня вечером. — Мозг Майерса был затуманен алкоголем, но даже он почувствовал замешательство на другом конце провода. — Мы перехватили ряд ее телефонных разговоров. Я думаю, вы должны взглянуть на расшифровки. Они при мне.

Последовала пауза.

— Где вы?

— Напротив вас, на другом берегу реки. — Майерс посмотрел на эркер здания Леголенда. Он никого не увидел, однако представил себе Викария, стоявшего у окна и смотревшего в темноту.

— Я подъеду к вам на машине, — сказал Филдинг. — Когда буду возвращаться домой.

Десять минут спустя Майерс уже сидел на заднем сиденье «ренджровера» рядом с Филдингом, они ехали вдоль Темзы в сторону Вестминстера. Майерс оказался примерно таким, как и представлял его Филдинг: неумение общаться с людьми, очки в толстой оправе, почти полное отсутствие личной гигиены, проблемы с алкоголем и очень высокий уровень интеллекта. Типичный книжный червь из Челтнема.

— Первый звонок был сделан через несколько часов после марафона, — сказал Майерс. — В то время мы прослушивали всех, надеясь найти хоть какую-нибудь зацепку. Тогда все стояли на ушах, как после теракта в лондонском метро седьмого июля. Под подозрением была Южная Индия, поэтому мы отслеживали все разговоры на языках малаялам, тамильском и телугу. Но также мы прослушивали беседы на фарси. И тогда я обнаружил вот это. Я тут же узнал голос Лейлы.

Он передал Филдингу распечатку с расшифровкой телефонных разговоров. Филдинг внимательно прочитал ее.

Филдинг вернул расшифровку.

— Вы отчитывались по этим сведениям? Показывали их кому-нибудь?

Майерс молчал несколько секунд, затем покачал головой:

— Нет. Я знаю, что поступил неправильно. Но мы с Лейлой были друзьями. Хорошими друзьями. Я подумал, что это ничего не значит. Она говорила мне о доме престарелых и о том, как плохо там обращаются с ее матерью. Если честно, мне было немного неловко подслушивать их. Я как будто вмешивался в чужие семейные дела.

— Что же заставило вас передумать?

— Разумеется, известие о том, что она работает на американцев. Я возненавидел ее, когда услышал об этом. Я воспринял все очень близко к сердцу, как личное предательство. Тогда вернулся к этим расшифровкам и снова перечитал их.

— И?

— В первый раз я упустил из виду самый важный момент: откуда поступал звонок. Лейла всегда говорила о своей матери так, словно та находилась в доме престарелых в Британии. Когда услышал, как она говорила об избиении повара, я решил, что речь идет о медицинском персонале. Звонили с мобильного телефона, зарегистрированного в Великобритании, но когда я проверил данные, то выяснил, что сигнал поступал через сеть мобильного оператора в Тегеране.