Чтение онлайн

— Превосходно, не так ли?

Декард одновременно мог видеть лица Рейчел и Сары, разделенные всего лишь несколькими дюймами. Взгляд Сары притягивал к себе, пронзал его… а под стеклом лежала с таким же лицом спящая умирающая женщина. Глаза Рейчел были закрыты, губы чуточку подрагивали в такт мерным долгим вдохам. Волосы женщин были одного цвета, и ему показалось, что перед ним одна и та же плоть — рядом с гробом и внутри.

— Я хочу знать… — Сара повернулась к стеклу так, что могла видеть свое отражение внизу, — ведь это звучит так странно — что ты можешь любить нечто… в действительности не существующее. Чем это может быть? — Она подняла голову, снова глядя в глаза мужчине. — Не для тебя — для нее.

— Не знаю. — Декард медленно покачал головой. — Она никогда мне не говорила.

— Ну… ты многого не знаешь. — Сара поднялась на ноги, стряхнув с юбки пыль. Опять накинула на себя пальто, и в голосе вновь прорезался холодок. — Вот именно за этим я сюда и пришла: сказать, что ты еще многого не знаешь, хотя тебе предстоит это выяснить.

Пройдя мимо него, женщина распахнула дверь в хижину и растворилась в темноте, даже не удосужившись обернуться.

Из маленького окошка Декард увидел, как ее летательный аппарат поднялся в ночное небо. На миг завис… но едва Декард представил себе сидящую за пультом управления Сару, как лодка сделала круг и исчезла среди мерцающих звезд, направившись на юг, к Лос-Анджелесу.

Замаячили новые огоньки. Декард насчитал два, а следом появился третий. «Они, должно быть, ждали. А потом она их позвала».

Разумом Декард был только рад, что его пистолет потерян где-то в лесу. Будь у него оружие, он наверняка поддался бы искушению сделать нечто глупое. Например, ввязаться в стычку.

Когда агенты в серых, лишенных опознавательных знаков защитных костюмах распахнули дверь, Декард ждал их, сидя в единственном в хижине кресле.

— Декард? — Руководитель группы из нескольких громил направил укороченный ствол автомата прямо ему в грудь. Все парни были коротко пострижены и смотрели на него тяжелым взглядом роботов. Возможно, они входили в состав одного из элитных полицейских подразделений, хотя никого из них Декард раньше не видел. Он не успел ответить, как старший группы с улыбкой направил автомат к потолку. — Хорошо. Ты оказался умным.

Декард только вздохнул. Все эти «лихие ребята» неизменно нагоняли на него тоску.

— А чего вы ожидали?

— Декард, ты отправляешься с нами.

— Не могу. — Он показал кивком на гроб. — Мне надо заботиться о ней.

— С ней все будет в порядке. — Двое дюжих молодцов взяли Декарда под руки и повели к выходу. — Много времени это не займет.

На летательных аппаратах никаких опознавательных знаков не было.

— Парни, вы из «Тирелл»? — спросил Декард, глядя на прилетевших незнакомцев. «АНДЕРССОН», — прочел он нашивку над карманом старшего.

— Тебе эта информация ни к чему. — Старший нажал на кнопку взлета, и земля растворилась гдето в темноте.

Декард откинулся на спинку кресла, глядя, как две другие машины заняли места по бокам.

— Куда мы направляемся?

— Не будь дураком. — Старший не отрывал взгляда от приборной панели. — Ты знаешь куда.

Он и впрямь знал. Пальцы невольно сжались в кулаки.

— Но почему?

Андерссон смерил его взглядом.

— Не догадываешься? Ты оставил слишком много недоделанной работы, вот почему.

Декард закрыл глаза. Он летел домой, в Лос-Анджелес.

— Как поживает пациент?

Широкоплечий медбрат обернулся на звук голоса. Перед ним стоял улыбающийся мужчина в зеленом халате и стерильных тапочках.

— Вы о ком? — спросил санитар. Незнакомца он видел впервые: либо кто-то из новеньких, либо же из того крыла больницы, ходить в которую ему не доводилось.

— Сердечно-легочный больной с восемьдесят третьего этажа, — ответил мужчина, бросив быстрый взгляд на потолок и дернув головой. — Как он себя чувствует?

— Кажется, нормально, — пожал плечами санитар. — То есть дышать будет… пока его кто-нибудь не отключит. — В сверкающей хромом и набитой различным оборудованием тележке имелся десятимиллилитровый сосуд, наполненный красной жидкостью, которую санитар только что отсосал из развороченных бронхиальных труб раненого. Если подобную операцию не производить каждые два часа, этот несчастный с дыркой в груди может в любой момент помереть от удушья, несмотря на все эти ультрасовременные насосы и аппараты жизнеобеспечения. — Зачем вам это?

Незнакомец только пожал плечами.

— Из чистого любопытства. — Улыбка точно прилипла к его лицу, хотя пронзительные глаза хранили серьезность. — Тебе не кажется, что вокруг этого типа слишком много шума? Этаж перекрыт наглухо, да еще и полицейские на каждом углу. — В тоне незнакомца чувствовалась насмешка, но глаза его сузились, превратившись в стальные иглы. — Забавно, не правда ли? А что он вообще за птица?

— Не мое дело. — Санитар нажал на кнопку лифта, разглядывая панель с цифрами этажей. Как и многое другое в больнице, они или уже перестали работать, или же никогда и не работали. — Для меня это просто кусок мяса, подключенный к системе жизнеобеспечения.

В шахте послышался скрежет, и долгожданный лифт наконец-то распахнул двери. Внутри валялись разбитые тубы и обрывки перепачканных кровью бинтов.

— Меня это не касается. — Затолкав внутрь тележку, санитар обошел ее, хрустя стеклом, повернулся и нажал кнопку нужного ему этажа. — Думаю, что тебя это не касается тоже, — ухмыльнулся он, наблюдая, как закрываются двери.

Настырный тип резко встрепенулся и отодвинул одну из створок с такой силой, что она с грохотом вошла обратно в паз. Незнакомец сделал пару шагов вперед. В его взгляде сверкала ярость, и санитар невольно забился в угол, закрывшись тележкой.

— Ты прав, — спокойно и учтиво кивнул незнакомец, снова улыбаясь. — Меня это совершенно не касается. Не забудь.

Он отошел назад и, все так же улыбаясь, наблюдал, как дверцы закрылись и лифт двинулся с места.

«Сумасшедший, — подумал санитар, отодвигая от себя тележку. — Администрация, похоже, готова взять на работу любого психа!»

Полковник Пушистый и Скрипучий Гусарик мерным шагом двигались по закоулкам, неся на себе беспокойную ношу.

— Поосторожнее, вы меня уроните! — Себастьян еще крепче ухватился за шею Полковника. При свете звезд сталь и тефлон просвечивали сквозь изношенную шерсть медведя. — Давайте, ребята, не для того я вас собирал!..

Светящиеся глазки посмотрели на Себастьяна. Одетый в оборванный мундир мишка рявкнул, повернув шею и обнажив хромированные клыки.

Когда батареи начинают садиться, Пушистик всегда становится ворчливым. «Наверняка здесь где-нибудь найдутся новые», — озабоченно подумал Себастьян. Отключить Полковника будет совсем не просто, поскольку ему уже давно пришлось встроить блок самозащиты, дабы у Полковника был шанс выжить на задворках этого мира. Клыки у Пушистика длиннее и острее, чем у настоящего медведя, и очень трудно будет добраться до реле выключателя, спрятанного под полинялым наполеоновским сюртуком. Еще меньше надежды пытаться достичь убежища с помощью одного лишь легкого и быстрого, но довольно слабого Скрипуна.