Чтение онлайн

– Не нужно утруждать себя, добрый хозяин, уж простите, что не называю вас по имени. Мы с удобством расположимся в одной комнате, - вежливо, но с нажимом возразил Кол.

– Зовут меня Иануш, господин, хотя люди привыкли кликать Кабаном. Извольте, воля ваша. Одна комната, так одна. Сейчас Марушка освободится, и подготовит её вам. А пока - милости прошу поближе к очагу, обсыхайте! А ну-ка, отбросы, взяли стол и лавки, да подтащили ближе к огню!
– гаркнул он на оставшихся в комнате выпивох. Те послушно подскочили, взяли небольшой стол у стены и перетащили его к очагу. Туда же поставили лавку, на которую уселись наши друзья.

– Изволите вина?
– осведомился Кабан.

– Нет, спасибо, господин Иануш! Довольно будет воды, - ответила Мэйлинн. Она до сих пор плотно куталась в плащ и не снимала капюшона. Напротив, она надвинула его ещё сильнее на глаза, так что её лицо полностью скрывала тень.

– У нас есть клюквенный морс!
– предложил хозяин.

– Да, это было бы весьма кстати, хозяин!
– обрадовался Кол.
– Принесите-ка нам лучше морсу!

– Будет исполнено!
– на этот раз Кабан лично зашёл в какую-то каморку прямо за стойкой, и вскоре вернулся с большим глиняным кувшином и тремя кружками.

Путники, блаженно подставив спины жаркому огню, начали потягивать морс из кружек. Вернулась Марушка, неся большой подкопчённый свиной окорок и каравай чёрного хлеба.

– Сейчас пойду забью куриц, - буркнула она.
– Через час будут готовы.

– Не утруждайте себя, почтенная Марушка, - ответил Кол.
– Этой пищи нам вполне достаточно. Будьте добры подготовить комнату.

Даже не кивнув, Марушка удалилась. Разговор за соседним столом в это время как-то подпритих. Колоны изредка перебрасывались фразами и периодически зыркали на приезжих. Через несколько минут с улицы вернулись промокшие Жмых со Щербатым.

– Всё сделано!
– бодро крикнул один из них.

– Добро!
– ответил хозяин.
– Не желают ли ещё чего гости?

– Спасибо, не желаем, - ответил Кол, прожёвывая кусок ветчины.

– Как ты можешь есть?
– тихонько спросил Бин. Он положил кинжал в ножнах на столешницу рядом с собой, и постоянно опасливо косился на компанию неподалёку.
– Ты только посмотри на них - это ж отъявленные разбойники!

– Угу, а атаманом у них знаешь - кто?
– с набитым ртом спросил Кол и стрельнул глазами в сторону Кабана.

– Хозяин?..
– глаза Бина расширились, а пальцы лирры так сильно сжали кружку, что даже побелели.
– И что делать?
– прошептал Бин.

– А что тут сделаешь? Конкретно сейчас надо есть, пока есть такая возможность. Может быть, они и не нападут. Всё-таки нас трое, и мы вооружены.

– Трое, из которых одна - девушка, - в отчаянии прошептала Мэйлинн.

– Девушка, которая стоит любых троих из этих недоумков, - усмехаясь, ответил Кол.
– Не волнуйтесь прежде времени. Просто держитесь наготове.

– И что - мы останемся тут ночевать?
– с тихим ужасом спросила Мэйлинн.

– Да вот даже и не знаю...
– признался Кол.
– С одной стороны - страшно не хочется мокнуть под дождём. С другой - глупо искать себе лишние неприятности.

– Давай уедем!
– взмолилась Мэйлинн.
– Я уж лучше помокну немного.

– Я тоже!
– поддержал Бин.

– Ну хорошо, тогда сейчас поедим, подсохнем немного, и - в путь, - решил Кол.

Повеселевший враз Бин тут же схватил кусок окорока, положил его на ломоть хлеба, и принялся жевать, запивая морсом. Они уже почти закончили с едой, когда вновь появилась Марушка и объявила, что комната готова.

– Спасибо вам, любезная хозяюшка, но мы, к своему сожалению, вынуждены отказаться от вашего гостеприимства. Неотложные дела ждут нас в Колионе, - поднимаясь, сказал Кол.

– Ну что же вы, гости дорогие! В такую непогоду, так внезапно! Разве не вы заказывали комнату?
– кивнув головой своим товарищам, громко спросил Кабан. Шестеро разбойников встали и направились к двери. Только теперь Кол обратил внимание, что у дверей стоял ещё один стол, погруженный в темноту, и теперь выяснилось, что на этом столе лежали длинные мясницкие ножи и дубинки - оружие головорезов. Марушка мгновенно исчезла за одной из дверей.

– Мне очень жаль, любезный хозяин, но мы всё же будем вынуждены вас покинуть, - всё так же нарочито спокойно ответствовал Кол, одновременно с этим вынимая легионерский меч из ножен. Бин вскочил и вынул свой кинжал. Мэйлинн тоже встала, но за оружие не бралась.

– Ну а как же заплатить, драгоценные гости?
– с издёвкой осведомился Кабан.

– Мы и не думали уйти, не заплатив, - ответил Кол.
– Мы очень благодарны вам, любезный господин Иануш, за стол и очаг, а также за наших лошадей. Мы щедро заплатим, вы не останетесь в накладе.

– Да уж надеюсь, - рассмеялся Кабан.
– Думаю, пара латоров меня вполне устроит. Платите - и можете уходить.

– При всём моём уважении, любезный хозяин, но таких денег я бы не заплатил, даже если бы мне прислуживал за обедом лично его величество Матониус Второй, - уже не скрывая враждебности, отвечал Кол.
– И я надеюсь, что древние законы гостеприимства не позволят тебе и твоим людям напасть на гостей в собственном доме.

– А вот это мы сейчас и проверим, - проговорил Кабан, доставая из-под стойки топор, причём сразу видно, что не плотницкий и не колун.

– Вы выпустите нас отсюда по-хорошему, или же эта жалкая хибара рассыплется в прах!
– неожиданно воскликнула Мэйлинн, срывая с себя капюшон.

– Вы только гляньте-ка!
– насмешливо протянул Кабан.
– Да, никак, это лиррка! Ну вообще, братцы, здорово! А вы всё гадали - откель такой ураган пришёл. Ясно теперь? Лиррка на хвосте принесла!

– Не какая-нибудь там «лиррка», а магиня из Наэлирро!
– воскликнула Мэйлинн, резким движением обнажая шею так, чтобы открылся ошейник.

Было видно, что разбойники оторопели. Слухи и сказки о ведьмах Наэлирро были популярными страшилками в этих краях. Стоявшие у двери переминались с ноги на ногу, не зная, как поступить. Даже Кабан стёр с лица самодовольную ухмылку и растерянно смотрел на лирру.

– В ней нет магии, - неожиданно раздался женский голос и в комнату вновь вошла Марушка. В руках её был нож с широким лезвием.
– Я не чувствую в ней магии лирр.

– Ай, да Марушка! Ай, молодец!
– воскликнул Кабан, видя, как смешалась Мэйлинн.
– Значит, говоришь, магиня?
– издевательски переспросил он у лирры.
– А по мне - ты обычная лиррская шлюха!