Чтение онлайн

– Перед судом времени, - тяжело вздохнул один из собеседников.
– Но поймите - у нас не было другого выхода.

– А почему такой интерес именно к моей персоне?
– негодующе поинтересовалась Марта.

– Потому что вы являетесь обладательницей прекраснейшего голоса всех времен и народов.

– Смотри-ка, - пробормотала Марта.
– А я-то думала, что Л а Малибран как певица даст мне фору.

– Не задирайте нос, - снисходительно посоветовал ей второй.
– Ла Малибран - великая певица, но ее голос слишком плотный и не столь яркий. Такой голос нельзя назвать небесным.

– Получается, что у меня "небесный голос", - понятливо кивнула Марта.
– И зачем он вам понадобился?

Озабоченным тоном дама спросила:

– Я полагаю, вы знакомы с историей Столетней войны?

– Разумеется, уж не принимаете ли вы меня за невежду?
– обидчиво воскликнула Марта.

– Тогда вам, должно быть, известно, что в Домреми жила одна девушка, которая была способна слышать небесные голоса...

Марта обиделась не на шутку.

– Конечно, известно! Не понимаю только, какое это может иметь отношение ко мне?

Двое присутствующих вскочили на ноги и торжественно произнесли: - Один из голосов принадлежал вам!

Неприязненно взглянув на них, Марта покрутила пальцем у своего виска.

– Вы что, из психушки сбежали?

Со снисходительным видом они пропустили ее вопрос мимо ушей.

– Вместе с Катериной вы должны спеть девушке вот по этой партитуре.

С этими словами они вручили Марте тонкую стопку прозрачных листков.

Дама поклонилась Марте.

– "Святая Катерина" - это я. А вот "святую Маргариту" пришлось разыскивать в вашем веке.

– Ясно, - пробормотала Марта.
– Вы предлагаете мне роль Маргариты в какой-то мистерии о Жанне д'Арк. Что касается пения, то почему бы не спеть, но разве можно так поступать с лучшей певицей всех времен и народов? И зачем было пугать бедную девочку? Один из собеседников подал Матевой-младшей желто-зеленый плод, напоминающий огромный цветок акации, и умоляюще попросил Марту: - Не попрекайте нас. И не мешайте ребенку - пусть вкусит плодов будущего.

– Она ни к чему не прикоснется без моего разрешения, а я намерена подать на вас жалобу во Всемирную ассоциацию защиты детей. Допустим, без меня вы не могли обойтись, но зачем же причинять неприятности невинному ребенку?

Неожиданно для нее дама предложила:

– Может, ваша девочка возьмет на себя роль поющего ангелочка? Это было бы очень убедительно. Хорошо бы ей мелькнуть в предрассветной мгле... От этого художественное решение сцены только выиграет.

Она повернулась к девочке.

– Ты согласна спеть несколько песенок? Я тебя научу...

"Это я тебя научу, - мысленно пригрозила ей Матева-младшая.
– Я тебе так спою, что тебе никого больше учить не захочется". Вслух она сказала:

– Да, уважаемая госпожа, с удовольствием.

Марта бросила на дочь удивленный взгляд.

– С каких это пор ты стала такой воспитанной?

На что Матева-младшая смиренно ответила:

– Я всегда была такой, мамочка.

"Этот ребенок далеко пойдет", - с гордостью подумала Матева-старшая и, беря пример с дочери, мирным тоном сказала:

– Мы к вашим услугам. Только позвольте один вопрос: что произойдет, если мы не споем того, что вы хотите?

Представители будущего поколения открыли было рты, но, вовремя спохватившись, воспитанно уступили даме право дать необходимые пояснения.

– Видите ли, - сказала дама, - тогда нарушится одна из причинно-следственных связей.

– Ничего не понимаю, - холодно заметила Марта.

– Тогда не родится человек, необходимый будущему, - пояснил один из тех, кто сам принадлежал этому будущему.

– А что, есть люди, в которых будущее не нуждается?
– с иронией спросила Марта.

Второй из присутствующих пустился в пространные объяснения:

– Если Столетняя война не завершится в строго определенный срок, один из воинов не вернется домой, у него не родится дочь, она не родит ему сына, и все это кончится тем. что величайший гений человечества, которому суждено открыть важнейшие законы Вселенной, появится на земле с опозданием на двести лет. А за это время сама земля, поставленная в новые условия, может погибнуть.

– Ясно. Снова требует ся спасать человечество!
– понимающе кивнула Марта.
– Ну что ж, тогда не будем медлить.

Всё куда-то поплыло. Поплыли в зеленоватом тумане, то густом, то едва заметном, и Марта с дочерью в сопровождении дамы, назвавшейся Катериной. Когда туман рассеялся окончательно, все трое очутились на опушке перед заброшенной часовней.

Солнце только что закатилось за горизонт, с холмов спускалось стадо, позади которого с задумчивым видом брела какая-то девушка с пастушьим посохом в руке.

Открыв дверь часовни, Катерина ввела туда Марту с Марией и дала знак начинать.

– А как здесь акустика?-заинтересовалась Марта.

Катерина содрогнулась от приступа гомерического хохота.

– Имейте в виду, - строго сказала Марта.
– В этом веке такой смех приписывался сатане. Впрочем, неважно, какая здесь акустика. Мы прибыли сюда, чтобы работать, так давайте начинать.

И они запели: "Жанна, Жанна.."

Приблизившись к часовне, девушка опустилась на колени и с благоговением стала вслушиваться в послания "святой Катерины" и "святой Маргариты". Тем временем Матева-младшая сновала по церквушке как всамделишнии ангелок и время от времени тонким голоском подтягивала "Ами-и-и-нь!"

После того как "небесные голоса" смолкли, девушка поднялась с колен и, бледная, пошла догонять стадо.

Проводив ее долгим взглядом, Марта злобно прошипела в ухо "Катерины":

– И вы хотите с моей помощью отправить это невинное существо на костер?

– Так нужно, - грустно кивнула "Катерина".

– Тогда вам придется самой вершить эту сатанинскую затею! воскликнула Марта, ловя себя на том, что начала подстраиваться под язык современниц Жанны д'Арк.

– Поймите же, - устало сказала "Катерина".
– Мы не определяем ход событий. Мы только приближаем их на несколько часов. Жанна д'Арк возглавит французские войска и без нашего вмешательства. Она готова к этому. Сегодня ей нужно лишь получить сигнал. Иначе она промедлит, пока соберется с силами для того, чтобы принять такое решение. Не мы - история отправит Жанну на костер. Мы только сгустим события одного дня, чтобы вдохнуть в нее уверенность в правильности сделанного выбора.

– Вы говорите мне то о нескольких часах, то о нескольких днях... Почему я должна вам верить?