Чтение онлайн

Итак, Михаил Булгаков очутился в армии Украинской Народной Респуб- пики. В какую именно часть он попал? В раннем варианте 20-й главы "Белой гвардии" и романе "Алый мах" речь идет о "1 — м полку Синей дивизии" (он же — 1-й Синежупанный полк), а в рассказе "Я убил" — о 1-м конном полку. Мы убеждены в том, что писатель был мобилизован именно в 1-й Синежупанный полк. Почему?

Во-первых, потому что в то время в Киеве не было ни одной украинской конной части.

Во-вторых, единственным полком, охранявшим от дезертиров Цепной мост (куда попали и Турбин, и Яшвин, и Бакалейников) был 1-й Синежупанный.

В-третьих, в начале 1919 года только одна часть армии УНР имела шлыки синего цвета -1 — й Синежупанный полк. Именно о таких шлыках рассказывает доктор Яшвин.

В-четвертых, командир 1-го Синежупанного полка имел фамилию, очень похожую на Мащенко (в "Белой гвардии" и "Алом махе") и Лещенко (в рассказе "Я убил"). Его фамилия была Пащенко. Остальные же командиры украинских частей имели фамилии, очень далекие от выше приведенных.

В-пятых, во всех произведениях Булгаковым были описаны униформа, быт и нравы синежупанников.

Таким образом, Михаил Булгаков попал в 1-й Синежупанный полк 1-й Синежупанной (Синей) дивизии. Эту воинскую часть писатель помнил давно, поскольку существовала она еще при Центральной Раде, и весной 1918 года находилась в Киеве.

Чтобы понять настроения, царившие в среде синежупанников, стоит обратиться к истории их создания. С началом Первой мировой войны в Австро- Венгрии галицкой интеллигенцией и политическими эмигрантами с Надднепрянщины был создан Союз Освобождения Украины, ставивший своей целью отторжение от Российской империи Восточной Украины, и создание под протекцией австро-венгерской монархии единого коронного Украинского края. Осуществить эти планы Союз намеревался не только с помощью австрийских и немецких штыков. Планировалось создать и чисто украинские национальные соединения. Первая национальная часть, полк Украинских Сечевых Стрельцов, сформированная в составе австро-венгерской армии из галицких украинцев, уже в 1914-м году выступила на фронт. Но галицкие части, созданные из австро- венгерских поданных это одно, а надцнепрянские формирования, из бывших подданных Российской империи, в составе армий Четвертого союза — это совершенно другое. Естественно, что подобные формирования были нужны Союзу. Из кого же их создавать? Ответ был найден быстро — из пленных- украинцев российской армии.

Уже в 1915-м году в Германии возникли три солдатских лагеря, предназначенные исключительно для военнопленных-украинцев. В 1917-м году возник лагерь для офицеров-украинцев. Лагеря находились под опекой Союза Освобождения Украины, который присылал литературу и инструкторов. Такой же процесс выделения украинцев из среды военнопленных шел и в Австро-Венгрии.

После заключения 9 февраля 1918 года между Центральной Радой и государствами Четверного союза Брестского мира, в лагерях военнопленных- украинцев стали спешно создаваться украинские части. Эти части должны были быть направлены на помощь Центральной Раде в ее борьбе с большевиками. В Германии из украинцев создавались две дивизии, в Австро-Венгрии — одна.

Несмотря на продовольственный кризис, и немцы, и австрийцы истратили множество денег на то, чтобы хорошо одеть и вооружить бывших военнопленных. Для дивизий, созданных в Германии, была изготовлена особая форма: синие жупаны традиционного украинского покроя, синие шаровары, серые смушковые шапки с синими шлыками. По своей форме, дивизии стали называться "Синежупанными", или — просто "Синими".

В середине марта 1918 года части 1-й Синежупанной дивизии стали прибывать в Киев, и именно тогда их мог впервые увидеть Михаил Булгаков. Однако, просуществовали синежупанники недолго. Немцы, испугавшись того, что создали грозную силу, способную выгнать их с Украины, в ночь с 26 на 27 апреля 1918 года, перед Гетманским переворотом, разоружили и расформировали Синежупанные дивизии. Большая часть бывших синежупанников подалась в повстанческие отряды, боровшиеся против немцев и гетмана Скоропадского. С началом же Антигетманского восстания на Украине в ноябре 1918 года многие синежупанники выехали на помощь Директории. Из них, по личному желанию С. Петлюры, уже в начале декабря 1918 года был сформирован курень (батальон), а в середине декабря -1 — й Синежупанный полк. Планировалось восстановить всю 1 — ю Синежупанную дивизию, а потому уже имеющийся полк именовался "1 — м полком Синей дивизии". Собственно, это наименование упоминал и Михаил Булгаков.

Вновь увидеть 1 — й Синежупанный полк писатель мог на параде, проходившем на Софийской площади 19 декабря 1918 года по случаю въезда в Киев Директории. Именно этот парад во всех подробностях был описан в "Белой гвардии". Вот что, в частности, Михаил Афанасьевич писал непосредственно о синежупанниках на параде, среди которых ему пришлось некоторое время

служить: "Первой, взорвав мороз ревом труб, ударив блестящими тарелками, разрезав черную реку народа, пошла густыми рядами синяя дивизия.

В синих жупанах, в смушковых, лихо заломленных шапках с синими верхами, шли галичане. Два двухцветных прапора, наклоненных меж обнаженными шашками, плыли следом за густым трубным оркестром, а за прапорами, мерно давя хрустальный снег, молодецки гремели ряды, одетые в добротное, хоть немецкое сукно. За первым батальоном валили черные в длинных халатах, опоясанных ремнями, и в тазах на головах, и коричневая заросль штыков колючей тучей лезла на парад".

В одном писатель ошибся — галичан среди синежупанников не было. Зато уловил один очень интересный и специфический факт. В полк в то время входило всего два куреня (батальона). Первый курень состоял исключительно из бывших синежупанников, одетых в свою старую синюю форму и смушковые шапки со шлыками немецкого пошива. Второй курень полка был сформирован в городе Бахмуте Екатеринославской губернии из местных повстанцев, с синежупанниками времен Центральной Рады ничего общего не имевших. Командовал бахмугскими повстанцами бывший офицер-синежупанник, который и привел их в Киев на соединение с уже имеющимся Синежупанным куренем. Поскольку бахмугские повстанцы соответствующей синей формы не имели, вместо таковой им были выданы темно-синие суконные медицинские халаты, которые должны были играть роль жупанов. Вместо шапок второй курень получил французские каски своеобразной формы. Дополняла обмундирование бахмутцев немецкая амуниция. По поводу "униформы" второго куреня — "тазов с халатами", писатель иронизировал во многих своих произведений. Таковым был 1-й Синежупанный полк, в который попал вечером 2-го февраля 1919-го года доктор Булгаков, а с ним и литературные персонажи Турбин, Яшвин, Бакалейников.

Как уже упоминалось, в соответствии с приказом командующего Осадным корпусом полковника Коновальца (в романе — Торопца), еще 1 февраля 1919 года 1-й Синежупанный полк занял район Никольской Слободки на Левом берегу Днепра под Киевом. Именно сюда в ночь со 2-го на 3-е февраля был доставлен новый полковой доктор — Михаил Булгаков. На этой позиции синежупанники находились до вечера 5 февраля, ночью они перешли через мост на Правый берег, где простояли без контакта с врагом до 19 часов 6 февраля. Лишь вечером того дня почти без потерь 1 — й Синежупанный полк последним отступил из Киева. Первые красные патрули на улицах города появились около 22 часов 6 февраля. Почему мы на этом акцентируем внимание?

Во всех произведениях М. Булгаков приводит точную дату мобилизации — вечер 2-го февраля 1919 года. Сложнее с датой бегства из части. И в рассказе "Я убил", и в одном из первых вариантов 20-й главы, и в повести "Алый мах" все описываемые писателем события укладываются в одну ночь. То есть, если исходить из логики произведений, то бегство из 1-го Синежупанного полка состоялось утром 3-го февраля 1919-го года. Но не стоит забывать, что ориентироваться в датах по событиям булгаковских произведений бесполезно и не нужно. Стоит вспомнить, что даже события, реально происходившие с 21 ноября по 14 декабря 1918 года (осада Киева войсками Директории, описанная в "Белой гвардии") писатель уместил в романе всего в три дня. Сколько же всего дней Михаил Булгаков пробыл в 1 — м Синежупанном полку?

На этот вопрос ответить достаточно легко. По Булгакову, и доктор Бакалейников из "Алого маха", и Алексей Турбин (по первому варианту 20-й главы) бежали из полка во время его движения по улицам Киева. А это — вечер 6-го февраля. Доктор Яшвин в рассказе "Я убил" по дороге домой встретил красный патруль, а Бакалейников и Турбин ожидали возможности его встретить, что опять таки указывает на 6-е февраля. Наконец, если свести вместе события, описываемые в "Алом махе" и рассказе "Я убил", то их с лихвой хватит уже на два вечера. Таким образом, доктор Булгаков на самом деле пробыл в 1-м Синежупанном полку не один вечер, а четверо суток — с вечера 2-го февраля по вечер 6-го февраля.

"— Кто командует полком?

— Полковник Лещенко, — с некоторой гордостью ответил первый, и шпоры его ритмически звякали с левой стороны у меня". Именно так доктор Яшвин впервые услышал о командире синежупанников. Подобный вопрос задавал и Алексей Турбин, правда, ему сказали о полковнике Мащенко. С полковником Мащенко пришлось встретиться и доктору Бакалейникову. Кем же действительно был командир 1 — го Синежупанного полка? А был он полковником Пащенко, если полностью — Марком Ефимовичем Волчком-Пащенко (приставка "Волчок" была псевдонимом Пащенко). Как видим, в "Белой гвардии" и "Алом махе" Михаил Булгаков изменил всего одну начальную букву фамилии полковника, а в рассказе "Я убил" — две.