Чтение онлайн

Съ минуту онъ виталъ въ туманномъ пространств, отдляющемъ реальный міръ отъ области сновиднія, и, наконецъ, глаза его сомкнулись, самострлъ выпалъ у него изъ рукъ, и онъ заснулъ глубокимъ сномъ. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Уже около двухъ или трехъ часовъ храплъ молодой охотникъ, наслаждаясь чуть ли не самымъ спокойнымъ сномъ своей жизни, какъ вдругъ онъ вздрогнулъ, открылъ глаза и слъ, еще не совсмъ очнувшись, какъ бываетъ съ человкомъ, внезапно пробудившимся отъ глубокаго сна.

Ему показалось, что вмст съ неуловимыми звуками ночи втеръ доносилъ къ нему странный хоръ нжныхъ и таииственныхъ голосовъ, которые смялись и пли на разные лады, каждый посвоему, сливаясь въ шумный и пестрый гулъ, похожій на щебетанье птицъ, пробужденныхъ первымъ солнечнымъ лучомъ въ зелени деревьевъ.

Этотъ странный шумъ продолжался одно мгновеніе, и все опять стихло.

— Безъ сомннія, мн снились т глупости, о которыхъ намъ разсказывалъ пастухъ, — ршилъ Гарсесъ, спокойно закрывая глаза, твердо убжденный, что то, что ему почудилось, было легкимъ отголоскомъ сновиднія, оставшагося въ его воображеніи посл пробужденія, какъ остается въ ушахъ воспоминаніе о мелодіи, когда уже замерли послдніе звуки псни. И, уступая непреодолимой лни, сковавшей его члены, онъ уже собирался снова опуститься на мягкую траву, какъ вдругъ опять прозвучало отдаленное эхо таинственныхъ голосовъ, и онъ услышалъ, какъ они пли, подъ шелестъ втра и листьевъ и подъ журчанье воды:

ХОРЪ.

Пока въ воздух звенли нжные звуки этой прелестной музыки, Гарсесъ не шевельнулся. Когда они замерли, онъ осторожно раздвинулъ втви и, къ своему величайшему изумленію, увидлъ стадо ланей, перепрыгивающихъ черезъ кусты съ невроятной легкостью, причемъ нкоторыя останавливались, точно прислушиваясь къ чему-то, другія играли между собой, то скрываясь въ чащ, то снова появляясь на опушк. Вс он спускались къ спокойной рк.

Впереди своихъ товарокъ бжала блая лань, самая быстрая, легкая, подвижная и игривая изъ всхъ; она прыгала, рзвилась, останавливалась и снова пускалась бжать съ такой легкостью, точно ея рзныя ноги совсмъ не касались земли. Ея странная близна сіяла фантастическимъ свтомъ на фон темныхъ деревьевъ. Хотя молодой человкъ и былъ расположенъ видть нчто чудесное и сверхъестественное во всемъ, что его окружало, но, собственно говоря, отршившись отъ минутной галлюцинаціи, помутившей его чувства и представившей ему музыку, шорохъ и говоръ, ни видъ ланей, ни ихъ движенія, ни отрывочные крики, которыми он, повидимому, звали другъ друга, не заключали въ себ ничего такого, чтобы не было знакомо охотнику, опытному въ такого рода ночныхъ похожденіяхъ. По мр того, какъ разсевалось его первое впечатлніе, Гарсесъ сталъ сознавать это и, внутренно смясь надъ своей доврчивостью и своимъ глупымъ страхомъ, занялся исключительно соображеніями о томъ, гд должны были находиться лани, судя по тому направленію, которое приняли. Сообразивши все, какъ слдуетъ, онъ взялъ самострлъ въ зубы и, пробравшись ползкомъ среди кустовъ, спрятался шагахъ въ сорока отъ того мста, гд былъ прежде. Устроившись поудобне въ своемъ новомъ убжищ, онъ сталъ ждать, когда лани войдутъ въ рку, чтобы стрлять наврняка. Какъ только дослышался тотъ особенный шумъ, который производитъ разступающаяся и сильно всплескиваемая вода, Гарсесъ началъ понемножку приподниматься, соблюдая величайшую осторожность, опираясь на землю сначала руками, а потомъ колномъ. Поднявшись на ноги и убдившись ощупью, что его оружіе было наготов, онъ сдлалъ шагъ впередъ, вытянулъ шею изъ-за кустовъ, чтобы обнять взоромъ весь бассейнъ воды и натянулъ тетиву; потомъ оглядлся, отыскивая взглядомъ цль, которую собирался намтить, и съ его устъ сорвался едва слышный, невольный крикъ изумленія.

Луна, медленно поднимавшаяся надъ широкимъ горизонтомъ, была теперь неподвижна и точно висла посреди неба. Ея нжный свтъ обливалъ рощу, сверкалъ на спокойной поверхности воды и окутывалъ вс предметы точно голубой дыыкой.

Лани исчезли.

Вмсто нихъ ошеломленный и даже испуганный Гарсесъ увидлъ толпу црелестнйшихъ женщинъ, изъ которыхъ одн рзво входили въ воду, а другія еще снимали легчайшіе покровы, скрывавшіе ихъ чудныя формы отъ жаднаго взора.

Никогда, даже въ легкихъ и несвязныхъ утреннихъ сновидніяхъ, столь богатыхъ плнительными и сладострастными образами, въ этихъ сновидніяхъ, которыя такъ же неуловимы и блестящи, какъ тотъ свтъ, что начинаетъ проникать сквозь блый пологъ кровати, — даже двадцатилтнее воображеніе не рисовало фантастическими красками такой сцены, какая представилась въ этотъ мигъ взору изумленнаго Гарсеса.

Освободившись отъ своихъ одеждъ и разноцвтныхъ покрывалъ, которыя виднлись въ глубин, повшенныя на втвяхъ деревьевъ или небрежно брошенныя на траву, красавицы носились по рощ, образуя живописныя группы, входили и выходили изъ воды, разсыпая ее сіяющими брызгами на береговые цвты — точно дождь мелкой росы.

Вотъ одна, вся блая, какъ блоснжная шерсть ягненка, выставляетъ свою блокурую головку среди пловучихъ листьевъ водяного растенія и сама кажется его полураскрытымъ цвткомъ, прикрпленнымъ къ гибкому стеблю, дрожащему въ глубин, стеблю, который скоре можно угадать, чмъ разсмотрть среди безконечныхъ сверкающихъ водяныхъ круговъ.

Другая, распустивши волосы по плечамъ, качается на ивовой втк, повиснувъ надъ ркой, и ея маленькія розовыя ножки проводятъ серебряную черту, касаясь гладкой водяной поверхности. Нкоторыя еще лежатъ на берегу и закрываютъ свои голубыя очи, съ наслажденіемъ вдыхая ароматъ цвтовъ и слегка содрогаясь отъ дуновенія прохладнаго ночного втра. Остальныя кружатся въ стремительной пляск, капризно сплетясь прекрасными руками, закинувъ назадъ головы съ томной граціей и мрно ударяя ножками въ землю.

Невозможно было услдить за ихъ быстрыми движеніяни и обнять однимъ взглядомъ безчисленныя подробности той картины, которую он составляли. Одн бгали, рзвились и преслдовали другъ друга съ веселымъ смхомъ въ лсномъ лабиринт; другія плыли по рк, точно лебеди, разская воду высокой грудью; третьи ныряли въ глубину, исчезали на нкоторое время и возвращались на поверхность съ однимъ изъ тхъ чудныхъ цвтовъ, что распускаются на дн глубокихъ водъ.

Взоръ ошеломленнаго охотника блуждалъ тамъ и сямъ, не зная, на чемъ остановиться, какъ вдругъ ему показалось, что въ зеленой бесдк, какъ-бы служившей ей балдахиномъ, окруженная толпой особенно красивыхъ двушекъ, помогавшихъ ей освободиться отъ ея легкихъ одеждъ, — сидла дочь благороднаго дона Діониса, сама несравненная Констанція — предметъ его тайныхъ обожаній.

Переходя отъ изумленія къ изумленію, влюбленный юноша пока еще не осмливался врить свидтельству своихъ чувствъ и продолжалъ думать, что находится подъ властью очаровательнаго и обманчиваго сновиднія. И, все-таки, онъ напрасно старался себя уврить, что все, что онъ видлъ, было плодомъ его разстроеннаго воображенія, потому что чмъ больше и чмъ внимательне онъ разсматривалъ ее. тмъ сильне убждался въ томъ, что это дйствительно была Констанція.

Сомнваться было невозможно; то были ея темныя очи, опушенныя длинными рсницами, едва достаточными для того, чтобы умрить блескъ ея глазъ; то были ея блокурые, огромные волосы, внчавшіе прелестный лобъ и ниспадавшіе золотымъ каскадомъ на блоснжную грудь и округленныя плечи; наконецъ, то была ея стройная шея, поддерживавшая томную головку, склоненную подобно цвтку, изнемогающему подъ тяжестью росы; то были ея чудныя формы, снившіяся ему, можетъ быть, во сн, ея ручки, похожія на горсть жасминовъ, ея маленькія ножки, сравнимыя только со снгомъ, который не смогло растопить жадное солнце, такъ что на утро онъ продолжаетъ блть среди зелени.

Когда Констанція вышла изъ рощицы безъ всякаго покрова, могущаго скрыть отъ глазъ ея возлюбленнаго сокровища ея прелестей, ея подруги снова запли чудную мелодическую псню:

ХОРЪ.