Чтение онлайн

– Мы не можем подвергать опасности свой народ и самих себя. Поскольку совершеннолетних наследников престола у нас нет, тебе придется намного раньше запланированного срока занять трон.

Элайджа знал, что однажды ему придется стать главой королевства, но это должно было произойти еще очень не скоро. Отец мальчика был довольно молод и обладал крепким здоровьем, а что самое главное – являлся потрясающим правителем. Иначе говоря, в ближайшие десятилетия передавать сыну престол король Август не собирался. Что уж тут говорить, юный принц еще даже не начал проходить должную подготовку. Его просвещение ограничивалось общепринятыми в аристократичном мире дисциплинами.

– Чтобы показать, что Антарес сохраняет величие и могущество даже после скоропостижной смерти короля, мы должны начать выводить тебя в свет уже сейчас. Это даст понять соседям, что у престола есть достойный наследник.

Что ж, это не казалось принцу чем-то ужасным и трудным. Ранее он уже пару-тройку раз сопровождал родителей в важных поездках, поэтому эта неожиданно появившиеся перспектива его не пугала, однако взгляд матери говорил, что это не единственные изменения в его жизни.

– Вместе с советниками мы решили, что трон тебе придется занять уже через пять-шесть лет, а значит вскоре, Элайджа, ты начнешь очень усердно и много обучаться.

Королева Одетт с печалью смотрела на своего сына, пытаясь распознать его реакцию. Женщина была уверена, что юный принц полностью не осознает истинный смысл происходящего, но положение вещей многое поменяет в жизни Элайджи: его детство, бесконечные игры с друзьями, занятия верховой ездой и другие увеселения подошли к концу как только в отца угодило темное проклятье. С завтрашнего дня он должен стать на порядок взрослее.

– Мне очень жаль, дорогой, что это происходит с тобой в таком раннем возрасте, – женщина протянула руку и провела по белокурой головке мальчика.

– Все в порядке. Это мой долг, – произнес Элайджа, рассеяно глядя в глубь библиотеки.

Новости, произнесенные устами матери опечалили детское сердце. Факт скорой смерти отца отдавал горечью во всем теле, проникая в самую душу. Элайджа всегда хотел стать похожим на короля. Мечтал вырасти таким же умным, бесстрашным и мудрым. Мальчик желал, чтобы однажды на него смотрели с восхищением, преданностью и уважением, так как все вокруг смотрели на его отца. В один прекрасный день Элайджа надеялся доказать Августу, что тот вырастил достойного наследника. Он хотел увидеть в глазах родителя гордость, которую раньше ему видеть никогда не доводилось. Теперь у него появится возможность доказать свою значимость, однако король этого уже не увидит.

И все же, мальчик был настроен с честью выполнить долг и повести за собой народ Антареса, даже если ему придется многим пожертвовать для этого. Блуждая по мыслям, Элайджа пришел к неприятному осознанию того, что теперь он не сможет проводить так много времени с Оливером и Викторией. Эти двое стали для принца своего рода отдушиной. Несмотря на то, что брат с сестрой, также как и Элайджа всю жизнь прожили в замке, среди королевской семьи, они значительно отличались от особ благородных кровей. Они были шумными, простыми как открытая книга и помогали принцу отвлекаться от реальности, где были частые балы, приемы и слишком вежливые разговоры, во время которых хотелось лезть на стену от скуки. В друзьях Элайджа находил утешение каждый раз, когда отец был им недоволен. Вечно бурчащий Оливер обладал невероятным интеллектом. Многие называли его самым умным мальчиком королевства. В свои десять он прочитал больше книг, чем многие аристократы держали в руках за всю жизнь. Оливер имел веселый нрав, но также часто задумчивый, он мог смотреть на собеседника своими карими глазами так долго, что становилось неуютно. В этот момент в радужках цвета шоколада виднелось что-то такое непостижимое, словно Оливер уже разгадал загадку этого мира и ему стало скучно жить. Наверно скука и толкала его на постоянные конфликты с сестрой. Виктория, наделенная упертым характером, всегда отвечала на провокации, не боясь ставить Оливера на место. Девчушка с такими же зелеными глазами, как у матери, стояла на своем, даже если понимала, что не права. А еще она унаследовала от Флоренс магический дар, что было весьма удивительно, поскольку обычно дети со способностями рождаются в магических семьях только через несколько поколений.

Маги не были каким-то редким явлением в мире, однако зачастую представители волшебного мира не обладали столь сильным потенциалом. Среднестатистический маг был способен творить простейшие заклинания, по настоящему сильные и могущественные вещи им были недоступны. Но были и такие как Флоренс. Их называли потомками Морганы. Об этом Элайдже однажды рассказала мать. Она не уточнила, почему их называли именно так, но суть в том, что они были способны сотворять действительно прекрасные и ужасающие одновременно вещи. Подобных волшебников было не так много, поэтому правители всеми силами старались заманить их в свои королевства. Их магия помогала давать отпор недругам, защищать земли от непогоды, лечить людей и многое другое. Лишь при дворе нескольких государств имелись потомки Морганы, все они входили в альянс Пяти Великих Королевств и считались самыми сильными и несокрушимыми.

Хоть Виктории и удалось каким-то чудом унаследовать магические способности, многие полагали, что такой же сильной, как Флоренс она не станет. Саму девочку столь грубые, на ее взгляд, заявления очень сильно сердили. “Поживем – увидим”, отвечала она на каждую подобную реплику.

Как бы там не было для Элайджы Виктория навсегда останется его лучшей подругой-волшебницей, а могущественная или нет, его уже мало волнует. С каждым из ребят принц был близок по своему. С Оливером он мог говорить часами обо всем на свете, доверял ему каждый секрет, вместе они воровали печенье с кухни, гоняли птиц в саду, лазали по деревьям, за что Элайджу постоянно ругал отец. В общем, веселились от души, доставляя всяческие неудобства взрослым. С Викторией же все обстояло иначе, вдвоем им было также весело, но на ином уровне. Девчушка как-будто чувствовала его вибрации. Стоило Элайдже заскучать или загрустить, как на горизонте тут же появлялась ее черноволосая макушка. Если со старшим сыном семейства Анвари Элайджа мог часами болтать, то с Викторией он мог часами сидеть в уютной тишине. Они все также общались, но без слов. В прочем, моменты, когда принц проводил время только с одним из них были редки. Чаще всего троица находилась вместе. Ссоры между братом и сестрой, которая была младше на два года, происходили часто, но Элайджа знал, что они любят друг друга. Флоренс воспитывала их так с самого младенчества, на сколько Элайджа мог судить. Женщина постоянно напоминала им о силе братской и сестринской любви, которая способна на вещи, не уступающие в своем могуществе всей магии этого мира.

Мысли о друзьях, отце и будущем Антареса быстро утомили мальчика. Он решил продолжить свои думы на следующий день. Поднявшись с кресла, расправив плечи и невидимую складку на брюках, Элайджа обратился к королеве:

– Если ты не против, я бы хотел продолжить разговор о моем обучении завтра. Уже поздно, я планирую отправиться спать.

– Конечно, Элайджа, на сегодня достаточно. Я провожу тебя, – с мягкой улыбкой ответила королева.

Шествуя по величественным коридорам замка, стены которых были украшены портретами предков семейства, мать и сын достигли двойных белых дверей, ведущих в покои принца. Королева дождалась, пока сын переоденется за ширмой в спальное платье, помогла устроиться ему на кровати, поцеловала в лоб, пожелав спокойной ночи, а после отправилась к выходу из комнаты. Стоя в дверях, Одетт еще раз окинула сына взглядом полным сочувствия и сожаления. Женщине было печально осознавать, что ее сын обязан так рано повзрослеть. Через каких-то пять лет ее драгоценный мальчик примет на себя бремя правителя королевством. Она будет молиться каждую ночь, прося о том, чтобы Элайджа справился со всеми трудностями, которые преподнесет ему судьба.

Покинув покои сына, королева быстрым шагом отправилась в свою комнату, однако неожиданно даже для самой себя резко затормозила и свернула в другое направление. Комната, к которой женщина держала курс, находилась в отдельном закутке замка, куда даже прислуга заходила через раз. Остановившись у резной коричневой двери, королева толкнула ее рукой и зашла внутрь. На огромной кровати с балдахином лежал ее супруг. Вокруг стояло множество свечей и керосиновых ламп, а подле Августа сидела Флоренс, шепча что-то на латыни себе под нос.

– Как успехи? – тихо спросила Одетт, подходя ближе к неподвижно лежащему королю.

Ответом ей послужило лишь едва заметное мотание головой. Волшебница устало вздохнула и поднялась со стула. Под ее глазами пролегли темные круги, губы побледнели, выглядела она так, словно не спала пару суток. Одетт знала, что с тех пор, как Августа доставили в замок, Флоренс трудилась днями напролет. Так много она не колдовала никогда, что и сказалось на состоянии волшебницы. Даже самым могущественным магам необходим отдых, еда и сон.

– Мне очень жаль, Одетт, но я попробовала все. Обращалась даже к темной магии. Боюсь, что ему осталось не больше пары дней, – тихо произнесла Флоренс, подходя к королеве.

– Да, я знаю, ты сделала все, что в твоих силах. Ступай в свою комнату, поспи немного. Выглядишь, как-будто весь день спахивала поля с урожаем. Смотри даже морщинка на лбу появилась, – улыбнулась королева, пытаясь разрядить напряженную атмосферу.

Волшебница весело фыркнула, и по взмаху пальцев вызвала неожиданный порыв ветра, который прошелся по наряду королевы, а после задержался в волосах.