Чтение онлайн

– Тебе тоже показалось, что ты летишь? Со мной такое иногда случается. Однажды, это было две жизни назад, мне настолько захотелось испытать чувство полета, что я прыгнул вниз, надеясь, что у меня вот-вот появятся крылья.

– И что, ты полетел?!
– с изумлением спросила я.

– Нет, - просто ответил он.
– Я упал вниз, где-то там еще лежат мои бренные останки.

И он небрежным жестом указал туда, где водопад с шумом разбивался о скалы.

Я вздрогнула. Теперь было понятно, почему шаман так неожиданно исчез отсюда много лет назад. Он сейчас так легко говорил о смерти, как будто это была самая заурядная на свете вещь.

– Ты что, настолько не дорожишь своей жизнью?
– с некоторым напором спросила я.
– Неужели она совсем ничего для тебя не значит?!

– Ты рассуждаешь, как нормальный человек, Саша. Но не забывай, что я не совсем такой, как вы все. Я прожил 29 жизней, почти 700 лет скитаясь по земле. Мне пришлось повидать мир во всем его извращенном 'великолепии'. Первый раз я родился в Индии в семье, принадлежавшей к самому бедному сословию, и у меня не было никаких шансов что-то изменить. Вся моя жизнь прошла в постоянном противостоянии с голодом, нищетой и болезнями. Ты даже не можешь представить себе всего, что я видел. Мой отец умер, когда мне было пять лет, и мы остались втроем с матерью и братом. С тех пор я стараюсь не вспоминать о том времени. Это была самая ужасная из моих жизней, потому что тогда я был уверен, что она у меня единственная. Я хотел прожить ее на бело, как и все вы, но в ней не было ничего, кроме унижений и бедности. Умер я от лихорадки, когда мне едва исполнилось 20 лет, и с тех пор со мной много чего случалось. Я рождался каждый раз в другом месте, в те времена еще не было тех названий материков и стран, которые тебе сейчас известны. Я был свидетелем последних крестовых походов, взятия Бастилии, открытия Америки. Мне довелось поучаствовать во многих войнах, без которых нельзя вообразить само существование человека. Я мог бы пересказать заново историю тех государств, где жил, но у меня просто не повернется язык, чтобы описать все эти ужасы. Мне редко удавалось умереть собственной смертью. Знаешь, поначалу я еще дорожил жизнью, но потом все потекло само собой. Можно было бы собрать целую коллекцию оружия, убившего меня: сабли, мушкеты, ножи, топоры, шпаги, пистолеты и даже один раз виселица, когда меня вздернули за пиратство. За все эти годы мне пришлось сменить множество лиц, имен и фамилий, и однажды начало казаться, что я просто чья-то тень...

Я вдруг поняла, что это бессмертное существование было для него скорее мукой, чем наградой. Он менял родственников и знакомых, быть может, даже друзей по всему свету, но, в сущности, он был одинок. Везде и со всеми.

– Дэвид - это твое имя в последней жизни?
– спросила я. Мне захотелось отогнать от него воспоминания, которые причиняли ему боль.

– Нет, его я не меняю уже давно. Так назвала меня одна женщина, которая была моей матерью. В тот раз мне выпало родиться в Израиле, и она дала мне имя Давид. Никогда больше я не встречал такой любящей женщины, ей даже удалось изменить мои взгляды на жизнь. Ее уверенность в том, что все мы ходим по земле не просто так, заронила в мою душу сомнения. Я стал задумываться о своем существовании, почему именно мне была дана эта возможность продолжать жить. После нее я начал искать ответы, которые и привели меня обратно в Индию, на свою первую родину, откуда все началось. Но это уже потом, сначала была она. Иногда я рассказывал ей о своем прошлом, но это ее пугало. Мать говорила, что дьявол диктует мне такие мысли, и часто молилась у моей кровати, когда я засыпал. Потом она умерла, и с тех пор я ношу данное ею имя. Со временем, правда, пришлось его немного изменить, были причины, но все же у меня осталась память о ней.

Дэвид замолчал, глядя вниз на водопад. Я вдруг подумала, что только он один может рассказать, что чувствует человек, падая с такой огромной высоты в бушующий поток. Что скрывается в его памяти, и какие чувства он может испытывать, если даже смерть для него представляется обычным делом?

– Я, кажется, напугал тебя, - сказал он, вопросительно глядя на меня.
– Наверно, не нужно было всего этого говорить.

На его лице отразилось разочарование.

– Мне, почему-то, показалось, что ты сможешь меня понять. Я уже давно не разговаривал об этом ни с кем. Прости, ты наверно думаешь, что я сумасшедший!

– Нет, Дэвид. Я вовсе не сомневаюсь в твоих словах, - поспешила я его успокоить, - просто... пойми, мне трудно так сразу принять все это.

– Да, знаю, - он усмехнулся.
– Я бы на твоем месте поспешил, как можно скорее, отсюда убраться.

– Ну, тогда мне точно пришлось бы нести Алекса на своих мужественных плечах, - рассмеялась я, вспомнив его насмешливые слова.

– Ах да, Алекс!
– он как-то небрежно произнес его имя.
– Что тебя вообще в нем привлекает?

Я насторожилась. Мне было неприятно, что он так говорил о человеке, которого я готова была назвать своим женихом.

– Я люблю его, - мой ответ прозвучал как-то неуверенно, и за это я еще больше разозлилась на Дэвида.

Почему вообще мне нужно оправдываться перед ним?! Скоро Алекс придет в себя, мы вернемся в Питер, и все будет, как и раньше. Я навсегда забуду весь этот кошмар и самого Дэвида.

При этой мысли мое сердце сжалось. Но я не хочу его ЗАБЫВАТЬ! Что-то изменилось за эти два дня, может, все мои переживания так сильно сказались на мне, но я уже ничего не знала наверняка. Мне не хотелось сейчас об этом думать, и я отвернулась, понимая, что он прекрасно видит все мои чувства.

Догорал закат, и от воды стало совсем холодно. Я поежилась. Дэвид накрыл мои плечи своей курткой, не говоря ни слова, рядом с ним слова вообще не имели значения.

– Пойдем. Тебе нужно выспаться, завтра вас ждет длинный путь.

Но у меня эта перспектива почему-то не вызвала радости. Я в последний раз оглянулась на водопад.

– Мне понравились твои сокровища, - сказала я, чтобы как-то заполнить эту паузу.

– Я рад, - только и ответил он.

– Глава 4. Прошлое -

Я проснулась из-за того, что кто-то около меня разговаривал. Голоса звучали приглушенно, поэтому сначала мне показалось, что они - часть моего сна. Однако вскоре стало ясно, что все это наяву. Прислушавшись, я поняла, что где-то за пределами пещеры разговаривают Алекс и Дэвид. Александр, наконец, пришел в себя! Сон тут же испарился, я вскочила на ноги, но остановилась посреди комнаты. Вот он, момент, которого я так давно ждала, но которого и больше всего боялась. Теперь, когда ему стало лучше, какими будут у нас отношения? Раньше было все просто: он больной - я сиделка, а теперь наши роли должны будут как-то измениться, но как именно?

И еще Дэвид. Мне совсем не хотелось, чтобы именно он стал свидетелем этого разговора, и потому я медлила, не решаясь выйти к ним из своего убежища. В памяти всплыл вчерашний вечер. Мы еще долго сидели с Дэвидом у огня камина, вырезанного в каменной стене пещеры, я рассказывала ему о своей жизни в Питере, а он говорил, что никогда не встречал такой безнадежной оптимистки. Нет, он не должен увидеть мою неуверенность по отношению к Алексу. Только не Дэвид!

Минуты бежали, и весь день притворяться спящей было невозможно. Надо решаться, и я сделала робкий шаг по направлению к выходу. Они сидели на пороге, и хотя я старалась ступать неслышно, оба тут же обернулись. Последовала пауза, каждый из нас ждал, что кто-то начнет разговор первым.

– Привет, - наконец почти шепотом произнесла я.

Лицо Дэвида было абсолютно непроницаемым, но на секунду мне показалось, что в уголках его глаз притаилась грусть.

– Саша, - воскликнул Алекс, - ты просто чудо! Не представляешь, как я благодарен тебе за все, что ты сделала! Посмотри, я снова здоров!

И он вскочил на ноги, сгреб меня в охапку и закружил над землей так, что я только успела испуганно взвизгнуть. Это было немного не похоже на Алекса, обычно он был более сдержан на эмоции. Но сегодняшнее утро было для него особенным, ведь он снова почувствовал вкус к жизни. Как долго мы ждали этого дня, и сейчас я была счастлива. Конечно, мы останемся вместе, как можно было в нем сомневаться?

– Да, ты снова здоров!
– засмеялась я.

Он осторожно поставил меня на землю. Конечно, выглядел Алекс пока не очень хорошо, за последние несколько месяцев он сильно похудел и осунулся, но все это поправимо. Главное, он снова был на ногах!

– Что со мной случилось?
– спросил Александр и нахмурился.
– Он сказал, что ты сама мне все объяснишь.

Я удивленно обернулась на Дэвида.

– У тебя это получится намного лучше. Видишь ли, из меня рассказчик неважный, - пояснил он с сарказмом.