Чтение онлайн

– Руби с тобой сражаться не хотела, так что если бы ты попробовал нам помешать, то драться с тобой пришлось бы только нам с Жоном, – добавила Нора. – А поскольку расклад был явно не в нашу пользу, то мы решили подождать того момента, когда нас окажется семеро. Ну, или целый десяток.

– Ладно, – произнес Кроу. – Наверное, это даже разумно. Так в чем именно заключается ваш план? Вы летите в Земли Гриммов, спасаете свою подругу, а потом что?.. Вы же просто не сможете после этого вернуться обратно и спокойно жить дальше.

Он кивнул в сторону ближайших людей.

– Вас видели. Готов поспорить, что ваши лица и имена будут известны всему Ремнанту уже завтра утром. Как только вы прилетите назад, вас попытаются отловить и где-нибудь запереть.

– Ага. Мы собирались всё это провернуть гораздо тише, – сказал Жон, заставив Вайсс с Руби насмешливо фыркнуть. – Но именно ты и не оставил нам никакого выбора, мистер Домогаюсь-до-всего-живого.

– Эй!

– Ладно, достаточно, – произнесла Янг, вставая между Жоном и Кроу. – Мы все понаделали немало ошибок, нас всех уже видели, и теперь нам всем нужно поторопиться. Если мы начнем еще и обвинять друг друга во всех грехах, то ничего хорошего из этого не выйдет.

Она улыбнулась, когда они оба смущенно уставились в землю.

– Дядя Кроу, я знаю, что ты верен Озпину и всё такое, но не мог бы ты нам немного помочь?..

Тот провел рукой по волосам, явно колеблясь.

– Ну, наверное… То есть всё это мне, разумеется, ни капельки не нравится, но Саммер никогда бы меня не простила, если бы я пошел против тебя и Руби. А вы свое решение уже явно приняли.

– Чем сейчас может заняться Озпин? – спросил у него Рен.

– Сложно сказать. Пусть я и был его наиболее доверенным агентом, но это вовсе не означает, что он рассказывал мне абсолютно всё. Озпин вполне может отправиться за Реликвиями, хотя я просто не представляю себе, как он заставит Рейвен открыть для него хранилище.

– Есть опасность того, что он попытается нам помешать?

– Сильно сомневаюсь в том, что Озпин будет стараться не дать вам добраться до Земель Гриммов. Тем более, что его здесь нет. Но зато он может создать вам немало проблем по возвращению, если у него вообще не получится сделать так, чтобы вы навсегда там остались. Как я уже говорил, люди вряд ли станут симпатизировать тем, кто сотрудничает с Гриммами, так что к нему могут и прислушаться. К слову, какая конечная цель у этой вашей задумки? Для чего конкретно всё затевалось?

Вайсс посмотрела на Жона. Тот сделал глубокий вдох и произнес:

– Ради мира во всем мире.

Кроу некоторое время ожидал более развернутого ответа, но когда его так и не последовало, устало вздохнул.

– Ну, похоже, вы не мелочитесь. Мир во всем мире, да? Это означает, что вам нужно примирить людей и Гриммов. Вы как полагаете, это вообще возможно? Нет, я сейчас вовсе не пытаюсь вас ни в чем убедить и ни от чего отговорить, а действительно интересуюсь вашим мнением на этот счет. Хотя бы чисто теоретически ваша задумка осуществима?

– Да, осуществима. Гриммы… Салем – как, впрочем, и почти любой другой член ее семьи – способна их создавать. Мы не зря считаемся королевским родом. Мы умеем их контролировать и при необходимости можем подчинить себе всех Гриммов Ремнанта. Если мирный договор окажется заключен, то они перестанут убивать людей. Ну, то есть прекратят на них охотиться, потому что самооборону никто отменять не будет.

– Хорошо. Итак, это возможно. Теперь осталось только убедить всех заключить мирный договор и ни в коем случае его не нарушать.

– Маму уже не особо волнует уничтожение человеческой цивилизации, – сказал Жон. – Я знаю, что это звучит довольно глупо, но она в последнее время стала куда мягче. Даже не припомню случая, когда мама всерьез собиралась кого-нибудь убить. Ну, и тот факт, что она замужем за человеком, тоже значительно на нее повлиял.

– Ага. Но я считаю, что основная проблема заключается совсем не в ней…

– А во всех остальных, – закончил за него уже успевший всё понять Сан. – Потому что у Гриммов следует убедить в нашей правоте лишь одну единственную правительницу, а вот у противоположной стороны – сотни и тысячи людей и фавнов. Им всем необходимо осознать и принять, что вся та информация, которая была им известна о мире, оказалась ошибочной.

– Что становится еще сложнее, если учесть историю существования института Охотников и то, чем наверняка займется в это время Озпин, – добавила Блейк.

– Кроме того, найдутся и те, кому не захочется ничего менять просто потому, что это сильно скажется на их финансовом положении, – произнесла Вайсс и, когда все посмотрели на нее, пояснила: – Я сейчас говорю вовсе не о ПКШ. Мы получаем гораздо больше прибыли от поставок Праха для энергоснабжения городов, чем от боевого его применения. И мне кажется, что отец обеими руками ухватится за возможность сократить издержки на охрану, если атаки Гриммов полностью прекратятся. Но подумайте об Академиях Охотников, оружейных корпорациях и вообще всех тех людях, которые потеряют работу, если Гриммы перестанут вести себя агрессивно. Вся нынешняя экономика может в один момент рухнуть.

– И всё равно это будет лучше, чем постоянные смерти, – возразила ей Руби.

– Я и не спорю с этим, но далеко не все окажутся с тобой согласны. Вспомни о том, насколько сложно убедить людей, что к фавнам следует относиться как к равным. А теперь представь себе, что их нужно уговорить точно так же поступать еще и с Гриммами, – пояснила Вайсс, посмотрев на задумавшихся друзей. – Я вовсе не утверждаю, что это невозможно, или что мы хотя бы не попытаемся так поступить. Я просто хочу, чтобы вы понимали, чего именно нам следует ожидать.

Это будет весьма непростой задачей. Кроме Озпина, существовал еще Айронвуд и множество других Охотников, а также те, у кого Гриммы убили кого-нибудь из близких. Они наверняка захотят отомстить Салем, даже если она согласится решить дело миром. Слишком уж многие посчитают, что та, кто, по их мнению, несла прямую ответственность за массовые убийства, просто пожелает таким образом избежать наказания.

То, что Гриммы не подпадали под человеческие законы, их ничуть не волновало. Если Салем могла думать и говорить, то, по их представлениям о справедливости, должна была ответить за свои преступления. Никого не будет интересовать тот факт, что чисто технически Охотники занимались тем же самым, пытаясь убить ее многие сотни лет.

– Я не отступлю перед трудностями, – покачал головой Жон. – Знаю, что шансы на успех крайне малы, но ничего не изменится, если даже не попытаться что-либо сделать. Озпин так и будет искать способ уничтожить мою маму, а она, в свою очередь, продолжит пытаться его убить. Все остальные люди и фавны – особенно мы с вами – в результате окажутся под перекрестным огнем. Не хочу выбирать между семьей и друзьями.

– Я иду с тобой, – сказала Руби. – Для меня неважно, какие там имеются шансы на успех. Я всё равно попробую это сделать.