Чтение онлайн

Часть меня, неизвестную, новую.

Никогда он не будет ни вторым и ни третьим.

Он помог мне поверить в себя, он заметил

То, что я и сама держала в секрете,

А теперь поделиться пробую.

Я – человек благодарный во всём.

Не забываю того, кто в мой дом,

В мою жизнь входит с миром, теплом и добром,

И плачу такой же монетой.

С Крутым, ни для кого не секрет,

Бог знает уже, сколько зим, сколько лет

Знакомы. Решили в какой-то момент

Связать песнями дружбу эту».

Ещё в «Факеле» (вспомним главу один)

Он был клавишник скромный, как Алладин.

Где он лампу нашел и какой служит джин

Ему верой и правдой поныне?

Это шутка, конечно! Не джин, а талант,

Безграничный, огромный. Хоть сам музыкант

Чаще тихий, спокойный, как твердь, как скала,

Лишенный всякой гордыни.

«В его музыке, как в океанских волнах,

Привлекает и мягкость, и ширь и размах».

И уносят с собой на волшебных челнах

Эти звуки в волшебную даль.

«Вообще этих Игорей спутать трудно».

Они так различны, как вечер и утро.

И сравнивать их, безусловно, не мудро.

Перевернём календарь.

«Есть мужество, доступное немногим,

Всё понимать и обо всём молчать».

Но сколько можно гениям под ноги

Бросать шипы, талант не замечать?!

Взирать с удобной колесницы,

Как ранят души на последнем вираже,

И изливать хвалу, когда десницы

Так гениально замерли уже. <Автор>

<Конец пятой главы>

Лето 2009 г. – 20 января 2010 г. – Июль 2010 г.

Глава шестая

В чём сила? В армиях стотысячных? Иль вот:

Завистников-друзей собранье тёмной ночью?

Сильнее всех на самом деле тот,

Кто борется без страха в одиночку. <Автор>

Не торопись гасить лучины тонкой,

Хоть пламя её станет колебаться,

Пока фонарь в ночи, сырой и звонкой,

Путь не укажет, чтоб в потёмках не остаться.

И не вычёркивай ты из своих речей

Всех старых и понятных выражений,

Пока ты не успел открыть ручей

Из новых слов и предложений.

Как Ибсен[16] прав! Надеюсь, он простил бы сам

Мою рифмовку вольную к его словам.

* * *

Как будто настежь окна отворила,

И начался другой «крутой период».

Удачно скаламбурив, говорила

Служителям бумаги и пера.

И, если б знала, за лихим порывом,

С каким подъёмом и с каким обрывом

Он будет проходить! Без перерывов.

Ни отдышаться, не переиграть.

Девяносто четвёртый началом порадовал:

Своими призами, своими наградами.

Наверно, прощенья просил заранее

За то, что потом случится…

Не знаю, была ль для неё сенсация

Такая премия, как «Овация»,

В самой престижной своей номинации —

«Лучшая поп-певица»?

Думаю, Ира уже ожидала.

Поскольку четырежды лучшей бывала

С тех пор, когда скромно переживала

За первую ту победу.

Итог хит-парада газеты «МК»

Всем год за годом показывал, как

Народа любовь к ней была велика —

Без какого-либо секрета.

* * *

Она щедро платила своей ценой.

Компакт-диск под названием «Суженый мой»

Выйти в свет не замедлил. Вырос стеной

Ряд новых, любимых песен.

Кто вечерами раз сто не включал

«Свечка, свечечка, свеча…»,

Одиноко опять выпив чай

В окруженье пустых, грустных кресел?

А «Бабника» разве не осуждали?

А «Младшего лейтенанта» искали?

И «Фотографию», конечно, ставили

«Среди игрушек, духов и помад».