Чтение онлайн

— Теперь буду я…

В конце коридора послышалось эхо шагов и спустя пару секунд, на гладком светлом полу показались несколько пар ботинок, а затем увидела их. Первый Горкан, один из ее конвоиров, Кастр и еще незнакомый. Ее они не видели, хотя она стаяла прямо перед ними и Ева еще раз смогла убедиться в предположении, что наверное она умерла… тело оставалось лежать в камере. Второй раз — уже многовато.

Горкан…Когда вот так шел, с высокомерно поднятым подбородком и с вселенским царственным презрением во взгляде, у нее возникла возможность хорошенько его рассмотреть. Видный, не удивительно, она так поняла, что из местной элиты. Странные, жутковатые глаза амарантового цвета, такого глубокого оттенка…Породистые черты надменного лица, короткая стрижка, красив, но по чужому — холодная, опасная красота…

Вошедшие остановились перед той массивной дверью, за которой лежало мертвое тело Надин. Горкан остался в коридоре, стоя теперь к ней в профиль, а остальные вошли внутрь. Одежда…Странная смесь современного покроя и аксессуаров как на картинах, изображающих средние века. С пластинами плотной кожи на груди, в сложной инкрустации, даже рукава, до запястий, защищены ею, металлические зажимы. Много кожи, много металлических приспособлений, позволяющих думать о занятиях Горкана… То, что этот «красавчик» с темно-бордовыми глазами здесь главный можно было без труда считать с более представительского вида. Через секунду вылетел Кастр, угрюмо буркнув Горкану, что не стоило так с ней. Тот скривился, и коротко кивнул в сторону выхода тем, что были внутри. Ева не видела происходящего в камере-одиночке, да и вниманием завладел Горкан, скользнувший взглядом по тому месту, где почти не шелохнувшись, стояла она.

И вот шагнул в ее сторону. Остановился в метре и, заложив руки за спину, встал перед тем существом в клетке. Молча рассматривал его, пока двое возились с ее неподвижным измученным заключением телом. Ева осторожно выглянула из-за высокой фигуры Горкана, наблюдая, как вытащили тело Надин, волоча по полу и потащили по коридору. Горкан развернувшись пошел за остальными. Стоять рядом с ним, ощущая волну угрозы и жестокости…власти и этот аромат жженой пряной травы…

— Стоит вернуться…

Ева обернулась в сторону темно-красного крылатого пленника.

— Зачем?

— Ты будешь жить, я буду жить…Будем летать, — оно горестно вздохнуло, заткнувшись в угол и сложив свои впечатляющие крылья, с обидой отвернулось.

Мужчины удалялись. Теперь она могла наблюдать широкую мощную спину Горкана — на ней также черная кожа с тиснением, хищная птица, с развернутыми крыльями, в нападении.

— Торопись… — эхо в голове, заставило вспомнить и оторваться от высокой фигуры, на себя, вернее тело Надин, что так бесцеремонно сейчас волокли по гладкому полу.

И Ева побежала. Сделав окончательный выбор — что ж, раз ей суждено побыть еще немного в этом безумии, лучше так, чем очнуться сейчас в палате психушки, среди таких же свихнувшихся.

Летающий хищник изображенный на коже все ближе, кажется это нечто похожее на сокола, открывшего клюв в немом крике, зажмурившись и проскочив тело Горкана, влетела в бледную, черноволосую жалкую и мертвую Надин…

Вместе с возвращением пришла и боль. Застонав, перевернулась на бок и услышала голос Кастра над собой.

— Сейчас перестанет болеть.

Не обманул лысоватый докторишка. После двух глотков сладковатой, оставляющей горечь на языке жидкости, нытье всех мышц, выкручивающее сухожилия прекратилось. Ева опять валялась в той комнате, что просидела несколько часов, прежде чем предстать перед кучей мужиков в большой зале…

— Выспалась? — Кастр чуть улыбнулся, когда она уставилась в его черные глаза. Угрозы от Кастра совсем не исходило — ни тогда, не сейчас и опасаться человека, по сути исполняющего здесь функции лекаря, было глупо.

— Да.

Нахмурившись, черные глаза переместились на ее лоб, разглядывая, нечто озадачившее Кастра в волосах.

— Очнулась? — чужое голос, раздавшийся откуда-то вне поля ее видимости заставил закрыть в панике глаза, притворяясь спящей.

— Да. Гор, посмотри сюда.

— Что это? Седина? Она же не старец…

Ева чуть не улыбнулась, слушая сопение Кастра, пытавшегося сообразить, что там с ее патлами. Неуверенно тот, предположил, чуть коснувшись пальцами ее лба.

— Я слышал в их мире это бывает от стресса…ну при различных заболеваниях.

Резкий голос Горкана задал вопрос, словно отрезал.

— Она больна?

— Нет, не думаю.

Чуть приоткрыв глаз, Ева наткнулась только на пряжку ремня Горкана. Гор…как назвал в более кратком варианте сейчас Кастр. Куртка с птицей на спине расстегнута, руки на бедрах. На среднем пальце левой руки сверкнул вишневым камнем перстень.

— Тогда приводи ее в рабочее состояние. Думаю на этот раз ерепениться не станет. Кхорку пора летать…

— Да, Гор. Может позвать Фелис?

Гор двинулся, его властный низкий голос звучал уже в отдалении.

— Зови. Можешь хоть мальчиков императора позвать, но приведи ее в чувство.

После того, как хлопнула дверь, Кастр сразу заговорил с ней, не сомневаясь, что Ева притворялась все это время.

— Прекращай. Все это прекращай. Встаешь, идешь к себе. Умывайся, оденься и мы тебе все объясним.

Она молча смотрела на него, прекрасно понимая, что истерики и прочее ей здесь не помогут. Так случилось…надо приспосабливаться.

— Хорошо. — Она села и вспомнив, как хмурился Кастр, разглядывая ее волосы, спросила, — что с моей головой.

Тот вместо ответа всучил в ее дрожащие руки зеркало. Отражение не очень радовало…или радовало. Розоватые белки воспаленных глаз, все также незнакомые карие глаза и шевелюра — что-то невообразимое. У корней, сантиметров десять длины, это белые и черные волосы вперемешку, как-будто ее тело запуталось, кто она блондинка или брюнетка.

Оглядывая безликое помещение, тяжко, даже обреченно вздохнула. Да, пора познакомиться с этим миром.

Кастр суетясь над столом продолжил успокоительную беседу.

— Ты не здесь будешь жить. Тебя переведут в другое место, к таким же как ты, где жила Надин…Поверь, тебе нужно принять эту реальность, — черные глаза уставились на нее, в одной его руке, с кучей пара пиала, в другой, что-то вроде длинного резного мундштука, — на, попробуй.

К губам поднес один конец трубки.

— Вдохни, станет легче.

Ева сделала осторожную затяжку белесоватого пара в пиале. В голове слегка прояснилось, но вместе с тем, возникла мысли о нехороших веществах. Наркотики? Отрицательно махнула головой, брезгливо скривившись.