Чтение онлайн

– Если они не сумеют все же эту проблему решить. Поставками извне.

– А вот это опять же, зависит от нас. На их операцию "Бернгард" - наш "Кирпич". Капиталисты всего мира категорически не прощают посягательств на их финансы - даже больше, чем на их собственную жизнь. При нашем успехе, немцам впредь хоть кто-то поверит?

– Так может и Лазарева все же не посылать? Мало ли что...

– Надо, Лаврентий. Во-первых, очень неплохо подстраховать и с другой стороны, чтобы немцы имели к англичанам такое же "доверие". Во-вторых, и эта партия, восемь тысяч тонн концентрата, не должна попасть на немецкие заводы. В-третьих, это будет для Лазарева хорошей разминкой и тренировкой перед "Полынью". Ну и в-четвертых, он сам заверил, что для его корабля пройти до Гибралтара и назад, это не проблема. Не геройствовать, а лишь тихо и незаметно прийти, сделать дело, и вернуться.

– Немецкий флот в Нарвике. И конвой PQ-21, который войдет в зону нашей ответственности уже через два дня.

– А что, флот? В прошлый раз не решились, судя по "героизму" их адмирала. Боятся "морского змея"? Так ведь даже если разглядят, что "большая подлодка" из Полярного ушла, никак не будут знать, что не к конвою. Считаю что риск оправдан. Субмарины ловить - так тут я считаю, Головко разбаловался, если К-25 утопила их уже за два десятка, то это не значит, что весь Северный флот должен сидеть в стороне. У него есть новая техника, вполне на мировом уровне - пусть использует! Не все же надеяться на потомков. Разведданными Лазарева обеспечили? Чтобы знал - кого?

– Так точно, товарищ Сталин. Все как положено.

– Значит, так тому и быть. Как решили. Поддержите меня завтра, на заседании ГКО. Лаврентий, это серьезно! Мне надо, чтобы товарищи не авторитету товарища Сталина слепо подчинялись, а интересам дела. Товарищ Сталин тоже может быть неправ - ошибся же я там, в мире "Рассвета", чем все обернулось? Война нам шанс дает, Партию очистить от грязи, от всяких случайных людей. Как настоящее дело - и видно сразу, кто не на своем месте сидит, кого вычищать. И кого на смену. Я тут хорошую книгу прочел, от наших потомков. "Молодая Гвардия", которую известный вам товарищ Фадеев написал в сорок шестом. Есть мнение, что не надо нам ждать, а дать товарищу Фадееву партийное поручение написать ее сейчас. Чтобы молодежь наша имела пример для подражания.

– Так, товарищ Сталин, вы же...

– Знаю, Лаврентий. "Мало того, что вы написали беспомощную книгу, вы написали еще идеологически вредную книгу. Вы изобразили молодогвардейцев чуть ли не махновцами. Но разве могла существовать и эффективно бороться с врагом на оккупированной территории организация без партийного руководства? Судя по вашей книге, могла". Это я ему там сказал, согласно предисловию? Так ведь товарищ правильно учел замечания, во втором издании, исправленном. Роль партии правильно показал. Поскольку без Партии все же - никак. Как там у Маяковского? Нельзя такую силу, такой рычаг отбрасывать. Чем заменить? Новую Партию создать? Так было уже, вернее будет: в Китае сначала Сунь-Ят-Сен гоминьдан создал, как антиимпериалистическую Партию, время прошло, разложились, обуржуазились, товарищ Мао КПК создал, через тридцать лет снова, и доколе так? Так что лучше этой, нашей Партии устроить чистку, чем подрывать ее авторитет у масс. А комсомол, это те кто придет в Партию нам на смену. Так что пусть Фадеев напишет.

– Так ведь, товарищ Сталин... У нас молодогвардейцы - живые. Мы же Краснодон освободили тридцатого декабря, а не в феврале.

– Ай, маймуно-веришвило, неужели память теряю, должен был понять! Ну и где они все сейчас?

– Как положено. Кому срок подошел, в армию. Прочих же, по домам.

– Ну, Лаврентий, полагаю что все они у тебя на учете, кто, где? Даже те, кто в строю?

– Так полк запасной, в Ворошиловграде, там рядом. Держал на всякий случай, как свидетелей. На случай, если они Фадееву понадобятся.

– Не только Фадееву. Дай-ка еще память свою проверю - из тех же комментариев, "роман не может считаться исторически достоверным, так как описанные события, действующие лица, их характеры, героические поступки -- далеко не всё соответствовало истинным фактам. Так, в октябре 1942 года Виктор Третьякевич объединил подпольные молодежные группы, которые, по воспоминаниям современников, назывались "Звезда", "Серп", "Молот" и т. п., в "Молодую гвардию". А значит, именно он, а не Олег Кошевой, был командиром подпольной организации". Не было в жизни предателя Стаховича, а был Третьякевич, которого гестаповский следователь, нам в плен попавший, оговорил. Но если так, то кто же тогда там их предал?

– Следствие провести?

– Ну это будет слишком, Лаврентий. Герои, и в большинстве своем честно за Родину, и их, из-за одной паршивой овцы... Вот только награждать их всех, тогда действительно не будем, сейчас. Даже если просто кто-то не засланный, а слабым оказался, пыток не выдержал - все равно. Подумай, ведь там после их именами улицы называли, и корабли. И у нас, надеюсь, так же будет - вот только если кто-то недостойным окажется, что станет с авторитетом? Потому так решим: пусть пока роман им, единственной наградой. Не после войны написанный, а сейчас. А их в армию, не усидят ведь такие ребята в тылу. И по заслугам и наградим, и за подвиги фронтовые, и за это. Честно погибших - посмертно, и чтобы никого не забыть! Но это после того, как с ними Фадеев побеседует. Вот только в "Рассвет" его не посвящать! Просто дать партийное поручение - и тот его текст предоставить, без последних глав, как будто бы дневник одного из молодогвардейцев, кто у них погиб, были ведь потери? Или записи уже после, по памяти, одного из товарищей, придумайте кого.

– Так ведь он все равно свою руку узнает.

– И что с того? Ведь все равно не решит, что это он сам? Разве не бывает похожих писателей?

– Другой совсем роман выйдет.

– И пусть! Автор тот же, и значит, будет не хуже. Думаю, что легче писать по горячим следам, и рассказам живых еще своих героев. Ну а мы оценим, что товарищ Фадеев напишет в этот раз. И художественность его, и линию партии.

Семь месяцев назад мы шли примерно в этих же водах. Только курс у нас был - противоположный. Заброшенные в это время, мы шли к берегам СССР, еще не зная, как нас там встретят. Не сомневаясь лишь в одном: на чьей стороне воевать. Может, мы чужие в этом мире - и даже если бы сталинский СССР был таким, как его рисуют господа демократы - но все равно, не остаться в стороне, а нанести фашистам максимальный вред, было бы добрым делом при любом раскладе. Просто потому, что это была война НАШИХ дедов и прадедов. Борьба за жизнь и смерть нашего народа - а не игра белых и черных за некий приз.

Мы принесли присягу СССР. То есть обещание защищать Родину от любого врага, потому что кто тогда, если не мы? Нас приняли в свои ряды, оказали доверие. А Иосиф Виссарионович Сталин, с которым я говорил, оказался совсем не таким, как его рисуют всякие там дети с Арбата. Так же как я - командир этого корабля, Сталин - Вождь, то есть командир всей страны. И смею утверждать, далеко не самый худший командир.

Идем на глубине двести, курсом на юг. Наверху шторм, и полярная ночь. И война - пока самая страшная за всю историю, надеюсь здесь и там в реальности покинутой нами, не будет Третьей мировой? Где-то здесь немцы растерзали "семнадцатый" конвой, ну что стоило силе, которая нас бросила сюда, сделать это на несколько дней раньше? Мы не спасли бы конвой от авиации - но уж субмаринам устроили бы бойню. Как в битве с "Шеером", где мы потопили их одиннадцать штук. При том, что во всей Арктической флотилии у фюрера их числилось двадцать четыре.