Белая Тьма: Орден
Шрифт:
– Спасибо, – Диана невольно улыбнулась.
«Какой милый мужчина, – подумала она, – Не то, что его отец».
Стоило ей вспомнить Осириса, как перед ее взором предстала его спина. Несмотря на то, что царь вампиров не был повернут к ней лицом, Диана сразу же его узнала. Манера Осириса держаться словно каменное изваяние не позволяла его ни с кем спутать. Царь вампиров повернулся, и их взгляды встретились, он в доли секунды оценил ситуацию и медленно подошел.
– У вас очень милый и красивый сын, – сказала Диана, видя, что Осирис не спешит начать разговор.
– Благодарю, – последовал сухой ответ.
Нантэп и Горотэт учтиво отошли в сторону.
– Ну что, ты добилась того, чего хотела? – тут же сыронизировал Осирис.
– Кирилл жив, и это самое главное, – машинально ответила Диана.
– Жив, это точно, – на губах царя вампиров появилась усмешка.
Диана проследила за его взглядом и увидела, как Кирилл провел подушечкой пальца по губам все той же девушки в пестром платье. Щеки Дианы запекло от боли и унижения, а еще этот надменный полный насмешки взгляд Осириса, который она была больше не в силах выносить.
– Простите, – пробормотала Диана себе под нос и поспешила уйти от царя вампиров.
Оказавшись на террасе, она в бессилии облокотилась на колонну. Больше всего на свете ей хотелось расплакаться, но именно этого нельзя было себе позволить. Диана остро ощутила свое одиночество в этом прекрасном чужом месте, полном врагов. Она здесь находилась из-за любви к Кириллу, все ее решения были приняты только ради этой любви, и теперь ее нет.
«Я действительно позор всех Белых ведьм. Жалкая униженная предательница, достойная лишь насмешек, – крутилось у нее в голове, но другой голос настойчиво твердил ей обратное, – Ты не позволишь себя унижать, ты не позволишь злу победить, ты не проиграешь душу Кирилла. Борись!»
Диана встряхнула головой, прогоняя прочь все сомнения и слабость. Она будет бороться!
Приметив в другом конце террасы Шарля, Диана направилась к нему. Он стоял немного в стороне от пирующих гостей, как и полагалось слуге и, конечно же, наблюдал за своей царицей.
– Здравствуй, Шарль, – тепло улыбнулась она.
Он поклонился, а затем с такой щемящей нежностью посмотрел на Диану, что ей захотелось прильнуть к его широкой груди и расплакаться.
Она быстро заморгала, прогоняя слезы, начинающие щипать глаза, и заговорила без пауз и остановок:
– Сегодня прекрасный вечер, Игорь вернулся живым и невредимым, и это радует, надеюсь, Кирилл его больше не отошлет.
– Вы должны быть очень осторожны, госпожа. Прошу вас, не идите на конфликт с Хозяином.
– Какие конфликты? Что ты, Шарль, – в ее кругозор снова попал Кирилл все с той же наглой девицей в обнимку.
Диана звонко рассмеялась, от чего Шарль даже немного вздрогнул.
– У нас с тобой очень много дел, – кокетливо сказала она ему, затем жестом показала, чтобы он наклонился ниже.
Шарль склонился к царице, ее волосы касались его подбородка, она посмотрела в его полные эмоций глаза и зашептала чуть ли ему не в губы:
– Не знаю, что мне делать с оберегами, может, тебе известен способ, как их усилить?
Шарль растерялся, он не мог понять странного поведения царицы и ее фраз, не имеющих между собой никакой связи. Смех Дианы прервала острая боль, пронзившая руку; Кирилл с силой вцепился в ее плечо.
– Как ты посмела? – буквально прошипел он в ярости.
Музыка смолкла, и все присутствующие обратили свои взоры на царя и царицу.
– О чем ты? – как можно спокойнее и равнодушнее проговорила Диана, пытаясь скрыть, что ей невыносимо больно.
– Шлюха! – зарычал ей в лицо Хозяин и отшвырнул в сторону.
Она не удержала равновесия и упала на холодный мраморный пол террасы. Все придворные одновременно ахнули.
Подобное унижение было верхом терпения Дианы. Еще никогда в жизни она так не злилась, все внутри нее заклокотало, а где-то в груди нарастала такая неудержимая мощь, что было невозможно ей сопротивляться. Встав с пола, Диана гордо выпрямилась и откинула, со сверкающих диким огнем глаз, прядь волос.
– Я Троянская ведьма! – эхом прокатился по залу ее напряженный звенящий голос, – Я служу Богу! И ни один демон не смеет так со мной обращаться!
В ней больше не осталось ни страха, ни слабости, ни сожаления. Кирилл и все остальные увидели, как засветились зеленым огнем глаза воительницы Света. В следующую секунду Диана выбросила вперед правую руку, и из ее ладони вырвался поток пламени в сторону молодого Хозяина.
Чье-то дикое визжание выдернуло Диану из лап гнева, она увидела, как ее муж, объятый пламенем, пытается защитить свое лицо.
– Кирилл! – закричала она и бросилась к нему.
Но огонь уже затих, и Диана заметила, как быстро начали затягиваться ожоги на его пострадавшей коже.
– Кирилл! – Диана начала покрывать поцелуями его лицо, – Прости меня, прости! Я даже не знала, что умею выпускать пламя! О, Господи, если бы с тобой что-нибудь случилось, что бы я делала?
Поток ее слов резко прервался, Рик так сильно сдавил ей шею, что в глазах потемнело. Пульсирующая боль застучала в висках, но затем его пальцы ослабили хватку. По удивленным глазам мужа Диана поняла, что ладонь разжимается не с его согласия.
Глаза молодого Хозяина забегали по толпе в поисках наглеца. От ошарашенной группы придворных отделился сначала Самюэль, а затем и остальные члены Темного совета.
– Простите, Ваше Величество, но вы не можете убить царицу без веских на то причин, – учтиво проговорил Самюэль, поклонившись царю.
– Да как ты смеешь мне указывать?! – вскипел Рик.
– Простите, я бы никогда не осмелился, но такова воля вашего отца! А вы знаете законы.
– Мой отец мертв! А эта дрянь посмела на меня напасть. Не думаю, что отцу нужна ее жизнь.
– Нужна, ведь пламя, поразившее Вас, было проявлением его воли.
– Что?! – одновременно воскликнули Диана с Кириллом.
– Через Ваш общий энергетический канал царица вобрала в себя силу Люцифера и излила ее на Вас. Этого бы не произошло без согласия нашего Господина.
Рик пристально посмотрел на Диану, она прочла в его взгляде неудержимую жажду мести, ненависть в чистом виде. Затем он медленно повернулся к Шарлю, все ее существо сжалось от предчувствия чего-то ужасного.
– Отправляйся в ад! – зло прочеканил Кирилл и выпустил в Шарля поток огня.