Чтение онлайн

А жаль. Церемония их венчания состоится только ночью, и неужели не поддающийся контролю тремор будет преследовать ее все это время? Пытаясь как-то себя успокоить, она отправилась в ванную, горячий душ, вот что ее согреет и приведет мысли в порядок. Откинувшись на спинку ванны, она наблюдала за струящейся из крана водой.

"Все будет хорошо! – повторяла Диана. – Вот теперь все действительно наладится. Больше ничто не помешает нам быть вместе. Надо только пережить "черную свадьбу".

Именно так она окрестила событие, ожидающее ее впереди. Диана налила на губку душистый гель и стала массировать тело:

"А это и вправду успокаивает, вот этим я сегодня и займусь, буду весь день приводить себя в порядок".

Она намылила шампунем голову, нанесла на лицо маску и взяла в руки пемзу. Неизвестно сколько именно времени провела Диана, барахтаясь в воде, до того момента, как ее потревожил стук в дверь и мамин голос:

– Ты что так долго?! Опять в облаках витаешь?

– Нет, по подземелью бегаю, – буркнула себе под нос Диана и произнесла чуть громче. – Я мою голову, еще чуть-чуть!

– Давай быстрее, умыться надо! – снова прокричала мама.

Диана с недовольной миной закрутила кран и выдернула из ванны затычку. Обтершись полотенцем, она нанесла на волосы гель и расчесала свои кудри гребнем с редкими зубчиками, затем надела спортивный костюм и, в сотый раз улыбнувшись своему отражению, вышла.

За завтраком она тарахтела без умолку. Во-первых, это был хороший способ отвлечься, а, во-вторых, ей все равно не хотелось есть. Нервы, нервы! А потом все спрашивают, почему она такая худая? Все очень просто, – в отличие от тех, кто в стрессовых ситуациях объедается сладостями, Диана голодает. А стрессовых ситуаций в ее жизни было очень много, особенно в последнее время.

После завтрака мама запланировала уборку, в принципе, это была стандартная процедура по субботам, которая ужасно раздражала Диану, но сегодня пылесос и полироль не показались ей зловещим проклятием. С патологическим упорством она натирала зеркала, пытаясь, видимо, проделать в них дырку. От материнского взгляда не ускользнуло необычное поведение дочери:

– Что с тобой? Ты какая-то сегодня взвинченная.

– Да ничего особенного, просто с Ленкой сцепились, она меня так рано и разбудила.

– Ясно. А я подумала, что ты со своим мальчиком поссорилась.

– С Кириллом? Нет, он тут не причем, – Диана попыталась сделать безразличный голос.

– А вы еще с ним дружите? – не унималась мама.

Похоже, у нее было настроение поболтать по душам, но Диана прекрасно понимала, когда это настроение закончится, все сказанное сейчас будет обращено против нее.

– Дружим.

– Как-то ты без энтузиазма сказала. Надоел уже или, может, обидел?

– Нет, не обидел, просто Кирилл и Кирилл, меня сейчас больше волнует Лена, – солгала Диана.

Ее так и подмывало поделиться своим счастьем, рассказать, как любит она, как любят ее, но это было невозможно, причем как с магической стороны, так и с человеческой. Поэтому надо стиснуть зубы и врать, а лучше вообще инсценировать в ближайшем будущем разрыв отношений, чтобы мама и думать забыла, что у дочери есть парень.

Марина Александровна поняла, что Диана не настроена на откровенные беседы и не собирается раскрывать тайны своего сердца.

– Ой, прямо секреты все время от матери! – прицокнула она и вышла из комнаты.

Диана вздохнула с облегчением и продолжила истязать зеркало.

Завершающим штрихом уборки были полы, она уже помыла все спальни, остались только коридор и кухня. Диана решила сменить в ведре воду и отправилась в ванную. Ополаскивая под струей воды половую тряпку, она напевала себе под нос мелодию, когда в натертых ей до блеска ручках крана отразился огонь. Затем последовал легкий треск, посвистывание и страх, охвативший все тело. Диана резко повернулась, и ее зрачки моментально расширились от ужаса, это был не Кирилл, а совсем другой парень, его зеленючие глаза поблескивали, как у кота.

Он увидел, что она собирается закричать и пришикивая, поднял вверх руки, тем самым давая понять, что не собирается причинить ей вред. Но было поздно, мозг Дианы уже отдал команду "паника". Она заверещала, что есть сил и швырнула в незнакомца ведро, тот в шоке уставился на свою некогда белоснежную рубашку, по ней стекали грязные струйки воды. Парень хотел что-то сказать, но из коридора послышался женский голос и быстрые шаги по направлению в ванную. Недовольно вздохнув, он исчез.

Марина Александровна прибежала прямо с занавеской, которую собиралась повесить.

– Что?! Что случилось?! – испуганно спросила она у дочери.

– Я-я-я… тут бегал таракан, – заикаясь, ответила та.

– О, Господи! Я подумала, на тебя зеркало рухнуло.

– Но он был огромный и черный! – добавила дочь.

– Тьфу, на тебя! – мама покачала головой и отправилась обратно к гардинам.

А Диана, ошеломленная до глубины души, зашла к себе в комнату и уселась на кровать.

"Надо срочно поставить в известность Кирилла", – подумала она и уже собиралась ему позвонить, но в огненном пламени снова возник уже известный ей демон. Диана отскочила в угол и, схватив с подоконника горшок с цветком, угрожающе его подняла.

– Да ладно, – произнес парень. – Я только переоделся.

Она подозрительно посмотрела на него и решила, что все-таки нужно поставить в известность Кирилла. Диана открыла рот, но демон тут же покачал головой:

– Давай, можешь кричать, но предупреждаю, я вставил беруши и создал вокруг комнаты звуконепроницаемый колпак.

– Кто ты такой?! – возмутилась она.

– Я брат Рика.

Диана снова подозрительно посмотрела на жгучего брюнета, пытаясь найти хоть какое-то сходство со своим любимым.

– Рика значит? – переспросила Диана, не найдя никакого внешнего доказательства родства.

Но парень, видимо, неправильно расценил ее вопрос, так как, состроив гримасу, иронично ответил.

– Да, да, Громов Кирилл, твой одноклассник, помнишь такого? Ты еще за него сегодня замуж выходишь. Ну, ну, вспоминай, это несложно, – кривлялся он.

– Я прекрасно знаю за кого выхожу замуж, – обрезала Диана, ее откровенно взбесили насмешки незнакомца. – Но не думаешь ли ты, что я поверю словам какого-то демона? – она с подчеркнутым презрением произнесла слово "какого-то", стараясь задеть самолюбие этого наглеца.