Чтение онлайн

Я встала и пошла к своей куртке за слезой баньши. Эдден ее украл из хранилища вещдоков, хватит ли этого? Вытащив слезу из кармана, я поразилась, увидев, что она потеряла прозрачность и стала черной.

— Bay, — сказала я шепотом и подняла голову, услышав в коридоре голос Форда. Я мгновенно взглянула на часы. Шесть? Черт, я забыла, что он сегодня приходит. Нет у меня сейчас настроения на его хиромантию, тем более если она действует.

Форд вошел с усталой улыбкой, оставляя на полу мокрые следы и пласты налипшего снега. Следом за ним с типично кошачьим любопытством шла Рекс, принюхиваясь к перемешанной с солью талой воде, а вокруг вихрем шелка и пыльцы вились Дженксовы детишки, непрестанно треща на лету. Форд морщился от боли — от этих пикси у него явно начиналась перегрузка.

— Привет, Рэйчел, — сказал он, снимая пальто так порывисто, что половина пикси отлетела прочь — впрочем, они вернулись в ту же секунду. — Что это у тебя вышло с охраной в аэропорту?

Я мрачно глянула на Дженкса, он пожал плечами. Жестом предложив Форду сесть, я бросила демонскую книжку на стопку других, принесенных с колокольни, и вытерла руки о джинсы.

— Еще немного, и я бы их обвинила в преследовании, — сказала я, не зная, каким боком сюда вписывается мой братец, но уверенная, что дело было во мне, а не в нем. — Ой, погляди сюда. Что думаешь? Эдден дал мне ее утром, и она была прозрачная.

Форд занял любимое место Айви и протянул руку, одновременно мотая головой в ответ на вопрос троих девчушек-пикси, не заплести ли ему косички. Я шикнула на них, обходя стол, и девчонки упорхнули на окно — принять участие в споре из-за семечка.

— Тинкины тампоны! — завопил Дженкс, увидев слезу на ладони Форда. — Что ты с ней сделала, Рейч?

— Ничего.

Ну, она хотя бы не кажется мохнатой и не оживает под пальцами. Форд поднял слезу к искусственному свету и прищурился. Ссора у мойки начала распространяться на всю кухню, и я выразительно глянула на Дженкса. Но пикси застрял рядом с Фордом, завороженный черными переливами в сером кристалле.

— Эдден дал мне ее, чтобы я сделала амулет-локатор, — сказала я. — Но выглядела она по-другому. Наверное, набралась эмоций в аэропорту, когда нас доставали копы.

Форд посмотрел на меня поверх слезы.

— Ты разозлилась?

— Ну, немного. Скорей раздосадована была.

Ссора вышла на режущий глаза уровень, и Дженкс метнулся к окну.

— Раздосадована, ха. Она была точно прыщ на заднице у принцессы фейри — красная и готовая лопнуть, — бросил он и переключился на детей, заговорив так быстро, что слов не разобрать. И тут же пиксенята затихли, будто воды в рот набрали.

— Да ну тебя, Дженкс! — воскликнула я, краснея. — Не настолько уж я из себя вышла.

Форд повертел слезу в пальцах:

— Она скорее всего не только твои эмоции собирала, а все подряд. — Поколебавшись, он добавил: — Эта слеза… Твои эмоции она стерла?

Видя его надежду, я покачала головой. Он думал, что это мог быть выход для него — способ приглушить эмоции.

— Нет, — сказала я. — К сожалению.

Облокотившись на стол, Форд вернул мне слезу, старательно скрывая разочарование.

— Ну ладно, — сказал он, удобней усаживаясь в кресле Айви и поднимая на колени Рекс. — Я здесь на работе. Где тебе будет спокойней?

— А может, мы просто кофе выпьем? — предложила я, засовывая слезу обратно в карман куртки за неимением лучшего. — Не хочется мне вспоминать убийство Кистена.

Глупая кошка не дает мне даже пальцем ее потрогать, зато абсолютно незнакомому мужчине прямо в нос лезет целоваться.

Темные глаза Форда глянули на выключенную кофеварку.

— А кому хочется? — тихо сказал он.

— Форд… — взмолилась я, но тут завопил кто-то из детишек-пикси. Форд вздрогнул и слегка побелел. Я с досадой глянула на Дженкса.

— Дженкс, ты бы не убрал отсюда детей? У меня уже от них голова разболелась.

— Семечко забирает Джумок, — безапелляционно сказал Дженкс, пресекая вал протестов резким скрежетом крыльев. — Я предупреждал, что вам не понравится. — Теперь убирайтесь, а ты, Джумок, спроси у матери, где она хранит семена. Там оно спокойно долежит до весны.

А кроме того, в этом случае после смерти Маталины останется кто-то, кто будет знать, где она прячет драгоценный запас семян. Продолжительность жизни у пикси такая, что плакать хочется.

— Спасибо, папа! — крикнул осчастливленный пиксеныш и упорхнул. Прочие полетели следом веселым балаганом шума и красок.

Облегченно вздохнув, я обошла стол и села на свое место. Форду сразу стало получше. Рекс убежала вслед за пикси, и он сел поудобнее. Дженкс слетел и встал перед ним на стол, в лучшем виде изобразив Питера Пена — руки в боки.

— Прошу прощения, — сказал он. — Они не вернутся.

Форд опять покосился на кофеварку.

— Один остался.

Я придвинула демонские книги к стопке обычных университетских учебников, расчищая место.

— Мелкий нахал, — пробормотала я, вставая сварить Форду кофе.

Дженкс нахмурился и резко свистнул. Улыбаясь, я ждала, пока объявится решивший нас подслушать пиксенок, но никто не показывался. Может быть, мне удастся протянуть время, и на том все и кончится. Может, о Дженксе поговорить?

— Спасибо, Рэйчел, — выдохнул Форд. — Кофеин мне пойдет на пользу. Кофе нормальный, да?

Налив чашку, я поставила ее в микроволновку и нажала «подогрев».

— Кофе без кофеина входит в разряд жестоких и необычных наказаний.

Дженкс жужжал по кухне взбесившимся светляком, просыпая искры искусственными солнечными лучиками.

— Не могу найти, — проворчал он. — Старею, наверное. Ты точно знаешь?

Форд наклонил голову набок и прислушался.

— Угу. Разумная личность.

Дженкс разулыбался, услышав такое определение от психолога. Мало кто считает пикси личностью.

— Пойду пересчитаю всех по головам. Вернусь в минуту. Он улетучился, а я открыла микроволновку. От чашки шел пар. Подавая кофе Форду, я наклонилась пониже и прошептала:

— Мы не можем пойти погулять и поговорить не обо мне, а о Дженксе?

— Зачем? — спросил Форд, будто зная, что я пытаюсь увильнуть. — У него эмоции ровные. Это твои прыгают, как заяц на сковородке.

Нахмурившись от такого сравнения, я села на свое место и подтянула к себе остывший кофе.

— Я о Маталине, — тихонько сказала я, надеясь, что спрятавшийся пиксенок нас не услышит, а особенно — что не услышит Дженкс.

Форд поставил чашку на стол, но не выпустил из пальцев, радуясь ее теплу.