Чтение онлайн

— Привет, Рэйчел, — сказал он, протягивая руку, которую я пожала. — Чего ты так задержалась?

— Была у матери, — ответила я.

Копы за его спиной стали на наш счет перешептываться, а Эдден понимающе приподнял бровь:

— Ни слова больше, — сказал он, потом замолчал, когда мимо нас прошел прихрамывающий вервольф с жутким порезом на предплечье.

— Их надо держать раздельно, — пробормотала Айви и повернулась к нам, прищурившись. — Вы и правда думаете, что оставить тех двух с людьми — хорошее решение?

Эдден положил массивную руку мне на плечо, отвернулся вместе со мной и медленно зашагал к группе фэвэбэшников возле детских машинок.

— Там у меня трое в штатском. Мы выводим оттуда народ по одному. Тихо и без шума.

Я кивнула, увидев теперь там копов. Но Айви он совершенно не убедил. Она демонстративно вздохнула, и Эдден поднял руку:

— Мы ждем работников социальной службы, чтобы взяли девочку под опеку, — объяснил он. — Не хочу, чтобы обвинение развалилось из-за игры на чувствах присяжных, если дело дойдет до суда.

Он говорил мрачно, и я вспомнила, что именно эти двое уложили его сына в больницу.

— Это прекрасно, — сказала Айви, не сводя глаз с этой группы, — но я не думаю, что можно будет еще ждать.

Дженкс пустил желтое облачко пыльцы, а мы с Эдденом обернулись. Римус смотрел из-под насупленных бровей, как еще двоих прохожих уводили прочь «для допроса». Голос у него стал громкий, почти гулкий, Холли заревела всерьез, и Миа взяла ее на руки, прижала к себе. Она явно была раздражена.

— Эдден, надо что-то делать, — сказала я, готовая сама туда броситься.

Приехала уже служба опеки или нет, но Римус вывел из строя опытного агента ФВБ. Мне не нравилось, что вокруг него стоят ни о чем не подозревающие гражданские. И если я поняла, кто там полисмен в штатском, то и Римус поймет. Он — дитя системы, ею взращенный и ставший смертоносным. Как волк, выращенный в неволе, из опасного он стал опасным вдвойне.

Эдден глянул в сторону троих сотрудников, находящихся среди людей, нахмурился и со значением кивнул. Тут же женщина-полицейский встала между Римусом и оставшимися еще людьми, а двое здоровых ребят в одинаковых пальто двинулись к Римусу: один — отсекая его от жены и ребенка, другой — вытаскивая наручники. Слишком поспешно, и Римус отреагировал.

С криком он выбросил кулак вперед, чуть не попав в агента поменьше — тот отшатнулся, Римус бросился следом, изо всей силы ударил локтем по голове, схватил оглушенного за руку и вывернул ее за спину, свалив противника на пол. Наступил коленом ему на плечо, дернул — раздался хруст хряща, упавший заорал от боли. Похоже, Римус вывихнул ему плечо. Дженкс взлетел и бросился туда, Айви прыгнула за ним — и вдруг я осталась одна.

— Дженкс, назад! — крикнула я. Сердце застучало, когда я представила себе, как лапа Римуса врезается в малыша пикси — но Дженкс остановился, два фута не долетев, и Айви уперлась двумя ногами, тормозя. Завизжали тонкие от страха голоса, и все до одного вампиры в зале обернулись туда с почерневшими глазами.

Римус взял заложника. Одной рукой он вытащил у поверженного агента пистолет и встал, не отпуская руку копа и ногой наступив ему на плечо. Блин, и какого черта я опять на это согласилась?

Миа и ребенок были в железных руках агентши, и она их медленно оттаскивала назад. Миа могла всех убить в мгновенье ока, но на лице ее была написана только досада. Третий агент гнал прочь оставшихся людей. Громко щелкнули шесть снятых предохранителей, и Эдден крикнул:

— Брось, Римус! Отпусти его и ложись на пол! Лицом вниз!

— Не подходить! — заорал Римус, и оставшиеся люди и внутриземельцы бросились в укрытие кто куда. — Отпустите мою жену, а то я его убью! Я ему руку сломал, блин, и если сейчас все не отойдут, пристрелю к чертям!

Айви стояла между мной и Римусом, широко расставив ноги, вытянув руки успокаивающим жестом. Она вся напряглась, но расстояние было около десяти футов: слишком далеко, чтобы она легко могла его схватить, но зато достаточно далеко, чтобы уклониться от пуль, разве что очень уж точно направленных. Дженкс смылся куда-то под потолок, но я готова была ручаться, что он может запорошить кому-нибудь глаза за полсекунды, если захочет. Эдден и остальные фэвэбэшники замерли, не желая провоцировать Римуса на дальнейшие действия, но реальной угрозой здесь была Миа. С той стороны зала с тревогой наблюдали за событиями чины из ОВ, не желая вступать в действие. Пока Миа ловит людей по темным переулкам, на это можно закрывать глаза ради общего спокойствия. Убийство агентов ФВБ прямо в молле заставит их реагировать, а ни одна сторона войны не хотела.

Миа открыла рот, светлые глаза сощурились в гневе. Холли жалобно и громко плакала, и баньши с оскорбленным видом вырвалась из рук державшей ее женщины. Наверху за ворогами толпился народ, стараясь разглядеть сцену получше, и каждый считал, что он в безопасности. Место ушедших людей и внутриземельцев занял сквозняк.

— Назад, я сказал! — рявкнул Римус, глядя на перешептывающуюся на втором этаже публику. — Отпустите мою жену, не трогайте моего ребенка! Обоих отпустите! — Дикими выкаченными глазами он поглядел в сторону выхода. — И машину! Машину чтоб мне!

Эдден покачал головой:

— Римус, мы тебя отсюда выпустить не можем. Положи пистолет на пол и ложись сам, руки за голову. Обещаю, что никто ни твою жену, ни твоего ребенка не тронет.

Римус, если судить по виду, был не в себе. У прижатого к земле агента по лицу тек пот, он тяжело дышал, скривившись, и ругал себя, небось, на чем свет стоит, что дал Римусу завладеть своим пистолетом. Сотрудники ОВ пододвинулись ближе. Айви не шевельнулась, но я видела, как она напряглась. И Миа тоже увидела.

— Прекрати! — заверещала она, осторожно спуская девочку на пол. Ребенок встал на ножки, обхватив ногу матери, глядел большими глазами, наконец замолчав. — Прекрати, Римус, — сказала женщина тихим и красивым голосом со странным акцентом. — Этим ты мне не поможешь, и Холли не поможешь. Слушай, что я тебе говорю: Холли будет плохо! Ей нужен живой отец, а не воспоминания о мертвом. Ей нужен ты!

Он отвел взгляд от верхних этажей, посмотрел на жену. Лицо его было искажено горем.

— Они тебя у меня заберут! — сказал он молящим тоном. — Миа, я могу нас отсюда вывести. Могу тебя защитить!

— Нет.

Миа двинулась к Римусу, и Айви ее перехватила, взяв мягкой, но неразрываемой хваткой, не дав дойти шести футов. Холли неуверенными шажками подошла, ухватилась за мамину ногу. Сотрудники ОВ напряженно наблюдали за этой сценой.

Опустив руку на белую головку дочери, Миа посмотрела на Айви насмешливо, потом обернулась к Римусу.

— Любимый, — начала она хорошо поставленным, убедительным голосом, — все будет хорошо. — Переведя взгляд на Айви, она еще более убедительно сказала: — Отпустите меня. Я смогу его успокоить. Иначе он убьет этого агента — вы и шевельнуться не успеете — а я потеряю единственного мужчину, которого могу любить. Вы знаете, что он для меня значит. Отпустите.