Чтение онлайн

Кстати, шимпанзе сделали стрижку под афро, и теперь обезьяна в очках, одетая в белую льняную рубаху и штаны, несущая на плече посох со стеклянным набалдашником, выглядит как отбитый хулиган, а совсем не как мудрец.

••••••••

– Эй, парни, а вы не потерялись?

Этот крик, прервал шествие узколобого неандертальца. Но, неандертальца вывел из замешательства рыжий кроманьонец, который догнал своего друга, уже на полпути к границе диких земель.

– Блять, я тебе говорил, что это плохая идея переться, до самой ночи по этой степи.

– Я точно уверен, что последний раз их видели здесь, давай спросим у того путника дорогу, он выглядит вполне цивилизовано. Может он знает, где остановилась белая волчица и солнцеглазый сокол.

Путник, как будто слышал их шёпот с расстояния ста метров.

– Я знаю, где волчица, но соколов там нет. Она вроде не против, узнать у вас какого хрена вам от неё нужно среди ночи. Так что, идите за мной.

Узколобый, ломанулся за прохожим бродягой, удаляющимся в свете вечернего солнца.

– Ты, блять, с ума сошёл? Хочешь, быть завтра проданным на стол этому бродяге?

– Нет, он не охотник на дикарей. Ты этого не видел? У него что-то на лице, оно закрывает глаза! Я думаю, мы нашли того кого нужно. Эй, парни, утихомирьте рыжего, а то он сделает глупость.

Два друга кроманьонца с улыбками успокоили буйного рыжего. Дружеским похлопыванием по затылку.

– Всё собрались, повырывали колючки с одежды, готовьтесь встретиться с ними.

– Ты уверен?

На вопрос черноволосого кроманьонца, узколобый помялся.

– Да...Она, не убивала всех охотников, и не спасала всех рабов. У неё какой-то другой мотив, и её сила... Мы должны это сделать сами, я не хочу, чтобы нас судили как пленников, с переломанными ногами на коленях.

– Ты прав, я тоже хочу стоять на своём суде.

Черноволосый встал рядом с узколобым, и стал пробираться через сорняки за удаляющимся проводником.

•••••••••

В небольшом углублении , расположился лагерь белой волчицы. В сезон дождей, такой выбор места ночлега был бы глупым, но когда хочешь, не выделятся посреди степи, то лучше разжечь костёр в балке или каком-то другом углублении ландшафта закрытым с четырёх сторон, и выставить часового.

В этой балке, было несколько очагов с небольшими группками приматов и людей, сидящих вокруг очагов жарящих их ужин из мяса приблудившейся твари.

Каравану с рабами, помахали рукой возле одного из костров. Там сидела девушка с белыми волосами, одетая в коричневое шерстяное платье до колен. У неё были что-то вроде звериных ушей на макушке.

Четыре друга переглянулись и стали спускаться, оставив рабов с вьючными животными на краю ямы. Рыжий нервно осматривался и бормотал, обращаясь к узколобому.

– Вот и она. Ты доволен? Смотри на эту толпу дикарей, они, блять, здоровые как быки. Если они решат нас убить, то даже волчице не придётся вставать и пачкать руки. Ой, точно, я забыл. Ей не надо вставать, чтобы оторвать нам голову, да и крови не будет, потому она не испачкается, хехехе.

– ...КХехехе!

Волчица, сидевшая в двадцати метрах от их компании, засмеялась, как будто слышала всё это. И у четырёх друзей пошли мурашки по коже. Но волчица разбила всю атмосферу.

– Я всё слышала, эти уши настоящие и хорошо слышат всё. Вы это, падайте на шкуры у костра и расскажите. Зачем торговцы рабами искали меня? Хотите поторговать теми хорошо ухоженными красавицами? За сколько продаёте всех оптом? Берёте сердца зверя?

Друзья торговцы присели и охуели от того, что освободительница рабов начала торговаться за сучек рыжего...Как то, не то чего ожидали.

– Вы, блять, за кого меня считаете? Святую мать нахуй? Просто, мои мартышки решили расхуярить пару пидорасов попортивших им кровь, вот и пошли освобождать рабов. А мне было выгодно поубивать безбожных грешников, вот я и увязалась.

Снова все охуели с отвислыми хлебальниками. Узколобый, начал жаловаться.

– А как же новая религия? Восстание рабов и построение новой империи?

– Блять, шимпанзе, хочешь святым стать?

– А жрать дадут?

– Ага, но еду будут время от времени травить, хехехе. И главное твои же люди, хехехе.

Тут даже рыжий стал хихикать, вспомнив судьбу одного из основателей культа.

Волчица стала серьёзной, заговорила спокойным голосом.

– Строить что-то новое, на основе из недоразвитых, гнилых костей вашей цивилизации, нет уж спасибо. Я свою организацию построю, на новом чистом месте. Вы вроде, не обжили ничего дальше десяти километров от той реки? Ну, вот, я отойду подальше найду свободную реку, укреплю берега и устрою свою страну. Дикарей туда пускать, я конечно не собираюсь, без предварительной дрессировки и навязывания культуры. А этим как раз вы парни и занимаетесь, потому, убивать вас мне не выгодно. Но если хотите стать гражданами моей организации, то прекращайте есть мясо разумных существ, и идите шептаться с копьями, это облагораживает.

Рыжий недовольно нахмурился и сказал.

– ...А как же суд?

– Ах, вы за этим? Эй, шимпанзе, отпусти грехи своей пастве.

Шимпанзе встал, и снял очки. Всех как будто мешком по башке огрели, и они стали пускать слюни перед открывшимися им истинами. Рыжий промямлил.

– Солнцеглазый сокол.

Шимпанзе нахмурился.

– Как ты меня назвал, пидар?

Волчица в судорогах каталась по шкуре, и со слезами на глазах сипло ржала.

– ...Сокол, сука! Хихихихи. Шимпанзе, теперь у нас сокол! Все слышали?

– Уооо, Уооо, Уохахаха.

Рыжий орангутанг орал громче всех и даже солнцеглазый взор сокола, не мог его успокоить как раньше. Гневный сокол набросился на своего брата, и стал ебашится с ним звонкими лещами, от которых степная трава к земле прибивалась.

Рыжий перестал быть овощем, и тоже стал ржать вместе с волчицей над соколом, которого размашисто пиздил орангутанг. Его три коллеги недоверчиво смотрели, на этого всегда шустро вливающегося в незнакомые компании друга. Волчица, дёрнула ушами и повернулась в сторону, подняв своё чисто белое копьё.