Белая
Шрифт:
— Куда торопишься? — проявила женщина неожиданную заинтересованность. — В Агарт неужто?
— А что?
Я не планировала втягиваться в диалог, но моя новая знакомая спросила про Агарт с такой интонацией, как будто я, по меньшей мере, рассчитывала в одиночку покорить Эверест.
Что же там за Агарт такой загадочный?
— Да ничего, — хмыкнула женщина все с теми же квакающими интонациями. — Коль высоты не боишься — так добро пожаловать. Только через мостик пройти, — она кивнула в сторону стонущего под порывами ветра моста, — это не для слабаков.
И, словно резко потеряв интерес к нашему диалогу, дама в дырявом платье повернулась к реке и замерла в прежней позе.
Но на меня нашла строптивость. Со мной такое бывает — веду себя как ребенок, которого легко можно взять на слабо.
— А как там вообще, в Агарте? — с вызовом спросила я. — Продуктов можно купить?
— Можно, — коротко квакнула дама, не оборачиваясь. — Только много ль ты унесешь своими слабыми ручками?
Ну много не много, а сколько-то унесу, решила я. Меня так раззадорила уверенность незнакомой женщины в том, что я не смогу ни мост перейти, ни продуктов себе раздобыть, что я быстрым шагом устремилась к мосту, не разрешив себе подумать о разумности подобного поступка.
Я чувствовала спиной, как зеленолицая провожает меня насмешливым взглядом.
На мост я ступила без малейшего страха. Его убил адреналин в крови, и это было для меня чем-то новеньким. С детства я боюсь высоты — да что там боюсь, впадаю в панику, если просто смотрю вниз с балкона — и никто и никогда не смог меня убедить прокатиться хотя бы на самой низенькой карусели. Тут даже намеки на то, что я слабачка, не помогали.
А тут — такая отважность. На трухлявом мосту, под которым течет своенравная горная река. Очень вовремя.
Плавала я, правда, хорошо, но сомневалась, что в случае чего мне это поможет.
Я шагнула на стонущий мост и прошла шагов пять. За это короткое время пыл мой поугас. Доски, из которых, собственно, и состоял мост, выглядели совсем уж ненадежными. Испытывая острое желание спастись от очень реальной перспективы утонуть в Катуни, я вспомнила о том, что за мной наблюдают. И, несомненно, ждут моего позорного бегства.
Ветер утих. Я глубоко вдохнула и сделала еще несколько шагов. Коленки противно дрожали, ноги от напряжения стали как чугунные — каждая словно весила килограммов сто. Но я помнила, помнила, что проявления моей слабости ждет надменная местная жительница.
Наверное, ей хотелось поторопить события, потому что с берега, оставшегося по правую руку от меня, раздался квакающий голос:
— Смотри, девка, в реку не свались! Да домой поспешай, как управишься. А то мало ли…
Мне показалось, что женщина-квакушка как-то совсем по-детски хихикнула. Я чуть повернула голову, чтобы со всем возможным хладнокровием попросить обо мне не беспокоиться.
Но женщины на берегу уже не было. Секунду назад она ехидно хихикала — и в одно мгновение исчезла.
Рефлекторно я попыталась оглядеться, чтобы определить, куда она пошла. Ну не сквозь землю же человек провалился!
Но мне тут же пришлось пожалеть о своем решении. Мост заплясал подо мной в неистовом гопаке, и я присела на корточки, разведя руки в стороны, чтобы удержать баланс. За гнилые поручни я держаться не собиралась, даже в своем взвинченном состоянии я понимала, что это может стать фатальной ошибкой.
Возможно, моя новая знакомая уже ушла. Даже скорее всего. Можно было поступить разумно и повернуть назад.
Можно было бы. Но делать этого я не стала.
Меня распалил уже внутренний азарт. Признаться, я всю жизнь была осторожной, иногда даже боязливой. Мои друзья-приятели ходили в походы, прыгали с парашютами и сплавлялись по рекам, но сама я никогда не участвовала в подобных экстремальных развлечениях.
— Все это очень опасно, — твердила я и друзьям, и себе.
А там, на ненадежном мосту, я решила — пусть будет опасно. И даже очень хорошо. Зря я что ли забралась так далеко от Москвы, да еще пережила неприятные встречи с совсем неприятными людьми? Не говоря уж про жутковатую прошедшую ночь, когда я увидела мать и дитя, спящих мертвым сном…
Теперь, после всего, можно перестать быть такой трусихой.
Хорошо, что мама всего этого не видит, подумала я, и пошла. По моим примерным расчетам, до середины моста осталось сделать пару шагов.
Я сделала эти два шага и остановилась, чтобы отдышаться. Ноги тряслись, но пришло чувство уверенности. Уверенности, что я справлюсь и перейду через эту развалину, по недоразумению именуемую мостом.
И тут тишину моего одинокого путешествия нарушил громкий, казавшийся совершенно неуместным, звук.
В глубоком кармане моей толстовки телефон разрывался сотнями доставленных сообщений.
Посередине моста, над горной рекой, включился интернет.
Глава 11
Шаткий мост, бурная река, исчезнувшая женщина — все это в одну секунду стало неважным. Я вцепилась в телефон, как будто от него зависела моя жизнь, и открыла мессенджер.
Количество сообщений от жениха-нежениха Саши перевалило за сотню. Их я открывать не стала. Двадцать писем накатала Лара. Наверное, ей не терпелось узнать о моих впечатлениях от отдыха. Лару я тоже проигнорировала.
Последнее, самое верхнее, сообщение заставило меня держать телефон еще крепче.
Сообщение было коротким, всего пара предложений. «С тобой все нормально? Так тяжело на душе, как будто с тобой что-то случилось».
Отправлено пятнадцать минут назад. Как раз когда я повстречала женщину на берегу.
Отправлено мамой. Первое послание за полгода.
Я зажмурилась крепко-крепко, чтобы не дать пролиться набежавшим слезам. В ответном сообщении я тоже была лаконичной: «У меня все хорошо». Не дожидаясь, пока у сообщения появится статус «доставлено», я сунула телефон в карман, и почти побежала по мосту.
Страха больше не было. Совсем.
Оставив мост-аномалию с работающим интернетом позади, я остановилась, чтобы проверить телефон. Дисплей показывал одну полосочку для обычной связи. И никакого интернета.
Передо мной встал выбор — еще раз перейти через мост и вернуться в свой домик в «Белых ночах» или пройтись до Агарта. Я вспомнила, как Марина говорила, что от моста до села ведет дорожка, по которой нужно идти, никуда не сворачивая, и в итоге выйдешь куда нужно. Вот и все, очень просто.