Белфаст в марте
Шрифт:
– Мы можем поднять бокалы?
– поинтересовался Вайнс, а мужчины за столом расплылись в натянутых улыбках.
Тошнотворное напряжение звенело, как струна, которая не только лопнет, но и больно ударит по рукам. Фел потянулась к бокалу, но дрогнула и хрусталь ударил по фарфору, противный звук. Вязкий страх и отвратительное чувство, что что-то не так.
– Прошу прощения, сеньорита Фелиса, вас к телефону, - Патрик склонился, на серебряном подносе лежала трубка стационарного телефона. Все сидящие за столом замерли с бокалами в руках, посмотрели на Фел и Патрика с презрением.
– Да?
– тихо выдохнула в трубку Фел.
– Кто сидит за столом?
– спросил мужской голос из телефона. Сердце забилось как у испуганной птички.
– Нет, - наигранно спокойно ответила Фел.
– Извинись и выйди из-за стола, - голос, принадлежащий Ксавье, был сдержанным, но почти дрожащим от волнения.
– Да, - наигранно спокойно ответила Фел.
– Иди в кабинет Валерии, следи, чтобы Патрик не пошёл следом.
– Да, - наигранно спокойно ответила Фел.
– Извените, важный звонок…
– Из балетного класса, - подсказал, на этот раз женский голос, из телефона.
– Из театра, по поводу предстоящего концерта. Это важно, - Фел не смотрела на бабушку, она поторопилась выйти и чуть ли не бегом бросилась из столовой.
Всю дорогу до кабинета, несчастные тридцать секунд, она прижимала трубку к груди и была уверена, что сердце так громко стучит что это слышат те, кто позвонил ей. В кабинете Фел прижалась к двери, которую закрыла за своей спиной и прислонила к уху телефон.
– Да?
– всхлипнула она.
– Кто за столом, помимо Вайнсов, ты их знаешь?
– Что вы задумали?
– горячо прошептала Фел. Она запуталась, сердце упорно просило бежать скорее из этого дома, ум рисовал Билли с красными пятнами на шее, оставленными Ксавье. Билли, которая так подло предала отца не может быть на одной стороне с Фел, а третьей стороны тут нет. Фел сопротивлялась, хотела быть дальше от этой грязи.
- Скорее! Ты кого-то знаешь?
- Нет!
– Фел не могла дольше стоять на ногах и упала в кресло бабушки. Стол был завален документами, как будто за ним только что работали.
– Фел, ты можешь не верить мне или Билли и…
– Ты первым озвучил, что я должна выйти замуж, Ксавье! С каких пор ты против? С тех, когда стал спать с Билли?
– Фел не хотела устраивать шум и кричала шёпотом, срываясь на высокие ноты.
– Да не хотел я этой свадьбы! Мне просто нужно было время, чтобы все решить! Если ты хочешь обсудить это именно сейчас, а не до того, как сбежала из дома, давай обсудим. Мне было необходимо разобраться во всем этом, ясно? Просто несколько недель и я бы нашёл выход, но в этом чертовом доме я понятия не имел кому доверять! Вы тут все как одна - дикие кошки, которым слова сказать нельзя! И с бабушкой было проще сотрудничать, чем спорить!
– На чьей она стороне?
– спросила Фел. Внимание ее было рассеяно, опасаясь, что под дверью замер враг, прижавшись к ней ухом, Фел только и делала что прислушивалась и оглядывалась.
– Я до сих пор не знаю. Кто был за столом?
– Я не знаю этих людей. Только Вайнсов.
– Что говорит бабушка?
– Ничего, я не смогла понять ничего. Но она не может желать мне зла!
– Да она может не считать это злом!
– крик был отчаянным и исходил от Билли, которая явно слышала весь разговор.
– Билли, - сухо отметила Фел и была готова швырнуть телефон о стену.
– Как ты не понимаешь, что я не желаю и никогда не желала тебе ничего плохого? Услышь нас!
– Билли редко выходила из себя, почти сразу Фел услышала другие голоса, которые что-то твердили, видимо успокаивали. Повисло молчание.
Фел стала перебирать бумаги, чтобы занять чем-то руки, пока на другой стороне идёт борьба с разбушевавшийся Билли. Контракты, контракты, как же мало в них понимала Фел. Она часто наведывалась в кабинет отца с «уборкой», а потом говорила, что очень помогла.
– Стойте!
– шепнула Фел, чуть громче, чем хотела.
– Тут какая-то бумажка на столе…
– Какая ещё бумажка? Читай!
– быстро сказал Ксавье, сердце Фел пропустило удар.
– Я… тут имя мое, с какого места читать… Блин, блин.
– Фел! По порядку!
– Тут от руки. Я не все понимаю, это итальянский, наверное, - бормотала Фел.
– Кто знает итальянский?
– Ты!
– в один голос ответили Билли и, видимо, Пандора.
– Не настолько, не так хорошо… Я не могу разобрать, это же какой-то профессиональный сленг.
– Почето, найдите Почето! Фел, телефон с собой? Фотографируй договор!
– уже Ксавье перешёл на крик. Фел с собой телефон не брала.
– Телефон в спальне… Я пока до лестницы дойду меня перехватят….
– Прячь договор и бегом в спальню! Ври как сможешь! Мы ждём!
– Ксавье отключился, последним, что слышала Фел были крики, все искали гувернанта.
Фел сложила лист в восемь раз, запихнула за лиф платья и поспешила выйти из кабинета. Патрик не ждал у двери, как она изначально подумала, но стоял в конце коридора, верный слуга.
– Если бабушка спросит, скажи что у меня заболела голова. Я поднимусь за таблеткой и сразу спущусь!
– Простите, но мне сказали проводить вас к столу, вас ждут, сеньорита Фелиса.
– Я выпью таблетку и приду, Патрик, спасибо! Это не займёт и минуты.
– Простите, но меня просили сделать иначе. Быть может вы сами скажете это бабушке?
– Очень болит голова, Патрик!
– Я принесу таблетку!
– Мне нужна моя таблетка!
– Быть может на кухне найдётся что-то похожее? Какая вам нужна?
– Я не помню название, но поможет только она! Ты можешь проводить меня до комнаты, если хочешь!
Патрик задумался, потоптался на месте и на лице появилось сильное сомнение. Он не знал на что решиться. Мимо прошла горничная, которую Фел знала плохо, бабушка все время меняла слуг.
- Ох, мне действительно очень плохо, - пожаловалась она и прислонилась к стене. Патрик подбежал, горничная тоже засуетилась, Фел оттащили обратно в кабинет.
– Мне нужна минутка и моя таблетка, Патрик вы не принесёте по крайней мере воды?