Белка и Стрелка на Луне
Шрифт:
Кролик, заполошно гремя лапами, промчался через всю приемную и, дрожа, спрятался за мало что понимающим пуделем. Пушок, весело тявкая, гнался за ним, пока не воткнулся в толстого Тома. Здесь он уселся и, задорно сверкая глазами и шумно дыша, сказал:
– Правда классно?
Но звери не разделяли его восторгов. Пудель и кот переглянулись и пожали плечами.
– Да ну, вас всех! Чокнутые какие-то! – сказал обиженно Пушок и надулся.
– Поиграй, мальчик, поиграй! – с притворной ласковостью промурлыкал кот и двинулся ко входу в Кабинет. Он сунул морду немного дальше, и щель между дверью и косяком стала чуть шире. И тут Пушок, который не умел дуться долго, поднял одно ухо и насторожился. А потом, задрав нос, стал ловить ноздрями воздух, идущий из щели.
– Я опять чувствую запах пришельцев! – тявкнул отважный разведчик, – мне кажется, они пометили самого президента! – тут он припал к паркету и, приложив лапу к уху, стал передавать по рации громким шепотом, – Земля, Земля, у меня нет выбора, я иду в атаку!
Слегка зарычав, он мотнул головой и, стремглав запрыгнув на жирную кошачью спину, проскочил в Кабинет. Там началась какая-то суета, звуки падающих стульев и сдержанные крики генералов. Почти сразу за этим толстый Том отпрыгнул от дверей как ошпаренный.
– Эт-т-та рус-с-ска-я-я собака!!! Этот проклятый хрущевский щ-щенок!!! – заикаясь, пролепетал бедный представитель кошачьего племени.
Кот Том видел многое в своей жизни, и его было трудно удивить, но в этот раз он сидел на полу с остекленевшими глазами и ртом ловил воздух.
– Что он опять наделал? – испуганно гавкнул пудель Голли. А Заза, выглядывая из-за кудрявой спины, словно эхо повторил, – Что? Что он наделал?
Толстый Том посмотрел на них безумными глазами и сглотнул. Потом он, чуть пригнувшись к полу, пролепетал:
– Он наделал на ботинок нашего президента!
И упал в обморок.
Глава 9
Электричество в Укропове починили очень быстро. Приехали два монтера на грузовичке, подцепили столб, подняли его, приладили подпорку и натянули проволоку. На столбе они установили большой громкоговоритель и теперь свинья Меланья могла не только тереться о шершавое дерево, но и слушать радио. Только она мирно улеглась под столбом, как в рупоре что-то чихнуло, чмокнуло, и вдруг радио голосом знаменитого комментатора Водоемова стало рассказывать о футбольном матче в столице.
– Мяч попадает в правый угол центрального круга… – скороговоркой тараторил комментатор, – смотрите, мяч лег на ногу нашему футболисту, но не вовремя соскочил, – быстро говорил Водоемов и вдруг он сорвался на крик.
– Внимание! Наши овладели мячом и пошли вперед всей командой, но совершенно позабыли про зад!!!
В голосе Водоемова было столько страсти, что свинья Меланья чуть дернула ухом, приоткрыла один глаз и взглянула на дорогу.
По ней шли знаменитые на весь Укропов столичные гастролеры. Собака Белка, которая произвела фурор среди местных дворняжек шикарным ошейником, ее подруга Стрелка и крыс Веня. Последний толкал дощатую тачку, на которой громоздилась громадная тыква.
Космические собаки и их маленький приятель торопились на поезд, который вскоре отправлялся в Москву с местного вокзала. Дорога от Дома Культуры Колхозника шла под уклон, и поэтому катить тачку с пионерским подарком для Вени было несложно. Он, как это обычно бывало, балагурил без конца и рассказывал друзьям, что ему удалось узнать об укроповских достопримечательностях.
– …я и говорю, Укропов! Столица русской глубинки! – Веня, придерживая за ручки грузную тачку, лихо заложив вираж, объехал большую колдобину, – Мы, грызуны, любим всякие корешки, особенно путеводителей! – тачка покатилась под горку чуть быстрее и Веня, пытаясь ее притормозить, продолжал рассказывать, – Так что я знаю, что говорю! Именно в этом городе есть уникальный образчик искусства!
Уклон на улице стал еще круче и тачку стало заносить. Веня, как лихой гонщик, уворачивался от рытвин на мостовой, и тыкву стало подбрасывать. Крыс попробовал выровнять набравшее скорость колесное средство, но силенок ему не хватало. Хотя столичный поэт не только пытался управлять тачкой, но и продолжал отрывисто и громко рассказывать:
– Этот образчик – памятник козе! Работы скульптора! Неизвестного! Возможно Эрнста! – тут тележку так тряхнуло, что Веня, держась за ручки, выстрелил как из рогатки, и оседлал тыкву, – Лучше б он дороги починил!
Тачка летела по разбитой улице, а сверху, держась за хвостик огромной тыквы, балансировал несчастный крыс. Она выскочила на площадь, где стоял электрический столб, и врезалась в лежащую Меланью. Свинья с возмущенным хрюканьем вскочила и отбежала в сторону:
– Понаехали тут всякие! – только и проворчала аборигенка Укропова и затрусила восвояси.
А Веня, вылетев из тачки, пролетел несколько метров и врезался в бордюр круглого фонтана, который стоял на площади. За ним по дуге пролетела тачка и плюхнулась в воду. Потом медленно подкатилась тыква, и крыс, встав в горделивую позу, похлопал желтый выпуклый бок и прокричал подругам:
– Вот смотрите, чуть не раскокал ваш витамин! – потом он обернулся и взглянул на фонтан. – О! А вот и он, памятник Козе!
Действительно, в центре фонтана сидела нога на ногу каменная Коза и держала во рту бронзовую ромашку. Из огромного козьего вымени били в разные стороны живописные струйки воды и падали серебряными полукружьями в большую круглую чашу, в которой плавали головастики.
Белка и Стрелка подошли к приятелю и поставили свои чемоданы. Торопится было некуда, и они остановились посмотреть, как Веня будет вылавливать тачку из фонтана.
– И город – не город, и фонтан – не фонтан! – мрачно сказала Стрелка и села на чемодан. Белка тоже поставила свой чемоданчик и подошла к краю каменного бассейна.
Веня, сняв часы и кепку, аккуратно положил их на бордюрный бортик. Он собирался достать утонувшую тачку, и для этого ему пришлось залезть на сам бордюр. Встав на краю огромной чаши в прозрачной воде, он неожиданно увидел несколько монеток, которые заманчиво блестели на бетонном дне.
– Ой-ё! Деньги! Деньжищи! Ой, держите меня всего! – радостно закричал водитель тыквовозки и плюхнулся в воду.
Брызги разлетелись в разные стороны и частью попали на Стрелку. Но та даже не шелохнулась. Белка посмотрела на свою подругу, и ей захотелось как-то поднять ей настроение.
– А мне городишко нравится, уютный такой и с фонтаном! – она достала розовый, шитый бисером кошелек и, выудив оттуда монетку, бросила ее в воду.
Веня, согнувшись, шарил лапами по дну, собирая монетки, и с возмущением напустился на бывшую цирковую артистку.
– Ты, что транжиришь-то! – он ловко подцепил Белкину денежку и бережно сложил в общую кучку на ладошке, – копеечка, она счет любит!