Чтение онлайн

— А Сочнику ты тоже уже предложил? — посмотрел он в сторону двери, уже по инерции.

— Нет, не предлагал. Этот план назрел буквально только что… Ну, когда я поднялся к тебе в гости на крышу. — Я встал из-за стола. — Ну так что? Ты согласен?

— А можно подумать?

— Значит, не готов, — вздохнул я. — Ладно, иди к себе.

— Но я…

— Нет! — сделал я серьёзное лицо, какое было у меня в прошлой жизни. Джек по глазам увидел, что я не тот, кем являюсь. — Если я сказал, что ты не готов, значит, не готов. Вернёмся к этому разговору тогда, когда вернёмся. — И вот сейчас я уже снова улыбнулся, став таким же простым парнем, каким был до взора Поглотителя Богов.

Короче, Джек свалил.

Я же тоже посидел ещё немного с Андреем, а потом сказал, что нужно было бы идти спать. Сам же про себя подумал, что сейчас уже ночь: почему бы не приручить каких-то тварей из тех контрактов, что у меня были. А потом несколько тварей привезти к себе в поместье, чтобы их дрючил Андрей и готовился покорить сердце своей Ангелины Миллер.

Так я и сделал.

Энергия уже немного восстановилась, так что на Сложный Луч хватит. На этот раз поеду в СЗЛ и найду там большую бронированную тачку, чтобы вывезти монстров к себе домой. Так сказать, арендую на одну ночь.

И только я собрался выйти через главную дверь, как в неё полетела ракета. Обычная, но всё же ракета.

Я успел напитать свой доспех, но его сразу же разнесло. Ещё и тело слегка обгорело.

— Твою мать! — заорал я так, что даже бабенция сняла наушники и напитала своё тело. А может, она от взрыва их сняла.

— Димуля! — заволновалась Зина.

Ага, всё же любит. Молодец. Просто у бабки реально был плохой день, поэтому и назвала меня фашистом. Хотя всё равно странно, что она мелкого так называет постоянно. С другой стороны, она его тоже любит. Но да ладно. Умом не понять не только Российскую Империю, но и Зинку.

А сейчас пора узнать, что за хер запустил в дверь разрывной заряд из РПГ. Обычный, но всё равно неприятный.

— Сочник! — гаркнул я. Тот не отвечал.

Додик показал, что его вырубили. Ого, вот это номер.

— Дротик! — крикнул Додик. — Сочник спит. Живой.

Мелкий говорил коротко, но понятно.

Хм, кто же это мог быть? Неужели Мощук, которому было мало?

Где-то в колбасном цеху под Минском.

— Вас отыщут. Мы не можем так рисковать. У вас уже три прихода. А на третий…

— Заткнись! — ударил Мощук старший своего ассистента. — Я знаю, что три. И знаю, что это четвёртый, от которого не отмажут.

Тот хоть и был бухим, но слегка протрезвел. Был бы он Одарённым, как его сын, то и вовсе бы не опьянел. Хотя так думал только Мощук старший. Он не знал, что Одарённые тоже могут пьянеть.

В принципе, сейчас не об этом шла речь.

Его сын потерял силу из-за какого-то там барона Великого. Ещё и сам Мощук старший убил каких-то тварей, которые после закрытия грёбаной цветочной лавки остались внутри.

— Что за день-то сегодня, а?! — прокричал Мощук.

— Уже понедельник. Ну то есть первые минуты п-пошли, — чуть ли не расплакался умный ассистент. Хоть и умный, но такой домашний. Одна пощёчина, а парень уже поплыл.

— Да я не про день. А про то, что произошло в ту ночь, и про то, как я горевал по сыну. А теперь ещё должен разбираться со смертью каких-то цветочных уродов, чтобы земля им была стекловатой из стекловатных адских цветов! — бесился Мощук.

Он пришёл в себя. Созвонился с боссом из Москвы, договорился о переносе поставки на другой день.

— Я всё понимаю, Иннокентий Сергеевич. Я вас никогда не подводил, и сейчас не подведу. Просто у меня тут трудности с сыном и со смертями двух уродов. Вы не переживайте.

— Исправь и возвращайся, — спокойно ответили на той стороне. Потому что у босса из Москвы был кредит доверия к Мощуку старшему. Мощук это заслужил, и он сам это прекрасно знал, поэтому и позволил себе выдать всё так, как есть.

А уже через час, когда он понял, что всё не так, как он планировал, Мощук решил действовать наверняка.

— Если меня и посадят, то эта тварь, из-за которой всё это началось, будет убита, — сказал он сам себе в зеркало, думая про барона Великого из того видоса на ютубе.

Мужчина провёл толстым пальцем по своему шраму на пол-лица и вспомнил, как босс ему оставил этот шрам ещё в начале его «карьеры» по колбасной сфере с наркотой из Европы. После того шрама Мощук стал тем, кому тот самый босс из Москвы доверяет… и который спокойно сказал всё исправить.

Вот Мощук и собрал своих людей, чтобы съездить в поместье барона Великого и всё исправить.

Рядом с домом находилась бронефура. Всего одна. Однако и этого было много, учитывая, что было внутри этого железного монстра. Казалось, что туда заслали сорок разбойников и какого-то упитанного гиганта со шрамом на пол-лица.

Но надо отдать должное, все они были простолюдинами, хоть и обученными «мафиозниками», которые умеют в оружие, ага.

А вот этот момент в своей истории я бы назвал тотальный нагиб. Причём от бабы Зины. Ведь именно она сняла наушники, разозлилась до безобразия, когда увидела, что у неё с входной дверью и террасой.

— Твою-то мать! — проорала она.

Женщина напитала себя такой мощью, что казалось сейчас все щепки вернуться обратно на свои места и дом будет такой же, как минуту назад.

Баба Зина сделала два больших глотка вискаря и свободной походкой в летящую даль вышла из дома. Бабенция напитала свою правую руку, сделала отрыжку, от которой техника врага перестала работать, даже мотор заглох в бронефуре. А потом как выпустила накопленный золотой поток в виде дерева с родового герба.

Ох, я и Андрей оценили такую мощь. У мелкого даже волосы стали дыбом.

Тут к нам ещё Джек спустился, кивнул мне и побежал через задний ход на свою позицию. Приятно осознавать, что хоть кто-то знает, что делать.

Хотя кому я говорю. Зинаида Петровна упала на землю и сказала, что ей плохо.

Судя по ауре, которую она выдала, и в целом по мощи, я понял в эту ночь одно — бабенция была ещё лет сорок назад Одарённой Континентального Класса. То бишь даже выше Имперского. Выше неё был только Внеземной Класс. Обалдеть.

Сейчас, возможно, она действовала на уровне Экстра Класса, может, даже Городского. Но та внутренняя мощь и тот прошлый потенциал с молодости — ох, ну даёт бабенция. Я прямо горжусь таким родственником.