Белоснежка в трауре
Шрифт:
– Ну и что вам всем от меня надо?
– Здравствуйте, мне нужна Василиса Петровна, - не меняя приветливого выражения лица, произнёс Кирилл.
Он с готовностью ждал, что сейчас его пропустят в квартиру, и он с гордостью вручит неприхотливой старушке нехитрое угощение, купленное в ближайшем супермаркете. Он как-то не подумал, что нафиг никому не нужен там со своим тортиком, ведь старушка-то совсем не бедствует, если продала квартиру подруги в престижном районе некоторое время назад.
– Бабули нет дома, - проговорила девушка, пытаясь спешно закрыть дверь.
Но Кирилл умоляюще сложил на груди руки, в одной из которых болтался супермаркетовский огромный пакет с одиноко мотылявшимся там тортом, всем своим взглядом показывая, что поговорить с девушкой ему позарез как нужно.
– Ну хорошо, что Вам ещё надо?
– сжалилась над ним девушка.
– Бабушку Вашу подождать.
– попросил Кирилл.
Девушка удивлённо подняла бровь и усмехнулась.
– Долго ждать придётся! Бабуля с рассадой на дачу умотала, теперь до осени дома не покажется.
– А дача далеко?
– непроизвольно вырвалось у Кирилла.
– Ух ты какой шустрый! К одинокой старухе на дачу собрался. А может ты бандит какой?
– не на шутку рассердилась девушка. Приглядевшись к ней повнимательнее, Кирилл понял, что она не совсем трезва.
– Я частный детектив и разыскиваю одну молодую женщину, - проговорил Кирилл, доставая своё удостоверение.
– Ну, бабуля-то не так уж и молода, - улыбнулась девушка, внимательно, насколько позволяло её самочувствие, вчитываясь в красные корочки.
– Да, но она знала Марию Антоновну и возможно, могла видеть девушку, находясь у неё в гостях.
– Это что какая-нибудь Галкина подружка из новеньких что ли?
– брезгливо поморщившись проговорила девушка.
– Возможно, - не стал вдаваться в подробности Кирилл, - только Мария Антоновна умерла, так что без Василисы Петровны я вряд ли смогу найти девушку.
– А когда она пропала?
– заинтересовалась девушка.
– Пять лет назад, - с готовностью ответил Кирилл.
– Ну, нет, тогда это не то, о чём я подумала, - разочарованно протянула девушка.
– А о чём Вы подумали, - с интересом уставившись на внучку Василисы Петровны, спросил Кирилл.
Та, с умным видом почесав взлохмаченный затылок, произнесла:
– Да Галка пропала года три назад. Мария Антоновна и в милицию, пардон, полицию обращалась и по знакомым её новомодним бегала, где только адреса этих шалманщиц раздобыла, не знаю, но всё было бесполезно. Все сошлись на том, что Галка с парнем своим куда-то умотала. Денег ей вроде кто-то и за что-то много пообещал. Только баба Маша на эти россказни не купилась. Говорила, что сердце её изнывает от тоски и тяжёлых предчувствий, якобы, Галочки в живых уже нет. Сердце-то вот её и не выдержало. Вскоре, после пропажи Галки, баба Маша умерла. Ей позвонили из морга и предложили опознать труп девушки, ну она и опознала. Хотя, моя бабуля с ней была, говорила, что там опознавать нечего было, до такой степени тело сгнило. Но Мария Антоновна похоронила эту, якобы, Галку и сама следом умерла.
– Да уж, печальная история, - вздохнул Кирилл, - но всё-таки, я должен поговорить с Василисой Петровной. Родственники Татьяны уже столько времени ищут потеряшку, а у неё ведь маленький ребёнок.
– Небось тоже в шалашовки потянулась, денежек лёгких ей захотелось, - осуждающе протянула девушка.
– А Галина в притоне каком подвизалась что ли?
– спросил Кирилл.
– Нет, что Вы! Там всё очень цивильно было. Фирма какая-то. Типа эскорт-услуги. Но на самом деле девчонки там вкалывали по типу "all inclusive".
– Это Вам бабушка рассказывала?
– удивлённо спросил Кирилл.
– Почему бабушка? Галка!
– пояснила девушка. Мы с ней раньше дружили, точнее, не разлей вода были. Вместе в школу, вместе из школы. Художку вместе окончили, в институт один поступили. Только потом Галка с такими типами дружбу завела, что я ей сразу по боку стала. Однажды её попросили приехать на фирму какую-то частную, дабы оформить там помещение. Деньги предложили неплохие, она и согласилась. Рисовала она хорошо, в отличие от меня, и на шабашки носилась регулярно. А я вот бездарь какой-то!
Девушка захлюпала носом, и Кирилл испугался, что ему придётся сейчас её успокаивать. Времени было в обрез, а девушка тем временем подленько так завывала, не собираясь брать себя в руки и останавливаться.
– Работаю за три копейки, всякую сказочную муть рисую в самодельном детском кружке, точнее, в театральном кружке детской самодеятельности. Там какие декорации не нарисуй, они всему рады. Жених мой, гнида, меня бросил. Да ещё опозорил перед друзьями, сволочь такая. Взял, гад, и по пьяни всем объявил, что я вообще ноль везде и даже в постели. А я вовсе не ноль!
Девушка внимательно осмотрела Кирилла и неожиданно успокоившись нагло проговорила:
– Пойдём, докажу, что я вообще не ноль. Я ого-го!
Она схватила Кирилла за руку и потянула за собой в квартиру. Причём, сделала это совершенно своевременно, потому что на её белужий рёв уже начали высовываться соседи. Кирилл не стал сопротивляться, спокойно прошёл в квартиру и неожиданно спросил:
– Так, а кухня у нас где?
Девушка на мгновение растерялась, но потом догадливо усмехнулась и проговорила:
– А! Так мы это на кухне с тобой поделаем!
Она радостно потрусила по коридору не забывая оглядываться, поспевает ли за ней Кирилл. Квартира и правда была большая, в такой впору заблудиться. Но Кирилл не отставал. На уме у него было совсем другое. Он быстро сориентировался, как включить плиту, и поставил на огонь чайник.
Девушка немного растерялась, но потом её живейший пьяненький мозг, работающий совершенно в автономном режиме, опять подсказал ей какую-то пошлость. Кирилл не стал дожидаться, когда она её озвучит, и громко произнёс:
– Чай будем пить, всё остальное потом!
Он достал таки из пакета свой подарочный торт и полез в шкаф за чашками.
– Тебя звать-то хоть как?
– запоздало спросил Кондрашов.
– Катя, - тихо откликнулась девушка. Кажется, на подходе у неё был новый виток истерики, и Кирилл, не теряя времени даром, полез в холодильник, надеясь найти там какую-нибудь валериану или пустырник. К счастью, у запасливой Василисы Петровны имелось и то и другое, так что буквально через минуту Катя уже заприходовала лечебно-спиртовое зелье и с выпученными от удивления глазами взирала на Кирилла.