Чтение онлайн

Меня охватил новый страх. Рассказывали, что когда-то давно один вагрант убил детей во множестве деревень, прежде чем его поймали и повесили. Правда ли это? Может, и этот такой же? Я пригласил его, не сказав никому ни слова, а крик о помощи отсюда до деревни не долетит. Я замер у стены убежища, собираясь пробежать мимо него и оказаться в сравнительной безопасности снаружи.

Но первый же взгляд на него успокоил меня. У него было доброе лицо. Безумец или нет, но этому человеку можно было верить. Он сказал:

– Вот я и нашел тебя, Уилл. – Одобрительно осмотрелся. – Хорошее местечко.

– Его устроил мой брат Джек. У него руки лучше моих.

– Тот, кому этим летом надели шапку?

– Да.

– Ты видел это? – Я кивнул. – Как он с тех пор?

– Хорошо, но он стал совсем другим.

– Стал мужчиной.

– Не только.

– Расскажи мне.

Я колебался, но его голос и лицо внушали доверие. Я понял также, что он говорит естественно и разумно, без странных слов и архаических фраз, которые он употреблял раньше. Я начал рассказывать, сначала несвязно, потом все более легко, о том, что говорил Джек, и о моих последующих размышлениях. Он слушал, иногда кивал, но не прерывал.

Когда я кончил, он сказал:

– Скажи мне, Уилл, что ты думаешь о треножниках?

Я задумчиво ответил:

– Не знаю. Я привык к ним… и боюсь, а теперь… У меня много вопросов.

– Ты задавал их старшим?

– Что это дало бы? Никто не говорит о треножниках. Об этом узнаешь еще ребенком.

– Хочешь, я отвечу тебе? Такие, как я, могут ответить.

Я теперь был уверен в одном и выпалил:

– Вы не вагрант.

Он улыбнулся.

– Смотря как ты понимаешь это слово. Как видишь, я хожу с места на место. И веду себя странно.

– Чтобы обмануть людей, а не потому, что вы иначе не можете. Ваш мозг не изменен.

– Да. Так, как мозг вагрантов или же твоего брата Джека.

– Но ведь на вас надели шапку!

Он коснулся металлической сетки в путанице рыжих волос.

– Согласен. Но не треножники. Люди – свободные люди.

Изумленный, я пробормотал:

– Не понимаю…

– Ты и не можешь понимать. Но слушай, и я расскажу тебе. Сначала треножники. Ты знаешь, кто они? – Я покачал головой, и он продолжал: – И мы не знаем точно. Есть две версии. По одной – это машины, сделанные людьми, но восставшие и покорившие людей.

– В старые дни? В дни гигантских кораблей и больших городов?

– Да. Мне трудно поверить в это, потому что я не понимаю, как люди могли дать машине разум. Другая версия – они пришли не из нашего мира, а из другого.

– Другой мир?

Я снова оказался в тупике. Он сказал:

– Вам ничего не говорят в школе о звездах? Вторая версия кажется мне правдоподобнее. Ты не знаешь, что эти звезды в ночи – сотни и тысячи звезд – это солнца, подобные нашему; вокруг многих из них, как и вокруг нашего Солнца, вращаются планеты.

Я был смущен, голова моя закружилась от этой мысли.

– Это правда? – спросил я.

– Правда. И, может быть, треножники пришли с одной из таких планет. Может быть, треножники – это только машины, в которых находятся живые существа. Но мы не видели того, что внутри треножника, и поэтому не знаем.

– А шапки?

– Это средство, при помощи которого держат в послушании людей.

Вначале мысль эта казалась невероятной. Позже казалось невероятным, как я не видел всего этого раньше. Но всю мою жизнь надевание шапок воспринималось как нечто само собой разумеющееся. Все взрослые носили шапки и были удовлетворены этим. Это был признак взрослости, а сама церемония проходила торжественно и связывалась с праздником и пиром. Хотя некоторые испытывали боль и становились вагрантами, но все дети с нетерпением ждали этого дня. Только позже, когда до церемонии оставались лишь месяцы, возникали сомнения; но эти сомнения рассасывались от уверенности взрослых. У Джека тоже были сомнения, но после того как ему надели шапку, они исчезли.

Я сказал:

– Шапки заставляют людей думать так, как нужно треножникам?

– Они контролируют мозг. Но мы не знаем, как и до каких пределов. Ты знаешь, что металл соединяется с телом и его невозможно удалить. Похоже, когда надевают шапку, дают какой-то общий приказ. Позже могут отдаваться особые приказы необходимым людям.

– А как же вагранты?

– И об этом мы можем только догадываться. Может, мозг у некоторых слишком слаб, не выдерживает напряжения. А может, наоборот, – слишком силен и борется против порабощения, пока не выходит из строя.

Я подумал об этом и задрожал. Голос внутри головы, от которого нельзя убежать и от которого не спрячешься. Гнев вспыхнул во мне, не только из-за вагрантов, но и из-за всех остальных – моих родителей и Джека…

– Вы говорили о свободных людях, – сказал я. – Значит, треножники правят не всей Землей?

– Почти всей. Нет земель, где бы их не было, если ты это имеешь в виду. Когда они пришли впервые – или когда они восстали, – происходили ужасные вещи. Города уничтожались, как муравейники, миллионы и миллионы людей были убиты или умерли от голода.

Миллионы… Я пытался представить себе это, но не мог. В нашей деревне, которая считалась немаленькой, было около четырехсот человек. В городе Винчестере и вокруг него жило около тридцати тысяч. Я покачал головой.

Он продолжал:

– Тем, кто остался, треножники надели шапки, и теперь они уже слушали и служили треножникам и помогали убивать или пленять других людей. И в течение одного поколения мир стал таким, как сейчас. Но по крайней мере в одном месте несколько человек спаслись. Далеко на юге, за морем, есть высокие горы, на них круглый год лежит снег. Треножники держатся низин: может быть, там им двигаться легче, а может быть, им не подходит разреженный воздух. А в горах есть места, где свободные люди могут обороняться от людей в шапках, живущих в окружающих долинах. Мы даже отбираем у них пищу.

– «Мы»? Значит, вы пришли оттуда? – Он кивнул. – Но ведь на вас шапка.

– Взята у мертвеца. Я побрил голову, и ее подогнали под форму моего черепа. Когда волосы отросли, ее трудно стало отличить от настоящей. Но она не отдает приказов.

– И вы можете бродить, как вагрант, и никто не подозревает вас. Но зачем? С какой целью?

– Частично, чтобы узнавать новости и рассказывать, что увидел. Но есть более важная вещь. Я пришел за тобой.

– За мной? – удивился я.

– За тобой и такими, как ты. Кто еще без шапки, но уже достаточно вырос, чтобы задавать вопросы и понимать ответы. И совершить длинное, а может, и опасное путешествие.

– На юг?

– На юг. К Белым горам. К трудовой жизни, которая ждет в конце пути. К свободе. Ну?

– Вы возьмете меня туда?

– Нет. Я не готов еще. К тому же это и более опасно. Мальчик, путешествующий в одиночку, – обычный беглец, но если он идет с вагрантом… Тебе придется идти одному. Если ты решишься.

– Море, – сказал я, – как я его пересеку?

Он посмотрел на меня и улыбнулся.

– Это самая легкая часть. И в остальном я тебе помогу. – Он достал что-то из кармана и показал мне. – Ты знаешь, что это?