Чтение онлайн

Л. Б. Яффе, с которым мы тогда редактировали антологию современной еврейской поэзии — письма Ходасевича к Яффе опубликованы в журнале Russian Literature (The Hague), № 6 (1974).

Ходасевич перевел ряд поэм и стихотворений современных еврейских поэтов, в том числе и Бялика и Черниховского (которого он лично знал). См. сборники „Еврейская антология“ (ред. Яффе и Ходасевича, 1918) и „Из еврейских поэтов“ (переводы Ходасевича, Берлин, 1922). Свою работу над творчеством этих поэтов — для него столь „близким и ценным“ Ходасевич закончил переводом иронических, бытовых гекзаметров идиллии Черниховского „Свадьба Эльки“, который был опубликован в журнале „Беседа“ (№ 4–5, 1924) и до сих пор не перепечатывался.

я продал свою книгу „Путем зерна“ одному издателю — издатель „Салона Поэтов“ М. О. Цетлин.

Я тогда же написал о Родове — „Господин Родов“, Дни, № 698, 22 фев. 1925. О реакции Горького на статью см. статью „Горький“ в наст. томе. Статья подписана „Сорренто. Владислав Ходасевич“.

БОРИС САДОВСКОЙ

Последние новости, 1925, № 1541 (3 мая), под названием „Памяти Б. А. Садовского“. Не перепечатывалось.

По-видимому, статья принадлежит к жанру преждевременного некролога. Борис Александрович Садовской, поэт, беллетрист, критик, род. 22 февраля 1881 г. в Ардатове, Нижегородской губернии, в дворянской семье. В роду его имелись примеси литовской, греческой и половецкой крови. Печатался с 1901 г. О Садовском писали Федор Степун („Москва накануне войны 1914 года“, Новый журнал, № 26, 1951, и Корней Чуковский в книге Чукоккала, М., 1979, где приводятся портреты Садовского, исполненные Репиным и А. Бенуа. Он умер в 1952 г. Очень интересные письма В.Х. к Садовскому готовятся к печати.

Болезнь… давала уже себя знать — прогрессивный паралич.

в редакции „Мусагета“ — см. вышеуказанную статью Стеиуиа.

„Летучая мышь“ — популярный театр миниатюр в Москве. Директором и хозяином его был Н. Ф. Балиев. Стихотворение Ходасевича „Акробат“ было написано для „Летучей мыши“.

СОФИЯ ПАРНОК

Возрождение, 1933. № 3026 (ок. 14 сент.), под названием „Книги и люди: С. Я. Парнок“. Не перепечатывалось.

в новом толстом журнале „Северных записках“ — о Чацкиной и о самом журнале, см. воспоминания Цветаевой „Нездешний вечер“.

СЕРГЕЙ КРЕЧЕТОВ И „ГРИФ“

Возрождение. 1936, № 4012 (28 мая), под названием „Книги н люди: Памяти Сергея Кречетова“. Не перепечатывалось.

Сергей Кречетов один из псевдонимов Сергея Александровича Соколова (1879–1936). В начале 1905 г. Ходасевич прочитал ему три из своих стихотворений.

„К удивлению моему (и к великой, конечно, гордости) он сам предложил их напечатать. В ближайшей книге альманаха („Гриф“ РДС) они появились. Я навсегда остался благодарен С. А. Соколову, но думаю, что в ту минуту он слишком был снисходителен: стихи до того плохи, что и по сию пору мне неприятно о них вспомнить, хотя я писал их 18-и лет.“ — В.Ф.Х., Новая газета. № 1, 1 марта 1931.

Это были первые напечатанные стихи Ходасевича: „Зимние сумерки“, „Осенние сумерки“ и „Схватил я дымный факел мой“. Ходасевич не включил их в свой первый сборник стихов „Молодость“.

я — гимназистом шестого класса — Ходасевич поступил в 1896 году в Московскую 3-ю классическую гимназию, „ту, что помещалась на Большой Лубянке, на том самом месте, где некогда находилась усадьба князя Михаила Пожарского…“

— В.Ф.Х., „Черепанов“, Возрождение, 1936, № 3942.

МАРИЭТТА ШАГИНЯН

Последние новости. 1925, (конец сент. или начало окт.). Не перепечатывалось.

В Новом мире (№ 5, 1973), приступая к своим воспоминаниям о Ходасевиче, Шагинян пишет: „Отсюда, читатель, в рассказ мой будут вторгаться имена людей, ставших в будущем нашими врагами, злостными и активными…“ За этим предупреждением следует описание Ходасевича и Муни, сидящих на кровати у Шагинян, читающих пушкинские и собственные стихи.

Вы угнетаете М. — первая жена Ходасевича, Марина Эрастовна Рындина-Маковская.

ГОРЬКИЙ

Современные записки, 1940, № 70 (посмертно). Не перепечатывалось.

Знакомство Ходасевича с Горьким длилось семь лет с 1918 г., когда Горький предложил ему заведывать московским отделением „Всемирной литературы“, до 18 апреля 1925 г., когда Ходасевич и Берберова уехали из Сорренто и поселились в Париже. За это время — включая полтора года, проведенные под одной кровлей — они сохраняли близкие отношения, редактировали вместе журнал „Беседа“.

Воспоминания Ходасевича о Горьком и письма Горького к Ходасевичу (хранятся в Библиотеке Конгресса, опубликованы в Новом журнале, № 29–31, 1952) имеют несомненное значение для биографического облика Горького. После его смерти Ходасевич написал семь газетных и журнальных статей, касающихся отдельных сторон личности и судьбы Максима Горькою, Первая большая статья (1937) вошла в Некрополь. В ней он писал: „Всего, что мне сохранила память, я не берусь изложить сейчас, потому что пришлось бы слишком близко коснуться некоторых лиц, ныне здравствующих.“ В трех статьях, здесь перепечатанных впервые, затрагиваются и те вопросы, которые Ходасевич обошел молчанием в Некрополе.

При составлении комментария к статьям Ходасевича о Горьком нам встретился ряд трудноразрешимых вопросов, и мы обратились за помощью к Н. Н. Берберовой. По нашему глубокому убеждению, как сами статьи, так и приводимый ниже комментарий к ним представляют исключительный интерес.

Год тому назад — воспоминания „Горький“, опубликованные в „Современных записках“, № 63, а затем перепечатанные в книге Некрополь.

З. И. Гржебин — Гржебин, Зиновий Исаевич (1869–1929). До революции 1905 г. и во время нее — художник-юморист, издававший политический иллюстрированный журнал „Жупел“, в котором участвовал как иллюстратор. Издатель (вместе с С. Ю. Копельманом) альманахов „Шиповник“, при ближайшем участии Л. Н. Андреева, Ф. К. Сологуба и др. В 1919 г. начал крупное издательское дело, издавая в Петрограде, Москве и Берлине русских классиков и современных писателей. Издатель и близкий друг Горького (Г. крестил его старшего сына), член дирекции „Всемирной литературы“. Выехал из Советской России вместе с Горьким и вывез свою семью в Германию (октябрь, 1921 г.). Обнадеженный обещанием советских властей о возможности продажи изданных им книг в России, он постепенно разорился, вложив все свои деньги в издательство. Умер в Париже, в долгах. В свое время он выпустил однотомник избранных рассказов Горького (Берлин, 1922 г.), права которого Горький по доверенности передал ему пожизненно, но это условие не было принято во внимание, когда в 1924 г. Горький подписал контракт с Госиздатом. Он также издавал до революции произведения Уэллса, Гамсуна, д'Аннунцио, Марка Твена, Мопассана и др.

книга английского дипломата Локкарта… под условным именем Мара — хотя во всех изданиях книги Локкарата „Мемуары Британского агента“, начиная с первого (1932 г.), баронесса М. И. Будберг всегда называется Мура (этим именем ее также звали в ее семье, но никогда в доме Горького), по неизвестной причине во французском переводе ей было дано имя Мара. Ходасевич, который не знал английского языка, читал книгу Локкарта по-французски. Отсюда и разночтение этого имени.

Все это лето он был в подавленном настроении — „подавленное настроение“ Горького в августе 1921 года было связано с арестом (3 августа) Н. С. Гумилева и смертью (7 августа) А. А. Блока. Депрессия к концу месяца сделалась настолько сильной, что Горькому пришлось выехать на несколько дней из Петрограда, и так как в это время в Финляндию выехать было трудно, он остался в Белоострове и там в одиночестве провел около недели. В это время слухи о приезде Горького в Европу уже проникли на запад, и немецкие газеты сообщили, что Горький выехал из Советской России в Берлин. Горький вернулся в Петроград и там узнал о расстреле 62-х „контрреволюционеров“ (дело Таганцева). среди которых был не только Гумилев, но и другие знакомые Горькому люди: проф. Н. И. Лазаревский, издатель ежедневной газеты кадетов „Речь“ Бак, инженер А. Тихвинский и другие. Это заставило его поторопиться с отъездом. Он выехал через Гельсингфорс в Берлин 16 октября.