Чтение онлайн

Он встречает двоих своих учеников, которые скрылись из Иерусалима и направляются в деревню, так как они боятся, что теперь выловят учеников и казнят их. Слухи тревожны: мастер казнен, теперь казнят учеников. Уничтожают все следы деятельности этого человека и его работы. Поэтому они скрываются.

Иисус встречает их на пути, считая, что, по крайней мере, его ученики узнают его. Но они не узнали его — они разговаривают с ним, как с незнакомцем. Иисус сильно удивлен.

Потом они зашли в харчевню чего-нибудь перекусить — они устали, — и Иисус преломил хлеб. Тогда они внезапно узнали его, потому что именно таким способом обычно преломлял хлеб Иисус; повторяется что-то из старого и после этого происходит узнавание. После этого у них внезапно открываются глаза, словно они очнулись ото сна или от грез, и они говорят: «Не ты ли это? Мы не сумели узнать тебя на дороге». А они шли, по крайней мере, три часа, беседовали — и они беседовали о своем распятом мастере, с самим мастером! Иисус, должно быть, внутренне смеялся над тем, что они говорят о мастере, но не могут узнать его.

Людей узнают только по их старым привычкам. Когда Иисус преломил хлеб, ученики немедленно узнали его, потому что «так делал Иисус! Только он преломлял хлеб таким способом!» Внезапно словно уходят облака, мрак рассеивается и они видят, что Иисус вернулся. Его облик такой новый… ничего общего со старым.

Мне кажется, что Иисус, должно быть, специально преломил хлеб старым способом, чтобы дать им намек.

Бог позволил Иисусу умереть, чтобы он мог воскреснуть.

Амитабх, я собираюсь помочь тебе умереть. В этом состоит функция мастера: он должен принести смерть. И действительно, умирать трудно, тяжело. Эти поносы — не что иное, как умственная вещь: ты так сильно боишься, что страх приводит к поносам. Однако это хорошо — это очистит тело. Твои тело и ум нуждаются в основательном очищении.

Вот почему, когда облака уходят, тобою «овладевают радость и благодарность». Всякий раз, когда ты будешь готов умереть, тобою овладеют радость и благодарность. Всякий раз, когда ты принимаешь… Если ты сопротивляешься, возникает проблема. Если ты сопротивляешься, тогда ты будешь восклицать, само твое существо будет восклицать: «Остановитесь, Бхагаван! Не так быстро! Я не поспеваю за вами!» Никто не спешит в таких делах! Кто хочет умереть.

А отбрасывание всех своих старых шаблонов — это большая смерть, большая, чем обычная физическая смерть, потому что при обычной смерти вы меняете только тело, вы меняете одежду. Ваши старые привычки, старые шаблоны мышления и ощущения сохраняются и в новой жизни, в новом теле. Это просто поверхностное изменение и ничего больше.

Обычная смерть — действительно обычная; это вряд ли даже и смерть. Она только соскабливает поверхность; она меняет вашу кожу, вот и все. Во всех других отношениях вы остаетесь тем же человеком: смерть за смертью вы остаетесь одним и тем же человеком.

Но смерть, которая происходит вследствие любви к мастеру, является абсолютной, бесповоротной. Это точка, за которой нет возврата. Вы не можете пойти назад, не можете впасть обратно в старые шаблоны снова; это становится невозможным. Вы вынуждены продолжать двигаться вперед. А ум, разумеется, вопит: «Остановитесь, Бхагаван!» Но поскольку я люблю вас, я не могу остановиться. Поскольку я люблю вас, я должен вас убить.

«Дорогая, — воскликнул пылкий обожатель, — позволь мне поглядеть на твое восхитительное лицо, и я куплю тебе соболиную муфту. Позволь мне подержать твою руку, и я дам тебе шарф из краснобурой лисы. Позволь мне поцеловать тебя, и я дам тебе норковую накидку. Позволь мне…»

«Остановись, — воскликнула девушка, — этого вполне достаточно!»

Да, Амитабх, много раз ты будешь восклицать: «Этого вполне достаточно!» Но я не могу остановиться. Я совершенно бессилен в этом отношении; не в моих силах остановиться. Я вынужден продолжать. Чем больше ты восклицаешь, тем быстрее я вынужден идти, так что скоро работа будет окончена.

Твое восклицание исходит из твоего ума. И твой вопрос значителен, потому что твое сердце ощущает радость и благодарность. Твой ум говорит: «Нет, остановитесь!» Твое сердце говорит: «Все, что происходит, является даром — тем самым даром, в котором я нуждаюсь, чтобы расти. Появляется ощущение, что все возможно. Благодарю вас, возлюбленный».

В твоем вопросе одновременно выразились два различных слоя, два различных плана твоего существа — голова и сердце. А часть тебя, поверхностная часть, которая боится смерти, — эго, ум — кричит, умоляет: «Остановитесь!» Именно благодаря этому поверхностному плану своего существа ты вновь и вновь уходишь отсюда. Конечно, ум очень хитер и он пытается найти оправдания. Если их нет, он может изобрести их; он очень предприимчив. Он может вызвать болезнь в теле, так что ты не будешь ни в чем винить ум. Что ты мог поделать?

Это происходит с Амитабхом по крайней мере три года кряду. Он приходит, приходит с большой любовью, а затем ум начинает разыгрывать трюки. И ум действительно разыгрывает над ним очень тонкий трюк: каждый раз по приходе сюда он начинает терять вес. И естественно, наступает момент, когда он начинает бояться потерять слишком много веса и приходит к выводу, что ему нужно уехать обратно.

Это умственный трюк. Если ты осознаешь его на этот раз, то ум окажется бессилен и не сможет ничего сделать. А оправдание таково, что никто не может обвинить тебя, ты сам не можешь винить себя. Это вполне естественно: раз тело начинает терять вес, тебе приходится уехать.

Нет никакой видимой причины, почему его тело должно терять вес, потому что Амитабх в Америке питается вегетарианской пищей и здесь он тоже ест вегетарианскую еду. Даже люди, которые на Западе не придерживались вегетарианской диеты, не теряют вес, когда приезжают сюда и становятся вегетарианцами. Поэтому вегетарианец, приезжая в Индию, не должен терять вес; этому нет никакой причины. Врачи не могут найти вообще никакой причины. Это что-то, связанное с умом; это трюк ума, его тонкая стратегия.

А ум должен проявить большую тонкость, потому что Амитабх питает ко мне огромную любовь. Однако как только приближается момент смерти, ум начинает тревожиться. Но поскольку Амитабх не станет слушать ум, уму приходится прибегнуть к помощи тела. А тело всегда подчиняется уму. Если ум захочет создать определенную болезнь, тело просто вынуждено подчиниться уму, сдаться уму.

Сейчас известно, что 90 % болезней созданы умом, определяются умом. Многие болезни, которые случаются здесь вокруг меня, более или менее созданы умом. Ты хочешь иметь настоящую причину, чтобы покинуть меня, и какая-нибудь мелочь здесь не сработает, потому что твоя любовь ко мне велика. Должно возникнуть нечто действительно опасное: твоя жизнь должна подвергнуться опасности, только тогда ты уйдешь.

С одной стороны, твой ум говорит. «Я не поспеваю. Остановитесь, достаточно! И двигайтесь медленно!» Однако существуют вещи, которые могут быть сделаны только внезапным ударом, одним махом. Чем медленнее ты двигаешься, тем они болезненнее. Лучше разрубить узел одним ударом меча, чем двигать меч очень медленно и понапрасну делать весь процесс болезненным.

Во-вторых, есть и другая сторона. Твое сердце говорит: «Это то, что тебе необходимо — тебе необходима смерть, потому что только после смерти возможно воскресение. Старое должно прекратиться для того, чтобы появилось новое». Ум должен отступить, чтобы сердце полностью овладело твоим существом.

Поэтому ты ощущаешь благодарность, ты ощущаешь радость, ты ощущаешь большую признательность. И ты понимаешь, что для твоего роста необходимо, чтобы все эти вещи — привязанность, стяжательство, страх смерти, неверие — были отброшены. Они уродливы. Они обступили тебя, они паразиты — они сосут из тебя кровь. Они не позволяют тебе быть свободным, они не позволяют тебе делать невозможное.

Однако в те редкие, кристально-ясные моменты, когда твое сердце берет верх, ты знаешь: «Появляется ощущение, что все возможно».