Чтение онлайн

Она высунулась в окно, посмотрела на светлеющее небо.

– Здесь окраина города. Никого, кроме коз и птиц. Я проверила, следов нет, значит, сюда не приходят, место надежное, и мы не привлечем внимания. Сейчас раннее утро, ветер дует от берега, лодки должны уйти в море. К вечеру схожу в город, поищу тех, кто сможет увезти нас на запад, и вернусь за вами.

Когда Шерон впервые увидела это море, то села прямо на горячий, мелкий, сахарно-белый песок и беззвучно заплакала.

– Все хорошо? – Бланка ступала с осторожностью и встала у нее за спиной, глядя на блики солнца на гладкой водной поверхности и не замечая их.

– Да. Конечно да. – Указывающая вытерла слезы тыльной стороной ладони, улыбнулась. – Я не была рядом с морем два года и соскучилась, хотя и ждала другого.

– Другого? – не поняла госпожа Эрбет, чуть склонив голову.

– Оно из сказки. Из книг, что я читала ночами в Нимаде. Из мира, в котором я никогда не должна была побывать. Лишь мечтать о неведомых землях и море, что не жестоко с теми, кто живет на его берегах. И теперь оно передо мной, но радости я испытываю мало.

– Обычное дело, – ровным тоном сказала Бланка. – Когда мечты исполняются, в них склонны разочаровываться. Твой муж ведь погиб в море?

– Воды вокруг Нимада жестоки, а Летос суровый край. – Она быстро поднялась и направилась к дому, слыша, как приятно шелестят волны, призывая остаться рядом.

Лавиани ушла не прощаясь, оставила после себя расстеленное и примятое одеяло, на котором валялась несколько часов, отвечая односложно и раздраженно. Затем и вовсе отвернувшись к стене. Настроение у нее было не самым лучшим.

Тэо спал. Это был странный, глубокий и болезненный сон, который прерывался раз в три дня лишь для того, чтобы он успел напиться и поесть. Все началось почти сразу после того, как Лавиани привела его в даират, и Шерон не знала, когда закончится.

Она многого не знала. Что случилось с акробатом за эти месяцы? Где он был? Чему смог научиться? Победил ли свою болезнь? Стал ли тем, кем должен стать? Как их нашел? Требовалось время, чтобы получить ответы, и она готова ждать.

Опустившись перед ним, девушка взглянула в кажущееся бескровным лицо и с грустью подумала, что он, как и она, изменился с момента их первой встречи. Исчез тот юный, наивный, веселый молодой человек. Черты сделались более суровыми. Резче и… жестче.

Он загорел, как и они все, скулы выступили под кожей, волосы отросли и начали кудрявиться, а глаза запали. И губы как будто истончились. Лишь когда акробат улыбался и в его светло-ореховых глазах появлялись знакомые искорки, Тэо становился прежним.

Шерон осторожно приподняла его голову, пристроила на коленях и не менее аккуратно напоила из фляги, стараясь не проливать воду. Бланка к этому времени вернулась, села прямо под осиным гнездом, слушая тихий гул насекомых, вылетающих на улицу через отсутствующее окно и возвращавшихся обратно.

Указывающая закатала рукав на левой руке Тэо, хмурясь, изучила прозрачную точно стекло кожу, алые жгуты мышц, искры, струящиеся по сосудам предплечья. Что же, гораздо лучше, чем полторы недели назад, когда из каждой поры сочилась густая, почти черная кровь.

Рубашку снимать сегодня не стала, зная, что там все без изменений: странная кожа захватывала предплечье, плечо и лопатку, а знак водоворота такой же четкий, как и всегда, но больше не меняется – остается таким, как она видела его последний раз в Шой-ри-Тэйране. Было еще одно изменение: рука канатоходца стала тоньше, словно немного высохла, пальцы – длиннее, а ногти на ней острее. Будто птичья лапа.

Когда на нем одежда и перчатка, это незаметно. Со стороны и не поймешь, что с Тэо что-то не так.

– Кто он? Что он такое? – Бланка подалась вперед. – Кроме того, что это ваш друг. Тэо. Циркач. И все прочее, что вы смогли мне рассказать. Кто он?

Шерон потрогала лоб акробата, чувствуя сухую и горячую кожу под подушечками своих пальцев.

– Его история очень долгая.

– Я знаю небольшую часть.

– Знаешь?

– Да. Он пришел в Тавер, город, где правил мой отец, и убил моего младшего брата.

Шерон резко повернула к ней голову:

– Если это шутка…

– Он убил моего брата. – Легкое пожатие плеч. – Так было. В другой моей жизни. Не веришь, спроси, когда он проснется. Иан Эрбет, так его звали.

Мгновение указывающая размышляла и сказала куда резче и жестче, чем хотела:

– Что ты намерена делать?

Ярел, словно ощущая настроение хозяйки, пошевелился в своем углу.

– С ним? – нахмурилась Бланка. – О… Понятно, о чем ты. Я любила своего брата, но отнюдь не Иана. Иан был капризным, заносчивым и чванливым ублюдком, мы не разговаривали годами. Отец хотел содрать с акробата кожу, я же не имею такого желания. Моя месть закончилась на Шреве и Сегу, они стоили ее. Он – нет. Так что я не буду делать ничего, ну или просто поинтересуюсь у него, что случилось в ту ночь. Поговорить ведь мы можем?

– Я не та, у кого надо спрашивать разрешения.

Указывающая все еще хмурилась, думая, к чему все приведет и что скажет Лавиани, когда узнает.

– Так кто он? Тэо не человек.

– Чем он отличается? – Виски ломило, и девушка поняла, что устала, так как не спала с прошлого утра.

– Люди состоят из нитей, акробат же – клубок, который нельзя распутать. Черные тяжи и золотые. На него иногда больно смотреть.

– Он асторэ.

Бланка потерла подбородок:

– Асторэ? Хм. Как та, что служит Горному герцогу?

– Возможно. Я не знаю.

– Я думала, эти существа уничтожены таувинами еще в прошлую эпоху и последние погибли, когда Тион победил и забрал магию из мира.

– Мир полон магии. – Шерон повторила знакомые слова, которые когда-то сказали и ей. Она взяла в руки неприятную книгу некроманта, расположилась напротив входа и, чтобы переменить тему разговора, попросила:

– Мне нужна твоя помощь, твой опыт. Здесь написано странное. Что великие волшебники самые большие лжецы в мире и не желают признавать очевидного о природе магии. Кажется, я неправильно понимаю значение слов.

– Что же. Давай посмотрим. Читай.

Зевут не был окружен стенами. К чему? Растянувшийся вдоль песчаного берега город являл собой не самое впечатляющее зрелище. Улицы узкие и грязные, с темными, провонявшими мочой переулками, с коричневыми домами из глины, дворами за высокими заборами и отнюдь не приветливыми жителями.

Кто-то из них работал на полях, кто-то искал удачи в море, а кто и сам ковал свою удачу, занимаясь делами не слишком праведными. Все как всегда. Все как везде. Лавиани повидала сотни таких мест, и они ничем не отличались друг от друга.