Чтение онлайн

Со слезами и ужасом рассказывали в моей районной амбулатории отцы и матери кокаинистов о тех омерзительных притонах на Хитровке и Трубе, откуда им приходилось извлекать своих детей. В настоящее время кокаинизмом особенно поражено молодое поколение. Аранович описывает сеть очагов в чайных, гостиницах в Невском, Спасском, Литейном и Московском районах, около Николаевского и Царскосельского вокзалов, служивших ему психологической лабораторией. Доступ в эту своеобразную среду довольно затруднителен. Сами кокаиноманы говорят о своих похождениях и «чумовой» жизни неохотно. Человеку всегда свойственно подыскивать объяснения своим слабостям. Кокаинисты говорят о преследовавших их в жизни неудачах, некоторые были «непонятными натурами» и т. п.

Мой больной Д. очень обиделся, когда я заметил ему, что он ворует чужие вещи. Он берет только вещи родных, которые все равно перейдут ему по наследству. Свое новое пальто он продал, чтобы дать 400 руб. нуждающемуся товарищу, правда, пожалуй, деньги можно было достать другим путем, остальное пошло на кокаин. Он неудовлетворен своей жизнью, работой.

Талантливая актриса и поэтесса П., доставленная ко мне на экспертизу следователем, нюхает кокаин, потому что разочаровалась во всем, — в искусстве, которое она любила, в мужчинах, к которым чувствует отвращение, наконец, в самой себе. Родные находят ее раздетой, пронюхавшей все в одном из притонов на «Трубе». Дело возбуждено о ней потому, что, будучи «занюханной», она подписала какой-то протокол и потом, безо всякой нужды, на суде отказалась от своей подписи [33] .

Вопрос о кокаинизме и способах борьбы с ним подробно дебатировался на Первом съезде психоневрологов в Москве по докладу д-ра Г. М. Гуминера из психиатрической клиники з-го университета и Преображенской больницы. Докладчик показал большую серию больных. В качестве необходимых мер борьбы он предлагал: 1) лечение кокаиноманов, 2) стремление заменить в медицине кокаин другими подходящими медикаментами, чтобы сделать его менее доступным, 3) широкую агитацию и санитарное просвещение масс, 4) обдуманные репрессии, 5) международные меры контроля над производством и торговлей кокаином.

Для лечения кокаиноманов необходимо создание сети специальных учреждений, так как помещение их в психиатрические больницы не всегда удобно и желательно. Как и в борьбе с алкоголизмом, главное внимание должно быть уделено профилактике, оздоровлению почвы, на которой растет кокаинизм, нездоровой жизни наших больших городов. Репрессии, конечно, могут быть направлены только на фабрикантов и торговцев кокаином, а не наркоманов. Громадный опыт наказаний потребителей, до угроз смертной казнью применявшихся на фронтах, не дал и не мог дать ощутительных результатов. Самое большое внимание должно быть уделено организации международных мер контроля над производством и торговлей кокаином.

В одном Нью-Йорке насчитывают сейчас более 300.000 наркоманов, из которых около 10.000 хорошо известны полиции и являются привычными рецидивистами. В Париже, по некоторым расчетам, их не меньше, столько же почти в Берлине и Лондоне. До войны 8о% наркотических средств шло из Германии. Наши кокаинисты постоянно разыскивают и считают наилучшим кокаин фирмы Мерка. Места сбора растения, обработки известны, и безобразие спекуляции этим чрезвычайно коварным ядом должно быть устранено. В этом заинтересовано все человечество.

Эпиграф к антологии взят из стихотворения поэта и журналиста «русского Китая» Н. В. Петереца (1904–1944) «Любовь — нить» (1932). В оформлении обложки использована работа С. Лукашева «Морфинист» (Харбин, ок. 1920). На фронтисписе — литография Э. Грассе «Морфиноманка» (1897).

Публикуется по авторскому сборнику Гашиш и другие новые рассказы (СПб., 1905). Орфография и пунктуация приближены к современным нормам.

А. Н. Мошин (1870–1929) — писатель, журналист, литературовед, краевед. Родился в Великих Луках, где окончил реальное училище. Позднее жил и работал как литератор в Москве и Петербурге; много путешествовал, встречался с Л. Толстым, А. Чеховым, Ф. Шаляпиным. С 1911 г. жил в Великих Луках. Автор книг «Древние псалмы Псковского края» (1911), «Легенды Великих Лук» (1915), очерков, сборников рассказов и т. д.

Публикуется по изд.: Индийские сказки. Сборник сказок для детей среднего возраста. Сост. по разным источникам О. М. Кор-жинской (СПб., 1903). Орфография и пунктуация приближены к современным нормам.

О. М. Коржинская — детская писательница, переводчица; публиковалась в 1900-1910-х гг.

Публикуется по авторскому сб. Дальние молнии (Пг., 1916). Орфография и пунктуация приближены к современным нормам.

Рассказ С. М. Городецкого (1884–1967) — поэта, прозаика, драматурга, переводчика и, что немаловажно, литературного соратника Н. С. Гумилева, является свидетельством распространенности эфиромании в богемной среде Серебряного века и представляет собой неизученную параллель к рассказу Гумилева «Путешествие в страну эфира» (см. ниже).

Впервые в журн. Аргус, 1913, № 4 (апрель). Публикуется по этому изд. Орфография и пунктуация приближены к современным нормам.

Сведениями об авторе мы не располагаем; возможно, это псевдоним.

Рассказ писательницы, поэтессы, драматурга, звезды дореволюционной и эмигрантской юмористики Тэффи (Н. А. Лохвицкой, в замуж. Бучинской, 1872–1952) был впервые напечатан в авторском сборнике Вчера (Пг., 1918), позднее в парижской газ. Возрождение (1927, № 663, 27 марта) с подзаг. «Из ужасов современной жизни». Публикуется по Собранию сочинений Тэффи (М., 1998–2005, т. з).

Впервые: Биржевые ведомости, 1916, № 15711, 31 июля (утренний выпуск). Публикуется по Собранию сочинений (М., 1998–2007, т. 6).

Как указывают комментаторы указанного Собрания, «личный, автобиографический опыт Гумилева лежит в основе рассказа <…> — он сам, безусловно, не раз испробовал действие эфира». Так, 8/21 января 1907 3. Н. Гиппиус писала В. Я. Брюсову, что Гумилев «нюхает эфир (спохватился)» В записях П. Н. Лукницкого (1925) сохранилось следующее свидетельство А. А. Ахматовой:

«Я говорю, вспоминая сообщения Зубовой, что благородство Николая Степановича и тут видно: он сам курил опиум, старался забыться, а Зубову в то же время пытался отучить от курения опиума, доказывая ей, что это может погубить человека.

АА по этому поводу сказала, что при ней Николай Степанович никогда, ни разу, даже не упоминал ни об опиуме, ни о прочих таких снадобьях, и что если б АА сделала бы что-нибудь такое — Николай Степанович немедленно и навсегда рассорился бы с нею. А между тем, АА уверена, что еще когда Николай Степанович был с нею, он прибегал к этим снадобьям. АА уверена, что Таня Адамович нюхала эфир и что “Путешествие в страну Эфира” относится к Тане Адамович».