Чтение онлайн

– Потом Амиран накрыл меня своим плащом, сел на пол у кровати и просидел так до рассвета, - Этель вздохнула и отложила куклу обратно под елку.
– Я не помню, как он ушел… И не знаю, зачем вам сейчас об этом рассказываю.

В коридоре послышались шаги, и в гостиную вошли артефактор и принц. Амиран был бледен до мертвенной синевы, но лекарство, судя по всему, пошло ему на пользу, во всяком случае, взгляд его высочества был ясным и ироничным. Увидев, что места рядом с Этель нет, Амиран вздохнул и сел в ближайшее кресло.

– Вам лучше?
– поинтересовалась Этель, старательно избегая смотреть в его сторону.

– О, гораздо, - ответил Амиран.
– Ваше зелье творит чудеса. Я вполне готов отправляться в путь, - он повернулся к Алите и спросил: - Куда едем?

– В хранилище артефактов его величества. Там есть специальный отсек, посвященный работам Бьорка Бьоллы, - сказала Алита.
– Мне он нужен полностью. Весь.

Амиран некоторое время пристально смотрел на нее, словно не понимал, что ей нужно, а потом от души рассмеялся и произнес:

– Это невозможно, дорогая миледи, - все присутствующие вопросительно посмотрели на него, и Амиран объяснил: - Вынести целый отсек без прямого распоряжения его величества не сможет никто. Войти туда - да, я могу. Раздобыть вам какую-нибудь мелочь - тоже могу. Но груду документов и артефактов… нет.

– Скопировать и вынести копии? У меня есть одна разработка… - предложил Хариндер. Алита поймала себя на мысли о том, что испытывает к нему молчаливую благодарность - за то, что он делает вид, будто минувшей ночью ничего не случилось. Можно было верить, что все по-прежнему.

– Я подумал об этом, - признался Амиран и машинально прикоснулся к свежей ссадине на носу.
– Но заклинания хранилища блокируют любую магию. Так что увы. Конечно, я могу прочесть эти бумаги и пересказать своими словами, но полагаю, это вас не устроит.

Некоторое время все смущенно молчали. Служанка бесшумно внесла поднос с кофе и блюдом легкой выпечки, но к еде никто не притронулся. Наконец, Этель подала голос:

– Принесите их, Амиран. Бумаги и артефакты Бьорка Бьоллы. И я обещаю, что подумаю над тем, что вы мне сказали вчера на балу.

И, кажется, впервые с момента появления Амирана в квартире она посмотрела ему в глаза. Принц задумчиво улыбнулся и проговорил:

– Что ж, Файшан… Это меняет дело.

– То есть ваш хозяин настолько сильный маг, что умеет открывать ворота между мирами. Но при этом у него не хватает возможностей отследить таких, как я и Хельга. Я правильно понимаю?

Неожиданный вопрос поставил Вадима в тупик, и Лефевр обрадовался этому сильнее, чем ожидал. Соглядатай, присланный Знаменским, появился в квартире ранним утром, когда Хельга еще спала, а Лефевр пролистывал новостные сайты в смартфоне. Вадим привез пакет с продуктами и принялся заполнять и без того набитый холодильник. Сейчас же они сидели за кухонным столом, доедали довольно вкусный омлет с ветчиной и овощами, состряпанный Вадимом, и говорили о каких-то пустяках - ровно до того момента, когда Лефевр нанес удар.

– Банальная полицейская розыскная метода, - лениво продолжал Лефевр, размеренно помешивая чай. Хельга смотрела на него с нескрываемым удовольствием: ей очень нравилось наблюдать, как опускают прислужника Знаменского.
– Я бы состряпал простенькое заклинание, вроде Колобка, и отпустил его кататься по белу свету. Наткнется на нужный объект - подаст сигнал. Останется прийти и забрать.

Вадим исподлобья взглянул на Лефевра и переспросил:

– Колобка?

Лефевр одарил его самой очаровательной улыбкой, на которую был способен.

– Булочка такая. Из сказки.

Вадим промолчал. Отхлебнул чая.

– Одним словом, простейшая вещь, которую ваш хозяин по какой-то причине не может сделать, - припечатал Лефевр.
– Силенок не хватает. И я почему-то должен верить, что он откроет мне врата?

Вадим поджал губы. То ли он был туповат, то ли не имел внятных инструкций на этот счет.

– Я думаю, что вы собираетесь меня обмануть, - произнес Лефевр.
– Один раз вы застали меня врасплох и просто сбили массой. Но уверяю, снова так поступить не получится, и ваш хозяин прекрасно это понимает. А раз так, то сейчас мы допиваем чай, искренне благодарим вас и господина Знаменского за стол и квартиру и прощаемся. Раз уж он не способен создать отслеживающее устройство, то меня тем более не остановит.

В глазах Вадима мелькнул отчетливый красный огонек. Лефевру это не понравилось. Он почувствовал, как шевельнулись волосы на затылке и дрогнули пальцы, готовые к броску заклинания, если Вадиму вдруг вздумается напасть.

– Знаменский, ах, Знаменский… - промолвил Вадим с какой-то голодной тоской.
– Вы видите, кто я, Огюст-Эжен?

Лефевр только руками развел. У него были подозрения насчет холуя Знаменского, но пока он предпочел их не озвучивать. Иногда лучше слушать и делать выводы.

– Я умер почти сразу же после того, как вернулся из Чечни, - сказал Вадим.
– Девяносто четвертый год. Вам рассказать в деталях о том, что там со мной делали?

Глаза Хельги испуганно округлились, и она прижала ладонь ко рту, словно пыталась удержать возглас ужаса. Лефевр равнодушно пожал плечами.

– Я-то человек привычный, но девичьи уши лучше пощадить, - сказал он.
– Были в плену?

Вадим отвел взгляд, и мазки красного свечения медленно угасли. Должно быть, воспоминание о пытках, землянке, в которой его держали вместе с товарищами, голоде и вшах, отступило и больше не причиняло страданий.

– Был, - негромко произнес он.
– Мать квартиру продала, чтобы меня выкупить. А я все равно потом сдох… Здоровья не хватило. А потом пришел Знаменский, и вот я сижу тут с вами.

Лефевр понимающе кивнул.

– Лучше, чем в яме. Где сейчас ваша мать?

Вадим протянул руку и взял из вазочки печенье, но есть не стал - задумчиво разломил на две части, выковырнул изюминку из большего кусочка и равнодушно произнес:

– Умерла в прошлом году. Инсульт. Знаменский хотел ее поднять, я отказался, - Вадим сделал паузу и сказал: - Он умеет поднимать мертвых. Открыть эти ваши ворота для него - тьфу и под столом растереть. Но я не знаю, почему он не хочет искать таких, как вы, собственноручно. Мне он не отчитывается. Я ответил на ваш вопрос?

Лефевр доброжелательно улыбнулся и кивнул. То, что обычно молчаливый Вадим так разговорился, было маленькой победой.

– Да, - промолвил он.
– Да, ответили. Знаменский сделал вас упырем, правильно?

Губы Вадима дрогнули, сжимаясь в тонкую нить, и тотчас же расслабились. Похоже, Лефевр задал ему некорректный вопрос, и Вадим несколько мгновений размышлял, нанести ли наглецу удар или оставить так.

– Упырей не бывает, Огюст-Эжен, - голос Вадима прозвучал натянуто, словно тот врал и отчаянно пытался скрыть, что врет.
– Моя пища не кровь, а посмертный выброс энергии. Много не надо.