Берега ярости
Шрифт:
И вперед, в вакуум.
От носа «Мей-Лу» я отплыл неспешно. Корабль тут же начал меня обгонять. Пара гравитационных тяжей, закрепленная на поясе скафандра, мягко тянулась, не мешая дрейфовать в сторону.
Выступ, под которым пряталась капитанская рубка, проплыл мимо. Потом потянулась верхняя часть фюзеляжа.
Багряный язык плазменного выброса уже не казался полотнищем – густой кровавый туман, игравший волнами и яростными темно-алыми складками, надвигался на «Мей-Лу» исполинской стеной. Горевшая багровым плотина стояла уже близко, нависала над головой, казалось, руку протяни и коснешься.
И хоть я знал, что ощущение близости лишь иллюзия, вызванная гигантскими размерами, все равно под ложечкой что-то дрогнуло.
Вейдул был прав, говоря, что мы только-только успеем проскочить. Может, из-за этого «Мархаузен» не спешит к своим на помощь? Кстати, где он?
Я шевельнул левой ладонью, разворачиваясь. Как сказала Вир, на шести с половиной часах от носа…
На шести с половиной часах от носа была лишь чернота, утыканная редкими звездами. Подчеркнутая снизу багровой дугой Оноры, на фоне которой плыла корма патрульника, а следом за ней метка челнока.
Я распорядился:
– Где-то тут, в ста двадцати восьми тысячах километров, должен болтаться вогеймский крейсер. Найти, укрупнить и показать.
Исполнительный комп, как всегда, не подвел – отыскал и укрупнил так, что силуэт «Мархаузена» с трудом поместился на экране. Чернота космоса исчезла, заслоненная титановыми обводами.
Я прищурился, хотя картинка и так висела перед самым моим носом. Показалось или нет, но по одному из скосов ближайшей ракетной плоскости ползла какая-то черточка. Похожая на муравья.
Вот только в космосе муравьи не водятся. И размеры, если сравнивать с самим кораблем, не муравьиные. Далеко не муравьиные…
– Увеличить. – Голос вдруг дрогнул. – Ближайшую ко мне ракетную плоскость, раз этак в десять.
Косой угол плоскости дрогнул, увеличился в размерах.
– Ещё. – Потребовал я.
Хотя уже видел, что принял за муравья пару черных существ, поразительно похожих на черных иномирян с Турании. Спавших в глубинах подземной базы.
Конечности существ быстро двигались. Если я не ошибался, и глаза вместе с электроникой меня не обманывали, иномиряне ползли по обшивке, непонятно за что цепляясь. Двигаясь по направлению к люку крайней ракетной шахты.
Без скафандров, даже без дыхательных масок…
Я судорожно сглотнул и сделал глубокий вдох.
Смотрел ли я на свое будущее? Возможно, мне предстоит стать таким же, как они. Способным на многое, не нуждающимся в скафандре, ударом ладони ломающим панцири, которые до этого не брал импульсник.
Потом я вспомнил существо, которое встретил у входа в шахту.
Оно не пыталось убить меня. Только заразить. Я же в ответ прикончил его, забрал с собой тело и потом наблюдал за тем, как его разделывают на части.
А с другой стороны, это существо уничтожило мое будущее. Безвозвратно. Отныне меня никогда не пустят ни на один корабль Космофлота – разве что в качестве опасного груза, в непроницаемом санитарном контейнере. Младшего лейтенанта Потапова уволят в запас по состоянию здоровья, которое уже никогда не поправится. А потом будут очень долго это здоровье изучать.
– Осмотреть весь корпус корабля с увеличением. – Тихо сказал я. – Искать такие же… таких же ползунов, что у меня перед глазами.
Кадр перед глазами дрогнул, сменился другим. Ещё одно существо, теперь уже в гордом одиночестве, ползло по носовой обшивке, рядом с фермами ажурного кожуха генератора свертки. Взмах длинной, неестественно гибкой руки, посверкивание непонятно чего на титановых плитах обшивки – и существо исчезло, словно бы вдавившись внутрь корпуса…
Значит, «Мархаузен» не просто так замер в отдалении. С базы пришла абордажная команда, и его атакуют прямо сейчас. Однако как на него попали шипастые парни? Не пешком же по вакууму притопали?
– Вызов «Черне». Спроси, не появлялись ли какие-нибудь корабли рядом с вогеймским крейсером? Возможно, что-то мелкое, похожее на спасательную шлюпку?
Ответ пришел секунды через четыре.
– Наши приборы ничего не зафиксировали. А что такое?
– Да так. Конец связи. Компу скафандра – вернуть картинку с двумя ползунами.
Перед глазами снова возникла парочка, успевшая к этому времени добраться до люка. Сверкнуло, и первое существо исчезло, словно растворилось в титановом покрытии люка. Потом и вторая черная фигура просочилась внутрь шахты.
– Уходи. – Мягко сказал вдруг чей-то голос в наушниках. – Уходи, для тебя ещё рано.
Я напрягся. Это был не комп – металлический тембр стандартной матрицы ни с чем ни спутаешь.
– Чье сообщение сейчас было? – Внезапно охрипшим голосом спросил я. – Вот только что, не больше двух секунд назад?
По коже в ожидании ответа поползли холодные мурашки. Я почти угадывал ответ. Угадывал и боялся. Пауза затягивалась…
– Последнее сообщение было получено восемь секунд назад. – Наконец ответил комп. – Отправитель – «Черна». Повторить текст сообщения?
– Не надо.
Я замер, не сводя глаз с ракетной плоскости. Может, мне послышалось? Слуховые галлюцинации после вирусного поражения, от которого по телу пошли шипы – вещь почти нормальная…
Гравитационные тяжи несильно дернули за пояс и потащили вверх, вслед за «Мей-Лу». Значит, выбрана вся их длина, пора бы возвращаться. И картинку, заслоняющую обзор, нужно заменить на круговую панораму.
– Поиск по слову. – Упрямо сказал я. – Искать сообщение, в котором есть фраза – «уходи, для тебя ещё рано».
На это раз комп откликнулся быстро:
– Искомая фраза не обнаружена.
Или мне и впрямь почудилось, или…
– Убрать картинку с кораблем. – Распорядился я после некоторой заминки.
И потянулся к поясу, чтобы активировать тяжи.
В глаза вдруг брызнуло ярко-оранжевым светом, ослепляющим, напряженным до того, что на краткую долю мгновения я даже ослеп – а когда зрение вернулось, свет не было. Вместо него чернел открытый космос, пылал у меня под ногами край Оноры, и плыл по этому багровому морю силуэт челнока. Комп убрал картинку с вогеймским крейсером, как ему и было велено…