Чтение онлайн

— Я вот подумал… Новый год этот по-особенному надо встретить. Не как все. Вот. Приглашаю вас на бал… Чтобы как в сказке… Вот.

Наташа всплеснула руками:

— Бал?!

— Ага. Говорят, как встретишь, так и проведешь, так, может, давайте потанцуем? Чинно, благородно? Кадрили всякие.

На открытом взгляду кусочке пригласительного билета Наташа успела прочитать «…в стиле Викторианской эпохи. Дресс-код…»

— Но у меня же нет такого платья, — растерянно пробормотала Наташа.

Кавалер, которого никак нельзя было представить отплясывающим вальс или грациозно делающим па в менуэте, был готов и к этому. Он, словно фокусник из цилиндра, извлек из кармана пластиковую карточку:

— Так это понятно, не в царские ж времена живем. Вот.

— Что это?

— Их же, аренда маскарадных костюмов и всяких платьев. Входит в стоимость пригласительного. Не волнуйтесь, полцены профсоюз оплачивает, в порядке, так сказать, культурного развития коллектива. Вот.

Наташа не знала, что ответить. С одной стороны, бал — разве это не чудесно? Какая женщина не мечтает побывать на балу? С другой, не даст ли она лишнего повода надеяться Юрию Васильевичу? И обижать его не хотелось, он был так трогателен в своем смущении. Потому она лишь сказала правду:

— Но как же дедушка? Останется один?

— Кхе-кхе, — снова закашлялся визитер. — Так с ним можно старый год проводить. И вообще бал тут совсем рядом, напротив Театра Юного Зрителя. Два квартала вверх до площади, и пожалуйста. Не понравится или устанете, домой можно.

— Не знаю, право, — покачала головой Наташа, — это так внезапно. Отчего-то к балу я совершенно не готова.

— Вот и подготовьтесь. Чего сразу ответ давать? Подумайте, — поторопился предупредить отказ Юрий. — Я вам вечером позвоню. Решитесь, счастлив буду. Ну а нет, значит, нет. Без обид, вы не подумайте, вот. Но все-таки надеюсь, что скучать вам дома не захочется.

— Чего хотел-то жених? — выглянул из комнаты дедушка, словно только и ждал, когда за Юрием закроется дверь.

— На бал приглашает. Только я не пойду. Разве я брошу тебя одного на праздник?

— А чего мне тот праздник? — возмутился дед. — Президента посмотрю, голубой огонек немножко и спать. Новый год — старый, чего я не видел? Девяносто раз уже встречаю. Иди давай, если хочется.

Наташа задумалась: в ее воображении рисовался другой партнер к танцам, но то были лишь фантазии. Возможно, наступило время для компромиссов?

Будто уловив ее сомнения, позвонила Олька.

— Натали, на бал собираешься? — задорно, с бандитским подхрипом спросила она.

Наташа рассмеялась:

— Ну конечно, кто это еще мог быть? А я уже ахнула, неужели сам придумал?

— Нет, ты же заказывала сказку?

— Пожалуй, это была не «Машенька и медведь», — хихикала Наташа.

— А зря, нынче мультик про Машу с беднягой медведем миллионы просмотров на Ютубе набрал, доча сказала. Даже американцы смотрят. И потом это же «Маша» в бальном платье, так что практически Золушка.

— Тыква и крысы прилагаются? — продолжала хохотать Наташа.

Олька тоже засмеялась и только сильнее раскашлялась.

— Ой, давай я лучше тебя навещу? Зачем мне бал, когда лучшая подружка болеет? — заволновалась Наташа.

— Угу, щас! Предлагаю сейчас же выключить режим матери Терезы и вернуться к Золушке. Я там тебе вконтакте с их сайта платья поскидывала, что мне понравились. Хоть повыбирала тебе, и то приятно. А то сижу тут в пижаме и шарфе колючем под самые уши.

— Олечка…

— Ничего не хочу слушать! Не вредничай! Жду фотку в выбранном платье. Контора от тебя в двух шагах, между прочим.

— Ладно, — сдалась Наташа. — Схожу.

Тридцать первое в Краснодаре выдалось туманным, вполне подходящем настроению Игоря. В офисе никто не работал, все только создавали вид деятельности. Алкоголем разило от подчиненных с розовеющими носами, от одноразовых кофейных стаканчиков, забытых на столике рядом с шоколадом родной фирмы и треугольниками пиццы в больших коробках. Коллеги кучковались у кофе-машины. Калганов и сам был не прочь выпить, чтобы заглушить мысли. Но политика компании спиртное на рабочем месте запрещала, а он тут как никак лицо главное и за всех ответственное, приходилось терпеть. Поэтому Игорь притворялся, что не замечает возлияний и накачивался только кофе.

В час дня он распустил всех после своей почти президентской поздравительной речи под искусственной елочкой у ресепшна и вручения корпоративных подарков. Заглянул к основному партнеру. На складах и в кабинетах компании «Леарис» на той стороне Кубани уже вовсю веселились. Калганов поприсутствовал для галочки, был поздравлен, и распрощался. Но домой не поехал.

Кружил по городу бесцельно, зашел в продуктовый. Слушая и повторяя почти на автомате диалоги из «Иронии судьбы», он поглядывал на экран телевизора, ловил взглядом знакомые моменты и скупал все, что под руку попадало: баночку красной икры, сайру, омыватель, макароны, освежитель воздуха, мыло, соки, нарезку копченой колбасы, мидии и оливки, багет, мандаринов килограмма два и манго. Сгреб зачем-то с полок упаковки конфет: шоколадных на любой вкус, леденцов и драже. Только складывая покупки в пакеты у кассы, Игорь задумался, зачем все это?

Сгрузил пакеты в багажник, кроме сладостей. Не сдавать же обратно! Потом разворачивая фантик за фантиком, Калганов отправлял конфеты в рот, заедая их приторность и посторонние мысли мандаринами. Он снова принялся кататься по улицам, разглядывая чужие жизни.

Мерзко было чувствовать себя сволочью. Пусть у него не было особых обязательств перед Снежаной, но они все-таки жили вместе. Она не виновата в его внезапном «недуге», — думал Игорь. Портить праздник ей было совестно, он не стремился играться чувствами других людей «хочу-не хочу». Калганов решил терпеливо выждать, пока перебесится, ведь должен же он был перебеситься! Не юнец, и не дурак, вроде. Наоборот, почти дедушка…

Игорь припарковал автомобиль, прошелся по улице Красной, разряженной, как барышня к маскараду. Люди сновали туда-сюда, люди гуляли под музыку из динамиков. Молодежь гоняла на велосипедах и роликах, с рюкзаками за плечами и наушниками в ушах. Ворковали голуби у скамеек, обнимались парочки. Игорь завистливым взглядом воровал их блаженство и, усовестившись, торопился пройти мимо. Вспоминал сообщение из Фейсбука, отмахивался и ругал себя последними словами за желание залить полный бак и одним махом покрыть триста километров. И каждую фантазию обрывал грубо вопросом: «Чтобы что?»

Нерешительно прогуливаясь мимо вешалок и манекенов в салоне на первом этаже невзрачной хрущевки, Наташа изумленно замечала черные платья в кружевах, вполне подходящие для романтической ведьмы; средневековые котты с бархатными вставками, будто украденные из гардероба прекрасной дамы для рыцаря без страха и упрека; наряды ангелов с обвисшими крылышками. Обилие рюш и бантиков напомнило ей пасторальные сюжеты картин Франсуа Буше. Удивляли новые туалеты на кринолинах вместо ожидаемых изрядно пользованных костюмов, какие Наташе доводилось видеть в гримерках театра драмы. Туда еще подростком она проникала с замирающим сердцем благодаря дяде писателю, сторожащему ночами спокойствие Мельпомены и младших Муз. В салоне платья в полиэтиленовых чехлах не пахли театральной пылью или лавандой от моли.