Чтение онлайн

Кирилл снова обвивает талию рукой, притягивает меня к себе, прижимается плотью, скользнув между ягодицами и я прикрываю глаза. Не смотрю больше на нас, боюсь взорваться от одного лишь вида наших тел, которые ещё никогда не были так тесно прижаты друг к другу.

Он тянет меня за волосы назад и с силой разворачивает голову.

— Не отводи взгляд от нас, Яна. Только не отводи взгляд.

Он всё ещё удерживает меня за талию одной рукой, которой вдавливает в свою грудь. А другой проскальзывает между ног. Шумно втягивает в себя аромат моих волос, когда ощущает насколько я влажная.

Размазав смазку на пальцах, он берётся за основание члена и водит им по моим губкам вперёд-назад, растирает ту влагу, которая сочится из меня.

Он резко наваливается на меня, чтобы я упала на живот. Хлёстко шлёпает по ягодице, а потом ещё раз, заставляет вскрикивать. Хватается обеими руками за мои бёдра, вонзается пальцами в кожу.

— Не так быстро, Кирилл, — роняю всхлип, замираю, лбом упираясь в матрас.

Я хочу, чтобы он поцеловал меня, но он будто бы нарочно поставил меня на колени, чтобы избежать прелюдий. Чёртов наглец.

— Расслабься, и просто наблюдай. Ни слова больше не говори. Не нужны слова.

Руки трясутся, я поджимаю губы.

Ни слова больше не говоря, он раздвигает мои ягодицы и таранит меня, войдя до самого конца. Проскальзывает так глубоко, что я зажмуриваюсь и кричу от смеси резкой боли и удовольствия. Прикусываю кожу на руке, что есть сил сжимаю пальцами простынь, но не могу удержать поток слёз, брызжущих из глаз.

По всем соображениям, мне должно быть больно. И мне больно, нестерпимо больно, но в то же время я была готова к ней. Я ждала эту боль и теперь наслаждаюсь ею. Она топит меня с головой. Не могу пошевелиться. Я достаточно сильно напряжена. Кажется, что ещё немного и меня разорвёт на куски, я взорвусь на мельчайшие частицы.

Кирилл толкается в меня с резкостью, с жестокостью. Снова и снова. Каждый его последующий толчок проникает в меня всё глубже и глубже, задевает мои оголённые нервы.

Он издаёт протяжный стон, наваливается на меня сильнее. Я откидываю голову назад, но не могу посмотреть на него. Встречаюсь только с его учащённым дыханием, которое обдаёт мою шею. Он накрывает руками мои ладони, надёжно захватив тело в тиски. Я беспомощна, я стала его мишенью.

Поцелуй меня, сделай всю меня своей, — как заведённая повторяю про себя.

Я кусаю губы, когда он берёт мою руку, продолжая толкаться своими бёдрами навстречу моим.

Он накрывает моей же ладонью клитор и массирует его, не касаясь. Я мычу от удовольствия. Почувствовав влажную набухшую плоть кончиками пальцев, я содрогаюсь от пульсации.

Кирилл прижимает прохладные губы к моей коже на спине, ведёт ими линию от левого плеча к правому, зубами покусывает кожу, на каждый его резкий толчок, а потом вдруг замирает.

Выскальзывает из меня.

Я не успеваю проследить в зеркало за тем, что могло случиться, поскольку он резко разворачивает меня на спину.

С широко раскрытыми глазами он смотрит на меня и не моргает. Его немигающий взгляд в перерез моему умоляющему. Кирилл ведёт внутреннюю борьбу и я практически уверена, что победит в этой неравной схватке наше общее желание.

— Что случилось? — спрашиваю я, жадно глотая воздух. Он заторможенно качает головой из стороны в сторону, а потом громко поминает чёрта, чем ещё больше удивляет меня. — Кирилл?

Он моментально реагирует на мой голос. Смотрит на меня с трепетом, что немного несвойственен ему.

Пройдясь шершавыми ладонями вверх по моим ногам, он разводит колени в стороны. Наклоняется и нависает надо мной, удерживая свой вес на руках. Его губы напротив моих. Глаза в глаза.

Что могло измениться?

— Глупая, какая же ты глупая, — шепчет он, касаясь моих губ. С сожалением выдыхает, как будто я приношу ему одни только страдания.

А затем он атакует мои губы своими. Берёт контроль над нашим первым поцелуем, который напрочь сносит крышу, ещё до того, как я подумала о его губах и о том, как хотела бы ощутить их вкус.

Его губы двигаются грубо, напористо и требовательно. Этим самым он хочет, чтобы я последовала его же примеру. Брала его с таким же напором, с жаром. Я проталкиваю язык в его рот и тону в глубоких чувствах, а следующее что я чувствую — как твёрдый член проникает в меня. Как он наполняет меня сантиметр за сантиметром. Осторожно и плавно.

Мой рот непроизвольно приоткрываются на каждое его аккураное движение. Я ловлю его дыхание, а он мои стоны. Я задыхаюсь от них, от поцелуев, но я лучше сдохну, чем позволю этому прекратиться.

Тела наши становятся липкими от пота, я беру на себя смелость запрокинуть руки на его спину и вжать в себя сильнее, чтобы каждой клеточкой тела ощутить его приятную тяжесть, насладиться ароматом и безумством, которым мы оба наделены с этого дня.

Границы все стёрты, рамок больше нет. Мы оказались за чертой, которую сами же провели. Больше нет никакой дружбы. Есть только я и он. И наше дыхание в унисон.

В какой-то момент ощущаю как напрягаются его мускулы, как дрожат его ноги. Он замедляет темп, а потом кончает, задрав голову кверху и издавая гортанный стон.

Рухнув на моё тело, его член выскальзывает из меня. Позволив себе отдышаться, он приподнимается слегка, удерживает вес на руках.

Я прикрываю глаза, жду пока сама восстановлю дыхание, и через несколько минут осознаю, что он так и нависает надо мной, не сводя с меня серьёзного взгляда.

— Что такое? — спрашиваю я, и не надеясь, что он что-то ответит.

— Да так, — пожимает плечами, улыбнувшись уголком губ. — Наверное, показалось.

— Что именно?

Он качает головой, скатывается с меня на постель, так и оставив меня без ответа.

Лишь где-то посреди ночи, я снова слышу его тихий и ровный голос. Слышу, потому что не могу позволить себе уснуть. Ведь он обнимает меня, прижимает к своей груди. Так тесно, что я могу почувствовать биение его сердца.

— Этого больше не должно повториться, — говорит он, касаясь губами затылка. — Мы совершили ошибку.

А потом он разворачивается от меня на другой бок. Безжалостно лишает своего тепла, к которому я успела привыкнуть.

Я молчу. Тихо глотаю слёзы до самого утра, чтобы не разбудить Кирилла.