Чтение онлайн

Хотя бы чуточку, но меня отпускает. Будто легче становится. Ведь я высказалась подруге. Все-таки молчание – не самый лучший выход. Нужно хотя бы иногда опустошить душу близкому тебе человеку, что я и делаю в данный момент.

– Успокойся, дорогая. Все будет хорошо, – шепчет Арина.

– Пойдем в кухню, – прошу я ее. – Не хочу, чтобы Эмилия стала свидетелем нашего разговора. Да и в таком виде чтобы она меня увидела – тоже не хочу.

– Дочка не зайдет сюда, Дилар. Она не так воспитана. Дождется нас на кухне. Но мне нужно ее накормить. Мы прямиком сюда приехали. Она в школе ведь была. Не дозвонилась до тебя, начала переживать.

– Все со мной будет замечательно, – заверяю подругу. – Я начну все заново. Как ты тогда, помнишь, после того как Эмиль исчез с горизонта. Справлюсь, – убеждаю скорее себя, чем Арину.

– Прекрасно. А теперь давай в ванную, умойся. Ты наверняка тоже голодная. Приготовим вместе ужин. У меня все хреново на самом деле, как и у тебя. Расскажу, как с уроками Эмилии закончим.

Арина умеет поднимать настроение. Я вырубаю мобильник и, чтобы не тревожить себя лишними мыслями и не лезть в социальные сети, то есть на страницы Камиля, прячу телефон как можно дальше.

Еда готова буквально через полчаса, даже чуть меньше. Ужинаем мы, смеясь, благодаря моей подруге, которая находит позитивную тему и воодушевленно рассказывает, как парень перепутал ее со своей девушкой и чуть ли предложение не сделал при людях. Нет, это, я так понимаю, выдуманная история, но как же смеется маленькая Эмилия от рассказа матери.

Так уютно рядом с ними. Арина мне как родная сестра, а ее дочь моя маленькая принцесса. Своего ребенка я любила бы настолько же сильно, как люблю Эмилию. Очень умная и понятливая девочка, которая поддержит любой выбор своей матери. Как же я хочу такую же дочь…

– Ну что ж, малыш. С уроками мы тоже справились, – говорит Арина. Прикрывает ладонью рот, потому что зевает, и косится на наручные часы. – Слушайте, девчат, я так устала, пипец просто. Может, спать?

– Я однозначно спать, потому что сил не осталось, – бормочет Эмилия. – Оставлю вас наедине. Знаю я, что ваши разговоры никогда не заканчиваются. Мам, не волнуйся, я знаю, где буду спать. Не впервые же тут ночуем. Спокойной вам ночи.

Эмилия целует маму в обе щеки, а мне посылает воздушный и бежит в комнату. Мы с Ариной сидим в кухне допоздна и подруга рассказывает, как прошла ее встреча с Эмилем. Ужасно, одним словом. Что-то у нас личная жизнь никак не складывается…

Звенит дверной звонок, и я вздрагиваю. Мне становится страшно, потому что в такое время ко мне, кроме Камиля, никто не приезжает. Иногда Арина, но она сейчас тут, со мной.

– Я открою, – шепчет подруга, сжимая мою оледеневшую руку. Сама не понимаю, почему так переживаю. Но я, кажется, просто боюсь вновь встретиться с Рахманиным. Не хочу снова его видеть… Мне и без того больно от одних его слов, которые бьют по мозгам до сих пор.

Я все же топчусь за подругой. Она смотрит в глазок, а потом поворачивается ко мне и качает головой, крепко зажмуриваясь.

– Кто там? – спрашиваю.

– Твой брат. И лицо у него перекошенное, Дилар. Явно злой. Даже чересчур.

– Гордей, что случилось? – сразу же спрашиваю взволнованно, едва открываю дверь.

– Об этом я как раз у тебя хотел спросить, сестренка, – недовольно бросает, проходя в квартиру и направляясь на кухню.

Господи, да что еще могло произойти? Этот день и так вымотал меня по полной. Я только немного отвлеклась с Ариной и Эмилией, и сейчас ко мне врывается злой брат, а я снова ничего не понимаю. Отвратительное чувство.

– Зови, если что, – кивает Арина и уходит к дочери.

Я направляюсь за Гордеем. Он жадно пьет воду, наливает уже второй стакан. Складываю руки на груди и вопросительно смотрю на брата, ожидая, что он наконец-то начнет говорить.

– Что-то с мамой? – тороплю его.

– Хороший вопрос, сестренка, – снова голос сочится ядом. – Из-за тебя, – вскидывает палец, задевая мое плечо, – меня поперли с работы. Так и намекнули, что родственники у меня не самые лучшие.

Я только хлопаю глазами, не зная, что и ответить. Гордей врывается ко мне и сыплет обвинениями, не спросив даже, что случилось у меня.

– И ты обвиняешь меня? – не могу поверить, что он сейчас серьезно. – А ты не подумал, что я тоже пострадала?

Боже, я поверить не могу. Неужели все, что произошло сегодня и до сих пор происходит, не дурной сон?

– Тебя с работы уволили? – повышает голос Гордей. – Может, намекнули, что сложно будет найти новую? Нет, Дилара, ты сидишь в своем кабинете, получаешь приличные бабки, еще и при этом спишь с зятем моего работодателя.

У меня перед глазами темнеет. Снова жгучая обида разрастается в груди. Если бы Гордей пришел и спокойно начал разговор… Все бы было по-другому. Но брат начал с обвинений. И сейчас я взмахиваю рукой, и на щеке Гордея остается след от моей ладони.

– Правда глаза колет, сестренка? – усмехается он.

– Прекрати орать, – входит в кухню Арина. – В квартире ребенок спит.

– Группа поддержки явилась, – зло бросает Гордей.

– Уходи, – указываю я рукой в сторону коридора. – Уходи сейчас. Поговорим, когда остынешь.

– Остыну? – нервно смеется брат. – Да ты издеваешься?

Я сама готова сорваться на истерику. Сейчас бы закрыться в комнате, накрыть голову подушкой и вообще ни о чем не думать.

– Никто над тобой не издевается, – говорит Арина, подталкивая Гордея в плечи. – Удобно обвинять всех вокруг, когда ничего не знаешь.

Слышу, что брат еще пытается что-то сказать подруге, но она его постоянно перебивает. Затем хлопок двери – и голоса стихают. Кажется, Арина вышла вместе с Гордеем.

Я подхожу к окну, но ничего не вижу. Перед глазами от слез мутно, все расплывается.

Он же знает меня всю жизнь! Как он так может? И, кажется, уже наш роман с Рахманиным для многих не секрет. Наверняка для этих людей я буду стервой, разлучницей и еще бог знает кем.

«Зять моего работодателя», – вспоминаю слова брата.

Наверное, информацию можно найти в интернете, но я не хочу рвать сердце себе еще больше. Это как ковырять свежую рану, заносить в нее инфекцию.

– Тетя Дилара, – слышу за спиной сонный голос и, быстро вытерев слезы, оборачиваюсь.

– Малыш, почему не спишь?

– Кто-то громко говорил. А потом дверь хлопнула. Где мама? – спрашивает Эмилия, потирая глаза.

– Сейчас вернется, – отвечаю, снова посмотрев в окно.

Арина и Гордей стоят прямо под фонарем, их хорошо видно. Брат еще не остыл – размахивает руками, весь напряжен. Подруга же спокойна – сама невозмутимость.