Чтение онлайн

Мы с Андреем не стали дослушивать моей мамы ворчание, отправились в заданном направлении.

— Я слушаю. Говори, что хотел. — Сказала я Исаеву, когда закрылась за нами дверь моей комнаты.

— Я требую от тебя безоговорочного послушания. Я позаботился о том, чтобы ты в праздничный день выглядела соответствующим образом, поэтому жду от тебя лишь слов благодарности. — Предупредил меня Исаев. — Если вдруг что-то не понравится, держи комментарии при себе. Все должно пройти быстро и гладко. Это понятно?

— Да. — Ограничилась я одним словом.

— Прекрасно. — Довольным тоном отозвался Андрей. — О наряде Анны Михайловны не беспокойся, сегодня она получит каталог и из него выберет все, что захочет. Пусть не ограничивается скромным гардеробом. Я не поскуплюсь ни на наряды своей невесты, ни ее матери.

— Просто-таки аттракцион невиданной щедрости. — Не смогла сдержать иронии я. — Странно, что мне не дал возможности подобрать для себя одежду.

— Я предпочитаю переодеть тебя под свои вкусы. Все-таки тебе важно угодить мне, а видя, как скромно ты одеваешься, то не хотел бы снова лицезреть нечто непримечательное. — Безапелляционно проговорил Исаев. — Моя невеста должна выглядеть, как прекрасная алая роза, а не блеклая ромашка.

Я промолчала.

Спорить с Андреем бесполезное дело. Особенно тогда, когда так мало я решаю.

— На этом все? Или ты запасся списком поручений, которые я должна выполнить в наш знаменательный день? — С наигранной улыбкой вежливости спросила Андрея.

— Чтобы подчиняться мне не обязательно ждать день свадьбы. Можешь прямо сейчас начать играть роль покладистой девочки. — Усмехнулся Андрей, направляясь в мою сторону, из-за чего я машинально сделала несколько шагов назад и врезалась спиной к двери, к которой незамедлительно приросла и не хотела отлипать от нее, если вдруг Исаев надумать притянуть к себе. Заметив мой испуганный вид, он развеселился и принялся дразнить: — Я сказал «покладистая девочка», а не трусливый зайчонок. Не путай, дорогая. Тем более, если выбирать из зверят, в чьих образах с удовольствием на тебя посмотрел бы, то скорее всего, это была бы тигрица. Что скажешь? Смогла бы ее изобразить?

— Могла бы только, как она, укусить тебя или царапнуть. — Выпалила я. — Такого не желаешь?

— Я бы не отказался. — Андрей окинул меня с ног до головы, отчего у меня неприятно зашевелились волоски на макушке. Затем он медленно стал наклоняться, пока не остановился около моих губ. Он заговорил соблазнительным голосом, на который был, видимо, способен: — Хочу видеть тебя страстной и неистовой, готовой принимать мои ласки с восторгом. — Но потом внезапно резко выпрямился и легонько ущипнул за щеку: — Но проверим насколько неудержимой являешься, когда наконец останемся вдвоем у меня дома уже в нашей постели. А то предаваться страсти в твоей комнате, где за стеной находится Анна Михайловна, даже для меня слишком. Так что потерпи, Римма, совсем скоро сможешь проявить свой дикий нрав тигрицы.

Оставив быстрый поцелуй на моих устах, Андрей с наглым смешком, без особых усилий приподнял меня и отодвинул в сторону. После чего скрылся за дверью, ведущей в коридор.

Мне оставалось лишь с ненавистью думать о человеке, которого мечтала разодрать в клочья.

Я набралась терпения, чтобы выдержать бесчисленное количество примерок, которое было запланировано свадебным стилистом, пришедшим ко мне домой. Дама торопилась, стараясь уложиться в отведенное для нее время. Она гоняла своих помощников, чтобы те поскорее выполняли ее указания и приступали к следующему этапу.

Не знаю, сколько времени ушло на всю эту прелюдию, но я была измотана не меньше, чем нанятый персонал. Стоять, как манекен не один час, пока в тебя то и дело кто-то чем-то да кольнет. Конечно, за этим следовало много извинений, хоть и не мешало в дальнейшем повторять то же самое.

Маме попросту принесли то платье, на которое она тыкнула пальчиком. Его привез курьер в красивой обертке и торжественно вручил. Мне же подобной возможности не предоставили, заставив потратить уйму времени на занятие, абсолютно не доставлявшее радости.

К счастью, рано или поздно все заканчивается. Мои мучения также сошли на нет после того, как стилист с помощниками ушли восвояси.

— Что ты стоишь, как изваяние? — Прикрикнула на меня мама, когда я замерев стояла у зеркала и смотрела на себя, однако ничего различить не могла. В моих глазах будто дымка застыла и через нее рассмотреть удавалось лишь плохо очерченный силуэт. Я совершенно равнодушно отнеслась к собственному внешнему виду, что даже не пыталась хотя бы единожды всмотреться в свое отражение. — Неужели неинтересно посмотреть на платье, которое в итоге получилось? Просто чудо! Как здорово, что Андрей побеспокоился и заранее заказал для тебя наряд, оставалось лишь подогнать его под твою фигуру. Долго процесс занял времени, зато результат того стоит. Эта стилистка проделала великолепную работу, создав нечто невообразимо восхитительное! — Анна Михайловна, не выдержав того, что я никак не отреагировала на ее восхищение, подошла и толкнула локтем в бок. — Очнись! Хватит молчать, как рыба! Можно подумать, Андрей тебя не замуж позвал, а на каторгу! Ты думала о печальной судьбе своей, но вот, как получилось в итоге. Из тебя не рабыню делают, а жену! Причем один из самых завидных женихов здешних краев. — Затем протяжно вздохнула, так и не добившись от меня ни слова. — Даже мне невозможно оставаться безучастной, видя столь прелестное творение. К тому же, ты палец о палец не ударила, чтобы позаботиться о свадебном наряде. Все на себя взял Андрей, но ты вместо «спасибо» стоишь и строишь бедную, несчастью девицу. Каждой бы такую участь, как твоя.

— Жаль, он не тебя позвал замуж. — С иронией отозвалась я на продолжительный монолог мамы. — Ты бы его заботу оценила по достоинству.

— Оценила бы. Если бы была одного возраста с тобой. — Недовольно повела плечом Анна Михайловна, которой пришлось вспомнить о том, сколько ей лет. Эта тема для нас являлась табу. Мама не любила затрагивать ее, отказываясь думать о том, что время неумолимо идет, а она стареет. — У нас с Андреем разница в возрасте, которая неуместна для меня. Как бы я хорошо не выглядела, но годы берут свое. На фоне Андрея было бы заметно, что я не так молода, как хотелось бы. Тем более, раз уж ты станешь женой Андрея и породнишься с богачами, то мне тоже что-то достанется, как близкой родственнице, разве нет? Ты ведь не оставишь свою мамочку здесь в ветхом и почти разваливающемся доме?

— Утрировать ты любишь. Куда без этого. — Ответила я, глядя, как горят глаза Анны Михайловны при разговоре о возможном обогащении за счет родственной связи с Исаевыми. — Да, ты права. Я не брошу тебя.

— Отлично. Знала, что на тебя можно рассчитывать. — Мама подплыла ко мне, затем обняла и почти в ту же секунду отпустила. — Ну, ладно, надеюсь, не откажешься от своих слов потом. А пока советую притвориться, что рада по поводу вашей с Андреем свадьбы. Если я знаю кое-какие нюансы ваших отношений, то Исаевы будут в шоке, если им станут известны детали.

На этот счет я не могла спорить с мамой. Здесь она была права. Расстраивать родителей Андрея я не хотела. Раз уж ввязла по самые уши во все это, придется идти до конца. Сложно представить, что сделал бы Исаев, если бы я пошла против его воли. С моей мамой он тоже бы не церемонился.

Я все-таки решила взглянуть на платье, которое было надето на мне.

Красивое. Первое слово, напрашивающееся, чтобы его озвучили.

Белоснежный приталенный наряд в пол, правда, он не отличался особой пышностью. Нижняя часть спускалась волной, словно водопад, сам подол был расписан драгоценными камнями. Такие же драгоценности я наблюдала на корсете, в то время, как рукава средней длины оказались покрыты цветочными аппликациями.

Так я могла описать свадебное платье. Да, скомкано получилось, но тяжело выдавать из себя фразы, более красочно рассказывающие о моем наряде, когда настроения вообще нет, как выходить замуж за Андрея, так и находиться рядом с ним где бы то ни было.

— О, наконец-то ты взглянула на платье. — Воскликнула Анна Михайловна, по-своему истолковав мой взгляд. — Ну, как? Чудесное, да?

— Замечательное. — Подтвердила я. — А теперь я хотела бы пойти к себе. Осталось мало времени. Нужно собраться с мыслями, чтобы осознать, как скоро начнется новый этап моей жизни.