Чтение онлайн

– Да-да, спасибо! Спасибо, Павел Олегович!

Павел смотрел ей вслед, Лена как будто бежала от него, торопливо и тяжело поднялась по лестнице, открыла дверь общежития. Конечно, ей нужна помощь. Но что ж тут сделаешь! И надо ехать. Семья вовсе не на даче, а он опаздывает к ужину. Павел взял телефон, чтобы позвонить жене.

«Иришка! Любимая! Как хорошо, что у нас с тобой только такие проблемы».

_______________________________________

Лена зашла в общежитие. Ее душила неловкость. А тут еще оказалось, что дежурит тетя Даша. Эту громогласную женщину с яркой, вечно полусъеденной помадой, с пучком седеющих волос, перехваченных на затылке резинкой в форме огромного банта, исключительно интересовало Ленино положение. Сейчас обязательно что-нибудь спросит. Или нет? Вахтерша болтает с подругой. Может быть, не обратит внимания. Лена торопливо прошла через пропускную вертушку, прикрывая живот сумкой. Сплетницы стихли, ответили на ее приветствие с деланной заботой.

– Здрасьте, Леночка! Здрасьте! Как это вы по такой жаре пешком. Небось, тяжело с животиком-то?

– Все в порядке. Не беспокойтесь!

Лена поняла, женщины только что говорили именно о ней. Она быстро пошла в глубину полутемного коридора, но зацепилась ремешком сумки за скамейку. Посыпались рецепты и направления на анализы. Лена тяжело присела. Пальцы у нее в последний месяц отекали, и собрать с пола листочки оказалось не так-то просто.

– Никак папашка нашелся, – отчетливо услышала она шепот тети Даши, – Видать, не из простых. Машина-то небось больших денег стоит.

– Не думаю, что это папаша. Так, может, кто из знакомых, – приглушенным голосом заговорила вторая дама.

– Да уж, папашка с ней бы зашел.

– А кто он, что говорит-то?

– Да скрывает! Только и знаю, что с родины привезла. В Новый год ездила, а вернулась и вот – живот попер. Не по дням, а по часам. Но рожать ей только осенью. А больше… У кого ни спрашивала, никто ничего не знает. Не рассказывает. Стыдно, небось!

– И папаша тоже хорош! Мужикам им чего, присунуть только, а там хоть трава не расти!

Лена взлетела на второй этаж, она как будто убегала от хлестких слов. Перехватило дыхание. Малыш недовольно крутанулся внутри. Лена прижала одну ладонь к губам, чтобы не расплакаться, второй погладила живот.

«Тише, моя радость! Все хорошо. Обиделся за папу? Ты знай – он у нас самый лучший!».

Она с трудом дошла до своей комнаты. Сняла юбку, стягивающую живот, легла. И из последних сил набрала в телефоне – "кардиология". А дальше поисковая строка услужливо предложила – "уникальная операция", "переворот в современной медицине", "Доктор Аргунов". Лена включила интервью молодого хирурга Кирилла Аргунова. Она смотрела его по несколько раз в день, и уже помнила наизусть.

Кирилл вышел из операционной, снял перчатки, включил воду и подставил ладони под упругую прохладную струю. Операция была непростой, но хирург остался доволен собой. Он сделал все что мог, а, может быть, и больше. И был уверен в прекрасном результате. Подошла Рита – ассистентка Кирилла. Положила руку ему на плечо. Он взглянул на нее с улыбкой.

– Что досталось вам сегодня?

– Кирилл Петрович, я давно знаю, что вы гений! Но это… Осколок был у самого сердца… Повезло парню с врачом! А для меня ассистировать вам – огромная честь!

– Бросьте, Рита! Это с вами работать приятно. Мне будет не хватать вас на новом месте. Шьете быстро, аккуратно, хоть на выставку! А главное, анекдоты рассказываете отменно. У меня есть новый, в вашу копилку. Вчера пациентка высказалась, наболело у нее, видимо. Семечки, говорит, из кармана больного никак не давали хирургам приступить к операции.

Кирилл рассмеялся, подмигнул своей ассистентке, стремительно вышел из кабинета. Рита смотрела ему вслед с нескрываемой нежностью и грустью. Она была тайно влюблена в доктора Аргунова, впрочем, как и многие сотрудницы больницы.

У дверей хирургического отделения к Кириллу метнулась встревоженная женщина с горящими страхом глазами. Кажется, это мать мальчишки, которого он только что оперировал. Похоже, ей еще не рассказали, о том, что все закончилось благополучно. А, может быть, рассказали, но хочет убедиться еще раз.

– Доктор! Что? – просипела женщина.

– Все в порядке с вашим сыном! Он настоящий счастливчик! Из такой аварии, считайте, невредимым вышел. Осколок всего один. Достали аккуратно. Можете, не сомневаться. Понадобится реабилитация, конечно. Но через год он об этом даже не вспомнит.

– Доктор! Спасибо вам! Говорят, вы волшебник…

Женщина зарыдала, схватила руку Кирилла и попыталась прижать ее к губам. Он едва успел ее остановить.

– Перестаньте! Вы все три часа тут просидели? У нас буфет приличный, давайте я вас провожу. Чаю горячего выпейте обязательно! Руки ледяные! Вам силы нужны, первое время сыну придется помогать.

Он приобнял женщину, повел за собой. Почувствовал, как вибрирует в кармане телефон, взглянул на аватарку. На экране красовалась яркая, рыжая красавица с белозубой улыбкой. Ксения. Странно, что звонит. Во время последнего разговора, она попрощалась навсегда. Кирилл это почти не задело. Он привык к тому, что женщины быстро приходят и также быстро уходят из его жизни. Наверное, некоторые были искренними, когда говорили ему о любви. Что ж, в этом не было ничего удивительного. Кирилл обладал всеми качествами настоящего мужчины, был решителен, добр, щедр, и плюс к этому недурен собой. К тому же, наверняка, женщины чувствовали в нем силу. Силу брать на себя ответственность, в том числе и за чужие жизни. Но ни одна не стала для него родной. Ни одна не задержалась надолго. И Кирилл не осуждал их. Кто же выдержит постоянное отсутствие любимого, а главное, его равнодушие? Со временем, каждая понимала – ей никогда не стать для этого человека хоть на десятую часть такой же важной, как работа. Со многими своими – гаремными, как иногда, смеясь, называл его спутниц Пашка – друг детства, а ныне врач-гинеколог, Кирилл был в хороших отношениях. Если нужно было помогал, устраивал в больницы сначала их родственников, знакомых, а потом мужей и детей. Это был его крест, как, впрочем, у многих врачей – заботиться о друзьях своих друзей.

– Ксения! Не думал, что ты позвонишь.

– Соскучилась! – она явно ждала ответной реакции.

– Мм…

– Тебе больше сказать нечего? Мы не виделись месяц! Я говорю, что скучаю, а в ответ только – мм! Ты что? Даже не заметил моего отсутствия?

Кирилл показал матери своего пациента табличку «Буфет» в конце коридора и попрощался.

– Ксения, зачем ты звонишь? Наше общение превратилось в сплошные сцены!

– Надо же! Сцены! Значит, ты все-таки замечаешь мои попытки до тебя достучаться! Вот это новость! Ты же функция, доктор Аргунов, ты не человек!

Кирилл зашел в кабинет, положил телефон на стол, включит громкую связь и открыл папку с очередной историей болезни.

– Работа-работа-работа! Ты хоть понимаешь, что жить с тобой невозможно? – Ксения неожиданно смягчилась, – Ладно, извини! Мне просто обидно, что ты не звонил. Я приеду вечером, поужинаем!

– Не стоит приезжать. У меня еще плановая операция сегодня. А вечером посидим с коллегами. Прощаюсь с коллективом. И завтра начинаю новую жизнь!

– Уволился все-таки. Хочешь я приеду на твои посиделки? Или заберу тебя после?

– Ксения, думаю, что нам вообще не стоит больше встречаться. Ты была права, мы слишком разные!

– Что? Что ты о себе возомнил? Доктор Аргунов! Величайший хирург современности! Думаешь, тебе кто-то памятник поставит? Да твои пациенты помнят о тебе пару дней после операции! Знаешь что? Пошел ты со своим комплексом спасателя! Живи один! Раз не способен оценить мою любовь! Я больше бегать за тобой не буду!

Разговор оборвали торопливые, рассерженные гудки. Кирилл нажал на сброс и снял трубку внутреннего телефона.